Воровка
Шрифт:
– Я не оборотень! – вслух возмутилась я.
– Правда? – ехидно улыбнулась дамочка. – А если хорошо подумать? Не ты ли имеешь два облика?
– Допустим, имею, – согласилась я. – Но вам это откуда известно?
– Слишком много болтовни! – отрезала дамочка. – Я уже и так тебе лишнего наговорила. Отдавай корону! Иначе… – В раскрытой ладони незнакомки заискрилась молния. – Ты же понимаешь, детка, от тебя и пылинки не останется!
– Так же, как и от твоей любимой безделушки, которая поджарится вместе со мной! – пожала я плечами, изо всех сил сохраняя равнодушное
– А ты умнее, чем я думала, – прищурилась незнакомка. – Только иногда вредно быть слишком умной.
– Спасибо за комплимент! – успела парировать я, а затем мое сознание окутала тьма.
Глава 20
Тебя не постигнет удача,
Напрасным твой путь станет дальний.
К несчастью, не будет иначе,
Не избежишь ты печали.
«Что-то мне неудобно, – лениво размышляла я, с трудом ворочая мозгами. – Да и руки как-то затекли. Лежать холодно. Запястья почему-то жжет! А кто это там (или тут) ругается?»
Мое пробуждение оказалось не из приятных. Вокруг было темно, и дико болела голова. Да еще кто-то бубнил без остановки что-то ругательное. Пусть не слишком громко, зато непрерывно. В моей голове от этого голоса звенело. «Слуховые галлюцинации!» – «обрадовал» меня внутренний голос.
«Сам ты галлюцинация!» – мысленно цыкнула я.
«Ну не скажи!» – обиделся голос.
– Эй! Извините! – негромко позвала я в темноте. – А нельзя ли помолчать? А то у меня голова кругом идет от ваших разговоров!
– Лайса! Очнулась! Наконец-то! – завопили разом три голоса. Почему-то все они показались мне знакомыми.
Когда через пару секунд мое сознание милостиво решило вернуться полностью, я с радостью, а затем с ужасом узнала тембры Дейна, Робина и Тимошки. А еще через пару секунд восстановилось мое ночное зрение, и я смогла разглядеть друзей, а также место, где мы находились.
Наше пристанище более всего походило на темницу. Тому свидетельством служили сырой каменный пол, на котором мы все лежали, и кандалы на наших запястьях, цепи от которых уходили в каменные стены, а также абсолютное отсутствие окон. Небольшое такое помещение – мои ноги упирались в бок Дейну, Дейн попирал ногами Робина, а сам Робин, в свою очередь, давил мне ступнями на ребра. В центре нашего относительно замкнутого круга стояла клетка с Тимошкой. Это он ругался на чем свет стоит. Бедного кота посадили за серебряные прутья. Сам факт наличия серебра коту никак не вредил, но лишение свободы привело его в справедливую ярость. Плюс ко всему клетка излучала слабое фосфоресцирующее свечение. Присмотревшись, я заметила аналогичное свечение и на наших браслетах.
Вот черт! Дамочка заковала нас в антимагические оковы! Стало ясно, отчего нестерпимо жгло запястья.
Также я рассмотрела приличный синяк на скуле у Дейна и порядком разорванную на нем рубаху.
Я зашипела с досады не хуже разъяренной кошки. Затем заерзала, приподнимаясь и принимая более удобную вертикальную позу. На лицо, мешая, упали пряди волос. Я тряхнула головой, отбрасывая волосы за спину, и с удивлением увидела,
«Вот зараза! Только попадись, я тебе все волосы повыдергаю! Лысая будешь! – мысленно пообещала я. – Хотя бы за то, что одной меня тебе мало, ты еще и друзей моих сюда притащила, хотя они совсем ни при чем. Если, конечно, мы у этой дамочки, а не еще где-нибудь».
– Ребята, вы как сюда попали? – спросила я, перебивая поток Тимошкиных возмущений. – Может, знаете, где мы находимся?
Дейн приподнял голову, видимо собираясь что-то ответить, но тут одна из четырех стен нашей темницы пришла в движение, поднимаясь и уходя в потолок. В открывшуюся и увеличивающуюся щель хлынул свет. Пришлось срочно зажмуриться, поскольку привыкшие к темноте глаза нестерпимо резануло болью.
– Ой, какие вы все здесь беспомощные! – раздался уже знакомый мне голос. – Просто наслаждение! Прикончить бы вас всех, да и дело с концом.
Я открыла глаза. Мы находились в помещении наподобие нашей темницы, но оно было гораздо больше и ярко освещено многочисленными факелами, расположенными вдоль стен. В центре этого помещения стояла уже порядком надоевшая мне дамочка, одетая в открытое вызывающее платье кричащего красного цвета, и пренебрежительно кривила в улыбке тонкие губы.
Рядом с нею с ноги на ногу переминался высокий гориллоподобный тип. Даже дамочка была ему чуть выше пояса. Большая лысая голова типа была покрыта какими-то буграми и шишками. Низкий лоб, маленькие поросячьи глазки, приплюснутый нос, широкий рот с отвисшей челюстью и непропорционально большое тело довершали сходство с гориллой. Я попыталась вспомнить, кого мне напоминал этот странный тип.
– Любуешься на моего тролля? – подала голос дамочка, наблюдая за мимикой на моем лице.
Ах да, спасибо за подсказку. Эта образина не кто иной, как тролль.
– Красавец, правда? – томно стрельнула она в его сторону глазами.
– Поздравляю, дорогая! – улыбнулась я, проследив ее взгляд. – У тебя весьма отвратительный вкус. В чем я, собственно, и не сомневалась.
– Да-да, поговори! – вернула мне улыбочку дамочка. – Гарт – мой палач, вот отдам ему кого-нибудь… Например, зверя твоего из клетки. Посмотрим, что ты тогда запоешь!
Я с яростью сжала кулаки, в груди заклокотало бешенство:
– Слушай ты, дрянь! Если тронешь моего кота, жить не будешь, обещаю! Я с того света тебя достану, если понадобится!
– Ой, какие мы сердитые, – равнодушно пожала плечами та. – Вы мне абсолютно ни к чему, но есть одна маленькая деталь: ты уменьшила одну очень нужную мне вещицу. Думаю, ты понимаешь, о чем я? – С этими словами она протянула руку и разжала ладонь. Крошечная корона, размером с кольцо, заблестела в свете факелов. – И теперь, пока не вернешь ей былой размер, я вас не отпущу, а если еще и противиться будешь, то сделаю с вами поочередно разные приятные вещи. Причем настолько приятные, что смерть вам раем покажется! Ты поняла меня?