Воплощенная
Шрифт:
Я лежала на спине. Что-то давило на грудь. Камень. Кулак. Гнев.
Я почувствовала прохладное и влажное давление на мой рот и тепло, вдуваемое внутрь. Стук по груди возобновился и бульканье, возникшее внутри меня, выросло и рвануло наружу. Мокрое, темное лицо на мгновение пронеслось перед глазами, прежде чем я начала откашливать озерную воду. Она огнем обожгла горло, но я кашляла и плевалась, пока рот не стал сухим. Я снова откинулась на спину, так как меня кинуло в дрожь, сравнимую с дрожью коттеджных окон во время шторма.
Я была жива.
Морозный ветер был холоднее, чем озеро, но зато я могла дышать. Кто-то
Мое лицо накрывало шерстяное одеяло. Громоздкое пальто и ботинки исчезли, я, сухая, лежала на кровати. Пальцы рук и ног стало покалывать, оцепенение проходило. Я начала чувствовать боль от удара о воду, но единственным, что действительно причиняло мне страдание, был ожог на щеке.
Одеяла окутывали меня тёплым воздухом. Туманные мысли уводили в безопасный сон. Что-то твёрдое прижималось к спине. Тело, дышавшее в такт со мной, вдох выдох, пока я не нарушила единение, подумав об этом. Рука была перекинута через мои рёбра, и ладонью прижималась к сердцу, словно для уверенности, что оно бьётся или не выскочило наружу. Дыхание согревало шею, шевеля волоски на коже.
И как только я начала проваливаться в сон, низкий голос сзади меня сказал:
— Привет. Я затаил дыхание, ожидая, пока ты проснёшься. Это вообще что было? Зимнее купание впервые за четыре тысячи лет, ты считаешь хорошей идеей? Это ужасный способ умереть. Осмотреться не желаешь?
Мои глаза распахнулись, когда до меня дошло происходящее. Я подскочила, ногами запутавшись в одеяле и ударив локоть о небольшой обогреватель. Я была в палатке. Всё освещала крошечная лампа, но её света было достаточно, чтобы разглядеть закрытую дверь. Я рванула к ней. Парень поймал меня за талию и потянул к себе. Я упала на задницу, открыв при этом молнию двери.
Морозный воздух проник внутрь, я выкрутилась из его хватки и метнулась в ждущую темноту. Снег искрился в лунном свете, стояла обманчиво мирная, удушающая тишина. Шерстяные носки ещё защищали ноги, пока я пробиралась через поляну к деревьям, а теперь сосновые иголки и щебень кололись сквозь снег.
Мне было всё равно. Меня не остановить. Я бы побежала куда угодно, только подальше от сильфов и странного молодого человека.
Он не сказал мне, что ему нужно, но если он был кем-то вроде Ли, это не сулило ничего хорошего. Холод настиг меня, когда я огибала груду валунов и поваленных деревьев. Мурашки поползли по голым рукам. Я была одета только в тоненькую рубашку и слишком большие штаны — явно не мои. Каждый вдох морозного воздуха причинял боль моему горлу.
Спускаясь по импровизированной каменной лестнице — я споткнулась, собирая на себе всю грязь, но через секунду была готова бежать дальше. Тут я заметила, что повсюду передо мной простирается озеро, залитое лунным светом.
По нему гуляли маленькие волны, омывая берег и, заодно, пальцы моих ног. Я попятилась назад, картинки льда и тускнеющего фонарика отпечатывались на тыльной стороне моих век каждый раз, когда я моргала. Утес, с которого я упала — нет, спрыгнула — возвышался над озером по
Я должна была умереть. Может Ли заплатила этому парню за мое спасение. Это был бы не первый раз, когда она играла со мной в кошки-мышки.
Послышался шелест сосновых иголок, луч света просачивался через волны рядом с моими ногами. Я резко обернулась. Парень держал лампу высоко на плече и пристально смотрел на меня.
— Я был бы очень благодарен, если бы ты перестала пытаться убить себя, после стольких моих усилий приложенных к твоему спасению.
Я сжала челюсть, чтобы зубы не стучали. Меня всю трясло, пока я пыталась найти пути к отступлению, но он блокировал все мои варианты. Я могла бы попытаться его побить или переплыть на другой берег, где он не смог бы продолжать меня преследовать. Оба варианта были сомнительны, особенно учитывая, что последние, чего я хотела — это вернуться в ледяное озеро.
Скорее всего, меня опять бы спасли. Должно быть, он очень сильный, раз смог вытащить меня со дна озера. Не смотря на то, что парень возвышался надо мной и на его подбородке виднелась темная щетина, выглядел он как мой ровестник. Рыжевато—коричневая кожа, широко расставленные глаза, и косматые, темные волосы. Судя по всему, это его руки обхватили меня под водой, и его дыхание наполняло меня, когда мне не хватало собственного воздуха.
— Ты, так же, можешь вернуться. — Он протянул свободную руку, его пальцы приглашающе согнулись. — Я не причиню тебе боль, и ты дрожишь. Я сделаю чай. — Он тоже не мог скрыть дрожь. Отсутствие пальто или перчаток означало, что у него не было времени одеться, потому что он спешил последовать за мной. Наверное, эта забота была искренней, хотя так же я думала и о Ли, когда она напомнила мне о компасе. — Пожалуйста? — другим вариантом было замерзнуть до смерти, который теперь казался, не столь привлекателен, когда я точно знала, что жива.
Я буду следить за ним, и если он сделает что-нибудь в духе Ли — я сбегу. Он не сможет заставить меня остаться. Я последовала за ним через деревья. Предложенную руку я не приняла, просто приобняла себя и обрадовалась, что он принес фонарик и обратил внимание, куда я бежала.
Лес был темным от теней и белый из-за снежных сугробов. Пихты и сосновые деревья гнулись под весом миллионов снежинок. Я вздрагивала от каждого шума, ожидая услышать шепот и стоны, которые привели меня к озеру. Щека все еще горела на месте, куда дотронулся сильф, и казалась горячей. Тем не менее, я не чувствовала волдырей; сомневаюсь, что это была смертельная рана. Мне повезло, что она не была глубокой. Говорят, что большие ожоги от сильфов разрастаются по всему телу. Ли предупреждала, что это был болезненный способ умереть.
Мы дошли до палатки. Стоявшая возле нее, маленькая лошадка фыркнула и посмотрела на нас из—под дюжины одеял, но так как мы не делали ничего тревожного, она опустила голову и снова заснула.
Мой спаситель попридержал для меня открытую палатку. На двери висели наши мокрые ботинки и куртки. Одеяла были разложены слева, маленький солнечный нагреватель по центру, а его сумки с другой стороны. Места было достаточно только для одного человека, либо же для двоих друзей. Парень на самом деле знал, как спасать от переохлаждения, я бы в подобной ситуации запаниковала. Я, вообще, часто паниковала.