Ворон
Шрифт:
— Гарри! — пролаял лорд Кей, и мгновенно выскочил громадный стражник — Отнеси ребенка в мои покои. Что же касается тебя, саксонская предательница, — обратил он свое внимание на Гиту, — ты сегодня же оставишь Кей, и благодари Бога, что я не накажу тебя, как ты этого заслуживаешь! Госпожа может рассказать тебе, как я ловко умею хлестать по спинам своих слуг Стражник потянулся за Арвелом, который тотчас начал кричать:
«Мама! Мама!», в то время как Гита смело пыталась удержать своего маленького подопечного.
— Все в порядке, Гита, — нежно успокоила она обезумевшую от горя кормилицу. — Теперь уходи из замка. За воротами ты будешь в безопасности с моей служанкой Меган. Я скоро принесу тебе обратно Арвела.
— Неужели ты думаешь, что она так свободно пройдет через мои ворота? — высокомерно спросил Брайс, когда Гита бросилась из зала.
— Твои ворота уже взяты моим мужем и лордом Сант-Брайда. Тебе также следует знать, что все твои воины, кроме тех, которые в замке, уже сдались нам. — Она повернулась и обратилась к нескольким оставшимся людям Брайса:
— Мы предлагаем амнистию тем из вас, кто присоединится к своим товарищам и уйдет с миром.
Брайс с горечью рассмеялся, когда горстка людей опрометью бросилась из зала.
— Паразиты! Негодяи! — кричал он вслед. — Я еще одержу сегодня победу, и вы приползете ко мне. Не вздумайте, ибо я убью любого, кто вернется, голыми руками!
— Ты побежден, Брайс Кей. Выходи теперь и посмотри своей смерти в лицо, как человек, а не трусливое подлое существо.
— Моей смерти? — Брайс по-настоящему поразился. — Что ты хочешь сказать этим? Ты победила. Что еще ты хочешь от меня?
— Мы хотим твою жизнь, — торжественно произнесла Уинн.
— Мою жизнь? Вы хотите мою жизнь? — Почему он повторял все, что она говорила?
— Твою жизнь, дьявол! — глубокий голос Риза Сант-Брайда прогремел в зале, и могучий лорд в полном вооружении вышел вперед, готовый к битве.
— Я не буду сражаться с вами, — дерзко ответил Брайс, — я не воин, как вы!
— Ты будешь драться со мной, трус. У тебя нет другого выбора, как умереть от моего меча, подобно собаке! Прежде чем кончится этот день, ты будешь в аду, где тебе и надлежит быть. Ты более чем кто-либо заслужил страдания за эти грехи.
Брайс взглянул в зал. Он медленно заполнялся воинами. Он нервно пододвинулся к высокому столу.
— Где мой брат Мейдок и сестра Неста? — хныкал он, как ребенок — Ты их больше не увидишь, — отвечал ему Риз.
— Вы откажете осужденному человеку в последней просьбе? — Брайс жалобно скулил, пытаясь выдавить из себя слезу — Ха-ха-ха, обманщик! Не думай вызвать мое сочувствие своими лживыми слезами. К подобным тебе у меня нет жалости.
— Уинн, я взываю к тебе! — выл Брайс, протягивая тонкие
— Я тебе ничего не должна, — холодно ответила она. — Ты похитил меня у мужа, продал в рабство вместе с неродившимся ребенком. Ты причинил Мейдоку и мне боль намного большую, чем ты когда-либо знал. Я ничего тебе не должна, потому что ты не первый раз встаешь между нами, и я думаю, ты это хорошо знаешь.
— Непохоже, чтобы ты сильно пострадала в рабстве, в которое, как ты заявляешь, я тебя продал, — сказал он с насмешкой.
— Только не благодаря тебе, Брайс Кей! — гневно бросила Уинн.
— Хватит разговоров, — резко сказал Риз. — Пора, трус!
Брайс рванулся из-за укрытия высокого стола и, мотнувшись через угол зала, исчез через маленькую дверь, спрятанную за стулом с высокой спинкой. С яростным ревом Риз бросился за ним, следом Уинн. Они очутились в небольшом внутреннем коридоре, который вел к каменной лестнице. Над ними раздавался топот ног убегающего Брайса, Риз и Уинн начали быстро подниматься по ступеням.
— Лестница, вероятно, ведет в его покои, — закричала Уинн, следуя за Ризом. — Он не даст загнать себя в ловушку. Там есть еще один выход.
— Не бойся, — отозвался Риз. — Я отыщу нору этого ничтожного дьявола и отправлю его душу в ад, не пройдет и часа!
На верху лестницы они натолкнулись на запертую дверь, но, не желая упускать из рук добычу, Риз быстро вышиб ее. Они ворвались в прихожую. Впереди них захлопнулась дверь. Они поспешили открыть ее, но Ризу пришлось опять проламываться через дубовую дверь, которая легко поддалась под его могучими ударами, как раз в тот момент, когда Брайс и его единственный оставшийся стражник выскочили через другую дверь, но закрыть ее не было времени.
Они бежали вверх по узкой лестнице, Риз пыхтел под тяжестью своих доспехов, но тем не менее не терял боевого духа. Уинн слышала перед собой плач своего сына. Отчаянные всхлипывания Арвела разрывали ей сердце. «Господи, — молилась она про себя, — спаси и сохрани моего сына!
Не дай нам потерять его». Она пробежала еще один поворот лестницы и увидела перед собой уже открытую опускную дверь и протискивающихся сквозь нее Брайса и Гарри. Когда незадачливый стражник попытался захлопнуть перед ними дверь, Риз, оскалившись, громко прорычал:
— Попробуй сделать это, и ты мертвец!
Гарри, все еще держа Арвела за талию, отпрянул назад, весьма напуганный.
Потом они все оказались на крыше замка. Риз глубоко вздохнул и произнес:
— Теперь давай сразись со мной, ты, ублюдок, и покончим с этим фарсом!
— У меня нет оружия, — захныкал Брайс.
— Дай ему твой меч! — приказал он Гарри, и стражник благополучно освободился от оружия и передал его хозяину.
Брайс в гневе посмотрел на него и пожаловался: