Ворон

Грин Эмилия

– Чего ты боишься? – рявкнул.

– Быстро тебе наскучить… – смущенно опустила голову.

– А вдруг я наскучу тебе первым? Ты вон у нас какая опытная девушка… – хрипловато рассмеявшись, Воронов запустил очередную волну мурашек по моей коже. – Целый год с недоноском Димкой соски гоняла! – его голос сочился ревностью.

– Кирилл… – я зажмурилась. – Наши отношения с Димой были на уровне ясельной группы детского сада. Понимаешь?

– Понимаю, – от его осипшего гортанного смеха мороз разлился по коже. –

Я только не понимаю, ты реально думаешь, я сразу же попытаюсь тебя совратить?

Я рассеянно повела плечом.

– Алина, это мои первые серьёзные отношения. – Выделил последние три слова голосом. – До этого была дичь всякая… Я даже не помню имён девушек, с которыми проводил время. Так, один из способов скрасить одинокие вечера… – сцепил пальцы вокруг моего запястья. – Я хочу, чтобы у нас с тобой все было как надо. Ты разве ещё не поняла? Я никуда тебя не отпущу. Буду ждать столько, сколько потребуется. Никакой спешки.

– Ты серьезно, Кирилл? – на выдохе, в полуобморочном состоянии, теряясь во всех этих эмоциях, как рыбка в сетях опытного моряка.

– Как ты считаешь, хотеть кого-то до умопомешательства – это серьезно?

Я застенчиво улыбнулась.

– И, да, я подготовлю тебя как следует. В какой-то момент мы просто не сможем иначе. Ты почувствуешь то же, что и я. Сама еще умолять будешь… А теперь предлагаю лечь спать. Только, сперва, я под ледяной душ… Иначе не доживу до утра.

… И хоть моя кровать оказалась слишком тесной для нас двоих, Воронов ничего не хотел слышать о матрасе. Он сам стал моим матрасом – чтобы нам уместиться вдвоем, пришлось лечь практически вплотную.

– Завтра будем спать у меня. Моя кровать пошире… – прошептал мученическим голосом.

– Что-то не так? – почувствовала волнение, когда не смогла прочитать какое-то новое выражение, промелькнувшее в его задумчивом взгляде.

– Все так. Просто хочу, чтобы ты поехала со мной… – накрывая нас одеялом. – Не знаю, как буду теперь засыпать один.

– Кирилл…

– Ладно. Это так, мысли вслух.

– Я все-таки волнуюсь…

– Ну, что еще?

– А если химик…

– Алин, эта мразь, последнее, что я буду обсуждать с тобой в койке…

Я не смогла сдержать нервный смешок. Его слова прозвучали так двусмысленно и мило, а от пылающего ненавистью взгляда можно было спалить все дотла.

– Что же тогда мы будем обсуждать? – скользнув по обнаженной гладкой груди Кирилла, задержала руку там, где ревело его мятежное сердце.

Пульс явно шкалил, пружиня то вверх, то вниз. Как и мой, сорвавшийся в крутое пике…

– Все, что пожелаешь… Я же твоя игрушка. Забыла? – соблазнительно рассмеялся. – Эй, неудачники?!
– повернул голову в сторону моей куклы и слона. – Вы теперь в пролете, ребята… Она моя!

Я расхохоталась.

– Ты меня без сна оставишь… Сумасшедший!

–

Не все же мне не спать ночами… Плакса.

– Ты такой дурашка, Воронов.

– А ты такая реальная… Лебедева Алина. Сердце мне разбиваешь.

– Ты, правда, ни с кем не целовался? – скользнула взглядом к его припухшим губам.

До сих пор не могла поверить…

– Не-а… Только если в своих больных фантазиях. Там я заходил гораздо дальше поцелуев, – обжег красноречивым взглядом. – Но только с одной девчонкой… Я хотел целовать определенные губы, мелочь, – кончиком пальца очертил контур моего рта. – Они у тебя как леденцы. Разрешишь пососать? Я ведь должен доказать, кто целуется круче всех?

– Давай завтра, Кирилл… – зевнула. – У меня уже губы, как вареники…

– Тогда просто скажи, что я лучший.

Захихикала.

– Нет, ты должен будешь это доказать. Пока только вышел в финал. Но завтра решающая битва за звание победителя…

Кирилл тяжело вздохнул.

– Ты первая, кому я разрешаю вести себя подобным образом… Сечешь?

Мои губы действительно болели от поцелуев и улыбок, а эмоции множились, как на дрожжах. Я наслаждалась тем, как мы лежали в обнимку, болтая обо всякой ерунде.

– Почему перестала улыбаться? – прижался к моей щеке своей.

– Представила, скольких ты целовал до меня…

Промолчав, он лишь крепче стиснул в своих объятиях. Его тело дрожало. Кирилл прикоснулся к моему подбородку, провел пальцами по бровям. Наконец, окончательно подмяв меня под себя, уткнулся губами в висок.

– Ненавижу. Ненавижу всех этих девчонок… Придушила бы голыми руками… – прошептала обиженно и чересчур эмоционально.

– Какая ты у меня оказывается кровожадная, Алина.

– Да, я их ненавижу… Говорю как есть.

– Можно я тоже тогда скажу, как есть? М? – невыносимая дрожь пронеслась по позвоночнику, когда его рука с моей талии скользнула ниже…

– Д-да…

– Ты с самого первого поцелуя всех уделала. Я в хламину от твоих губ… Хочу еще.

Глава 66

– Доброе утро, мелочь.

Я с трудом разлепила ресницы, попадая в плен двух карих омутов. Сидя на корточках перед кроватью, Кирилл смотрел на меня в упор. Его дыхание пахло моей фруктовой зубной пастой.

– Ты реальный, – запутала пятерню в его влажных взъерошенных волосах. – И… – смахнув пару капель со щеки, сквозь которую проклевывалась щетина, пробормотала, – холодный.

– Ледяной душ. Закаляюсь, – перехватив мою ладонь, Кирилл мазнул по ней губами, – чтоб в учебе преуспеть, и была смекалка, всем парням нужна водная закалка! – подмигнул.

– Смотри, не простынь, зожник! – я улыбнулась, испытывая смущение.

Как ни старалась, не могла пока привыкнуть к такому резкому развороту наших отношений.