Шрифт:
Иногда нужно просто сбежать, все закрыв замки.
Все мосты за собой сжигая, как на кострах…
В инквизицию ведьм… Чтобы не видеть впредь…
Улыбки чарующей на колдовских губах.
Пусть трусливо и глупо, но кто же из нас герой?
Хватит бравад и ненужных пустых речей.
Убегали из дома, меняли вновь города,
Только сами молились неясным, чужим Богам,
Убеждаясь при этом, что веры в помине нет.
Нам велели нести в этот мир лишь одну любовь,
Только мы вот хотели увидеть хотя бы свет…
Свет внутри тех людей, за которыми сами шли.
Тех, кому доверяли, кого не могли понять.
Мы взрывали идущие мимо нас корабли,
Чтобы люди на них не успели на борт принять…
Нас. Побитых. Усталых. Но только еще живых.
Чтоб не видели вместо улыбки оскал зверей.
Мы ступали на мины, взрывались день ото дня,
Забывая о том, что должны вырастать в людей.
Что должны быть сильнее, что ярче должны гореть
И что просто нельзя свою жизнь отдавать зазря.
Нам бы лишь не проснуться, нам бы перетерпеть,
Только каждое утро нас снова ждала заря…
И мы сделали выводы, стали чуть-чуть сильней.
Мы стряхнули наивность как будто бы пыль с себя.
Мы открыли все двери – нужно жить без дверей,
Чтобы видеть в дальнейшем, кто целится здесь в тебя.
Порой с мразью водиться лучше, чем со святым.
Люди есть… От которых уже ничего не ждешь -
И не страшно, когда среди них ты давно один,
Куда хуже - уж если воткнет тебе в спину нож…
Тот, кому доверял ты печали, свою судьбу,
Тот, кого величал «лучшим другом» на все века.
Мы меняли тот самый «свет» на гнилую тьму,
Чтобы душу… Потом не съедала нам лишь тоска.
Мы спустились на Землю, бить стали куда больней.
Жизнь – хороший учитель,
Наслаждаясь свободой, мы стали ценить сильней
То, что нам отдавали в когда-то ненужный прок.
И мы стали циничней. Улыбки сошли на нет.
А коронный удар – усмешка, как страшный яд.
Мы кичились свободой, которой, по сути, нет,
Забывая ворота, ведущие прямо в Ад.
А мы к ним так стремились, бежали, забыв про боль,
Разбивали в кровь ноги, но мчались, не зная сил.
Мы не думали вовсе, что каждый здесь одинок,
Ведь никто никогда о любви даже не просил...
Мы забыли об этом среди суеты и дел.
Мы стремились к чему-то, но только зачем? Куда?
Мы не поняли даже, каков же был наш удел,
Только тупо смотрели, как мимо неслись года.
Только молча стояли у черных больших ворот.
Мы войти не решались, топтались лишь день за днем.
А все наши мосты… Полыхали, не зная сил,
Разгорались вновь в душах огромным пустым огнем.
И мы плакали молча, глотали свою же боль,
Упиваясь свободой, мы больно упали вниз.
Иногда нужно просто сбежать, все закрыв замки.
Только мы вот забыли, что наш потолок – карниз.
Мы стояли на нем. До ворот только сделать шаг.
Мы боялись так сильно, что пальцы сдирали в кровь.
Выбор был не велик – либо в бездну упасть опять,
Либо просто поверить, что есть на Земле любовь.
Мы не стали молиться каким-то чужим Богам,
Мы закрыли глаза, осторожно спускаясь вниз.
Мы ведь сами стремились к воротам сквозь города,
А теперь вдруг со страхом хватались за свой карниз.
Поднимались несмело, как в детстве. За шагом шаг.
Мы вставали с колен для того, чтобы стать сильней.
Мы искали ворота, при этом идя назад,
Превращаясь попутно из стада опять в людей.