Восход

Сурдиковский Ежи

ВТОРОЙ. Еще полминуты, и будут открыты иллюминаторы. То, что мы увидим, и будет доказательством необходимости

лететь в космос. Напрасно я думал о себе — при чем тут я? Это механизмы, которые близки по сложности человеческому мозгу, создавшему их. Сталь, титан, ванадий и опять сталь. Мысль, превращенная в металл, мчащаяся быстрее звука, а когда-нибудь она помчится и быстрее света. Тайны гармонии в конструкциях, лабиринты человеческого сознания. Длинные столбцы чисел, неуверенность. Долгие часы работы счетных машин, ночи без сна, озарения…

ПЕРВЫЙ. Да, с той глухой станции, с топкой дороги к деревне, из других таких деревень. Из оттепели, из разлившихся рек, трепещущих на ветру берез, терпких вишен, из тифозных бараков тогда, в гражданскую,

из нужды, из горящего танка… Из русских мужиков, из калмыков, татар, из университетских аудиторий. Из слез, крови, вдохновенья. Нет, мы не будем ждать, пока станем полностью совершенными, и сейчас я открываю иллюминаторы.

ТРЕТИЙ. Вот оно! Новый шаг.

ВТОРОЙ. Земля! Еще никто так не видел Землю. Этот сумасшедший восторг! У человечества, нет, не у меня, а у него, у человечества, еще небывалые ощущения, еще небывалое знание. Теперь кратеры Луны, пустыни Марса, лавовые моря Меркурия и водородные облако Сатурна оживут и заговорят языком человечества. Полет наш будет продолжаться века. Мы вернемся к своим домам, доживем, и нас не станет, но все будет длиться этот начатый полет. Из колыбели своей Земли.