Восход Ганимеда
Шрифт:
— Значит, сейчас они видят нас? — спросил Семен, присев на корточки перед объективами камер. — Привет! — Он приблизил свое лицо к фокусу объектива, заметив, как от этого движения сужается диафрагменный зрачок камеры. — Если вы меня слышите…
— Семен!!!
Голос Лады прозвучал так, что кровь заледенела в его жилах.
Медленно повернув голову, он увидел ЭТО…
ОНИ шли со стороны ледника.
В красном свете их контуры четко проступали сквозь клубящуюся мглу, словно этот свет был предназначен именно осветить, выделить, подчеркнуть бредущие в тумане фигуры.
Как
Первым прямо на Семена и Ладу двигалось некое инсектоидное существо, внешне похожее на огромного паука. Его конечности, затянутые в отвратительный для человеческого взгляда, влажный от конденсата темно-коричневый хитин, размеренно двигались, перемещая небольшое, покрытое выпирающими сегментами панциря тело на высоте двух с половиной метров. Именно оттуда на людей смотрели два выпуклых, немигающих фасетчатых глаза, под которыми отвратительно двигались влажные, тошнотворные жвалы…
Семен, который все еще сидел на корточках, вдруг понял, — еще секунда, и он сойдет с ума.
Что бы там ни говорил его разум, но Марк оказался тысячу, миллион раз прав — ЭТО БЫЛО ЧУДОВИЩНО…
Его психика отказывалась воспринимать это страшное создание. А когда оно внезапно остановилось и начало поднимать переднюю пару своих членистых многосуставных конечностей в сторону двух оцепеневших людей — Семен не выдержал.
Его рука метнулась к оброненной мертвым бойцом «АР-20»…
Семен бы выстрелил — он готов был разрядить весь магазин автоматической винтовки в это отвратительное создание, которое пришло в их мир, чтобы…
Закончить роковую мысль, а вместе с ней и движение соскользнувшего на спусковую скобу оружия пальца ему не дала Лада.
— Отойди! — закричал Семен, но она не слышала или же не слушала его. Блокировав биссектрису [5] , Лада сделал первый шаг навстречу монстру. В ее руках не было ничего — они оказались подняты вверх и развернуты ладонями к жутким фасетчатым глазам твари…
Сказать, что ей не было страшно?
Глупо. Она боялась так, что от нервного перевозбуждения дрожала каждая мышца ее тела…
5
Биссектриса (воен.) — направление стрельбы, линия, проведенная между стволом оружия и целью. [А когда я служил в армии, это почему-то называлось директрисой (Sergius)]
Ужас захлестывал ее, сминая рассудок, словно многотонный каток, случайно наехавший на хрупкую пластиковую игрушку…
Тогда зачем она пошла вперед, демонстрируя свои пустые ладони, в то время, как один вид этой твари говорил, кричал о том, что между ними не может возникнуть никакой общности — только страх, отвращение и инстинктивное неприятие чуждых человеку форм?..
Лада не могла этого объяснить.
Просто она готовилась к чему-то подобному. Она ХОТЕЛА шагнуть навстречу своему ужасу, и сейчас, когда внезапно отказал оцепеневший
Семен отшвырнул винтовку и бросился к ней.
— Лада! Остановись!!!
Было поздно.
Конечность твари, поднятая вверх в непонятном, но угрожающем жесте, резко опустилась и…
Она прошла сквозь заледеневшую от ужаса Ладу, не причинив ей никакого вреда, словно действительно оказалась не больше чем сгустком тумана, фантомом…
Ноги девушки подкосились, и тело в скафандре начало безвольно оседать на мертвый прах отложений, что толстым слоем покрывал язык древнего льда.
Семен подхватил ее, сел на землю, пытаясь заглянуть внутрь шлема через выпуклое стекло забрала, ударился об него своим, заметив лишь ее плотно сжатые, побелевшие губы, а инсектоидное существо, что возвышалось над ними, вдруг начало таять, терять свои очертания…
Словно оно уступало место другим, совершенно невозможным с точки зрения земной эволюции контурам, что прорезались сквозь алый туман, двигаясь по направлению к людям.
Губы Лады дрогнули, пытаясь что-то сказать, но для Семена было достаточно и этого легкого движения, чтобы он понял — она жива! Смертельно напугана, но жива!
— Молчи… Не волнуйся, все хорошо! Ладушка, милая, они действительно фантомы!.. — горячо шептал он, прижимая к себе ее безвольное тело, словно хотел спрятать ее, укрыть от надвигающихся со всех сторон фигур.
Они шли, протягивая к ним руки, и вдруг распадались, таяли, исчезали в воздухе, как только кому-то удавалось коснуться человека и взглянуть в его глаза…
Семен продолжал инстинктивно закрывать собой Ладу.
Он смотрел в их нечеловеческие черты, и страх, который он познал, уходил, растворялся в тумане вместе с исчезающими, призрачными фигурами…
Только сияние в центре ледника разгоралось все ярче, словно над Ганимедом действительно происходил фантастический восход нового солнца…
В центре ледника ветер отсутствовал полностью.
Остановившись на краю внушительного углубления, которое протаяло во льду, повторяя контур лежащей на дне конструкции, Семен и Лада смотрели вниз, наконец увидев то, что едва не уничтожило первую в истории внеземную колонию людей.
Предмет не выглядел каким-то фантастическим. Это был сияющий параллелепипед с небольшим вздутием на верхней плоскости, которое пульсировало, испуская тот самый призрачный малиновый свет.
Фантомы исчезли, будто их и не было.
— Спустимся? — спросил Семен, оглянувшись на автомат с борта «Гарри Трумэна», который тащился вслед за ними, настойчиво фиксируя происходящее.
Лада кивнула, сжав его руку.
С борта «Трумэна» действительно наблюдали за разворачивающимися внизу событиями.
Больше того, на борту военного крейсера случилось нечто невероятное — люди собрались подле большого экрана, образовав самую настоящую толпу, в которой русские смешались с американским экипажем, офицеры с рядовыми, — сейчас действительно стерлись все различия, и автопереводчик отчаянно захлебывался, переводя многоголосицу мнений.