Вор
Шрифт:
– Хочешь, посмотрим, как там она? На экране?
– Да!
В медицинском центре Васька бодро взгромоздилась на стол, Данила быстро выключил диагностический аппарат и вывел на экран изображение. Ребёнок, конечно, был виден плохо, сильное излучение плоду противопоказано. Но и того, что имелось, было достаточно. Когда нечто чудесное со снимка пошевелило рукой, больше похожей на слепленную из пластилина палочку, оба с умилением вздохнули.
– Смотри.
– Сказал Данила, проводя какие-то манипуляции.
– Вот такая она
Перед ними открылась проекция. В воздухе плавало изображение плода, снятое с тела Василисы. Она задержала дыхание. Это красноватое существо размером с апельсин было похоже на человечка. Оно шевелилось. Двигалось. Жило.
Только сейчас, в этот самый миг Васька вдруг поняла, что на самом деле станет матерью. На самом деле родит ребёнка. Получит не ми-ми-мишную куклу с забавными функциями вроде агуканья, а живого человека.
И очень скоро.
От этой мысли она испугалась так сильно, что даже не сразу смогла говорить.
– Что случилось?
– Данила нахмурился, одним движением руки убрал проекцию.
– Василиса?
– Пообещай… - С трудом проговорила она, хватая его за руку.
– Пообещай мне.
– Что?
– Если со мной что-нибудь случится…
– Ничего с тобой не случится. Я прослежу.
– Если со мной что-нибудь случится, ты никогда и ни за что не отдашь её моему отцу. Обещай!
– Она даже села, потому что казалось, так просьба будет звучать более серьёзно.
– Обещаю.
– Данила мягко пожал её руку в ответ, хотя было видно, что ему больно.
– Он никогда её не получит. И тебя. Тебя я тоже возвращать не собираюсь.
Васька, которая только что и дальше собиралась причитать, вдруг замолчала. Как-то нелепо было слёзы лить, когда он так невозмутим и уверен.
Данила подождал ещё немного и вдруг вздохнул, и крепко её обнял.
– Я безо всяких обещаний никогда бы твоему отца никого не отдал. Даже котёнка. Чего уж там говорить про собственного ребенка и девушку, которую я люблю.
Ваське хотелось просто закрыть глаза и забыть обо всем плохом. Сделать вид, будто всё в порядке, будто не было в прошлом ничего, о чём стоило бы вспоминать.
Но она все равно не могла. То, что он дочь не отдаст, в это Васька поверила. В остальное… Если она пока не понимает, зачем Данила преследовал их корабль, это не значит, что причин нет.
Грустно это всё…
Васька шмыгнула носом. Почему всё так нелепо сложилось?
Слёзы потекли по щекам. Она не хотела плакать, но её никто не спрашивал - слёзы лились и лились, совершенно без спроса. Она с детства так часто не рыдала.
– Я такая плаксивая стала.
– Недовольно всхлипнула Васька.
– Самой противно.
– Ну что ты, это очень мило.
– Да ладно!
– Правда. В любом случае, не переживай. Гормоны, они такие.
Ну, она ещё поплакала немного и успокоилась. Тем более Данила водорослей принёс, а жевать и рыдать одновременно
А потом они пошли смотреть космическую сагу "На том краю вселенной".
Васька поинтересовалась, а ничего что они потратят пятьдесят часов на кино вместо того чтобы корпеть за экранами, искать способ убраться отсюда прочь? Данила отмахнулся.
– Ну его. Лучше посмотрим. Всё равно я в тупике. А так бывает - займешься чем-нибудь другим, а то и вовсе ничего не делаешь - и решение само собой в голову приходит. Может, и сейчас повезёт.
Они хоть и не в обнимку, но сели рядом. Со временем, часа через три, Васька нашла себя закутанной до кончика носа в одеяло и лежащей головой на его коленях. Чуть не уснула. Посмотрела на экран, подумала-подумала и закрыла глаза. Подремлет немного. "На том краю вселенной" она уже не раз видела, это же классика, так что ничего важного не пропустит. Да и разве есть что-то важнее собственного здоровья в период беременности?
В следующий раз Васька проснулась рядом с Данилой, который крепился, крепился, но тоже не выдержал киномарафона и свалился рядом.
Ваське стало немного неловко. Всё же они не вместе, чтобы друг к другу прижиматься, да и то красное белье на полу словно отпечатались в памяти и постоянно о себе напоминало.
Вроде не вместе. И все же она не вскочила как угорелая, а до последнего лежала на его руке, пока Данила со стоном сам её не убрал.
***
Жанна с Ахлейном добрались до столовой. Там было полно народу. И в коридоре хватало. Постоянный гул так сильно наполнял помещение базы, что, казалось, всегда тут был. И даже если люди вдруг исчезнут, шум от них останется и ещё долго будет звучать в этих стенах.
Они, словно бойцы на задании, почти маршем нагрянули к столам и ящикам с продуктами. Выбрали нужное и перенесли на кухню. Здесь народ тоже буквально клубился. Папашу временно отключили на диагностику, потому что он перестал делать сладкое, а вместо него делал кислое, так что приходилось или готовить, или питаться полуфабрикатами.
В прошлом Жанна прекрасно готовила и уже соскучилась по этому занятию. Поэтому ей было чем порадовать Ахлейна. Он ведь никогда не пробовал результатов её кулинарного гения.
– Жаркое с чесноком, картофельное пюре и острый салат с копчёным перцем, - прошептала она ему на ухо.
– Как только закончишь с поисками, возвращайся. Будем пировать.
– Если ты такое тут приготовишь, всё сожрут раньше, чем я вернусь. Отвернёшься на секунду - тут же набросятся и сожрут, а то и тебе ещё перепадёт, если попытаешься помешать.
– Такая вероятность имеет место быть.
– Вынуждена была согласиться Жанна, оглядывая окружающих. Несколько человек топтались у плиты, кто-то строгал салат из восстановленных овощей. Большинство же просто заливали кипятком полуфабрикаты и орлиным взглядом искали, где бы и кто с ними поделился.