Восьмой день
Шрифт:
– Зачем ты вызвал меня и мою армию?
– О, да не прогневается Царь Злобы на меня. Но без твоей всепобеждающей мощи нам не обойтись. Огромная опасность нависла над нашей планетой. Среди людей появился тот, от которого исходит неизвестная сила. Этот человек нагоняет такой ужас на всех моих гномов, что они превращаются в его присутствии в тряпки.
– Где же он? – Царь Злобы надменно усмехнулся. – Покажите его мне.
– Вот он! – закричали гномы смеха и выстроились напротив Кости, опасливо на него поглядывая.
– Чтобы увидеть этого презренного, нужно повернуться в его
И обратился к своим троллям:
– Приведите его ко мне, живо, мои солдаты!
Костя увидел, как тролли выстроились рядами, подняли чёрное знамя с белым человеческим черепом, и замаршировали. Они били в барабаны, гудели в трубы, стучали в железные тарелки. Поднялся страшный шум.
Костя наложил на себя крестное знамение и зашептал: «Огради меня, Господи, силою Честнаго и Животворящего Твоего Креста, и сохрани меня от всякого зла!»
В рядах троллей произошло замешательство, их свиные пятачки и глазки налились от злобы кровью. Они затопали от бешенства козлиными ножками. Бессилие охватило их, а непонимание причины случившейся катастрофы привело их в такое бешенство, что они стали кусать и колотить друг друга.
– Вот видишь, а что я говорил?! – закричал торжествующе Букки-Хрюкки.
Он был доволен бессилием своих конкурентов-троллей. От удовольствия Букки-Хрюкки подпрыгнул, сделав в воздухе балетное «па», и изо всех сил стукнул кулаком Царя Злобы прямо по лбу.
Гномы смеха зарыготали лошадиным смехом, и вдруг попрыгали верхом на троллей злобы и начали их дубасить.
– Наконец, мы отыграемся на вас, гады! – кричали гномы.
– Прекратить! – заорал Царь Злобы.
– А мы тебе не подчиняемся, бе-е! – хохотали гномы смеха и показывали Царю Злобы свои змеиные языки.
Царь Злобы выбросил белый флаг.
– Временное перемирие! Именем Великого Мрака объявляю мирные переговоры.
Драка прекратилась. Гномы и тролли разошлись, встали поодаль друг от друга, и лишь злобно переглядывались.
– Мы все с вами знаем, что великая вражда между троллями злобы и гномами смеха уже длится много сотен лет, – сказал Царь Злобы. – Однако, сейчас мы на пороге беды. Среди людей появился тот, кто нам не подчиняется. Более того, от него исходит опасность для каждого из нас, вы все в этом только что убедились. Поэтому нужно забыть о внутренней войне ради войны внешней. Пока враг не будет подавлен, мы не должны ссориться между собой. Понятно?
– Понятно! – хором ответили гномы и тролли.
– Итак. Задача такова. Поскольку никто из вас не может напрямую воздействовать на этого негодяя, будем действовать через людей.
Глава 8. Побег из клиники
Врачи разглядывали Костю и его родителей, задавали вопросы по поводу настроения, интересов, аппетита, сна больного. И делали пометки в своих гаджетах.
Самый главный врач Аркадий Гаврилович Морусякин сидел в центре, ни о чём не спрашивал, на Костю не смотрел. Он что-то слушал в своих наушниках. Вдруг он крикнул: «Го-ол!» и захлопал в ладоши. Остальные врачи закричали «Урааа!», тоже захлопали в ладоши и включили звук в своих
По окончании матча Косте снова стали задавать вопросы про его сон, аппетит, любимые занятия, настроение.
Костя видел и слышал не только врачей, но и козло-хрюков, как он их назвал. Козло-хрюки, не просто устроили посиделки на людях. Эти тошнотворные особи, словно покрывала из мух, буквально устилали туловища, лица, головы врачей. Они присосались к людям и напоминали пиявок, да ещё грозили Косте кулаками.
– Приступаем к совещанию и вынесению окончательного вердикта, – важно заявил довольный исходом футбольного матча Самый главный врач Аркадий Гаврилович Морусякин.
Врачи одобрительно закивали.
– Решение таково: окончательный счёт благоприятный, выход в высшую лигу обеспечен.
– Что-что-что? – спросили родители Кости.
Врачи деликатно покашляли и сделали большие глаза.
– Ах, да, – сказал Аркадий Гаврилович. – Накладочка. Сейчас…
Он отключил наушники.
– Мальчик здоров… Хотя…
Вновь посмотрел на Костю и задумался.
К уху Аркадия Гавриловича прилип не видимый никем, кроме Кости, злобный тролль и гнусаво бубнил, его слова трансформировались в человеческие мысли. И эти чужие мысли человек никак не мог отличить внутри своей головы от мыслей собственных.
– Диагноз психической неустойчивости, некоммуникабельности, неадекватного отношения к миру и обществу. Угроза социальной неадаптации. Нужны самые строгие меры! – подсказка тролля перетекла как по маслу в мысли Самого главного врача.
«Боже, помилуй!» – воззвал в мыслях Костя.
Тут перед его духовным зрением открылись тонкие планы духовного устроения человеческого, и мальчику предстала чудовищная картина. Он увидел… мысли! Да-да. Демонские мысли были похожи на гнилостные сопли, они стекали в духовную среду человека. Там было до этого момента тихо, будто в штиль на море, и светло, там прыгали на лужайках белые зайчики, они играли в футбол и беззаботно смеялись. Но вот на них из жерла вдруг образовавшегося вулкана стали изрыгаться эти самые сопли. Зловоние, смрад опутали зайчиков, и те в одно мгновение стали похожи на угольных страшилищ с мрачными глазами. Они оставили свои забавы, и стали жадно пожирать втекающий в них смрадный гной. Они раздулись, и из маленьких пушистиков превратились в огромных вонючих непонятно что, но уже это не были зайчики. Они изрыгали чёрное пламя, и пожирали самих себя. Вот что теперь происходило внутри Аркадия Гавриловича, наглотавшегося мыслей злобного тролля.
Аркадий Гаврилович нахмурился и строго сказал:
– Вынуждены признать, что у пациента диагноз психической неустойчивости, некоммуникабельности, неадекватного отношения к миру и обществу. Угроза социальной неадаптации. Нужны самые строгие меры!
На плечах врачей запрыгали тролли и гномы, они пищали в уши своих жертв:
– Совершенно правильно! Именно так! Мальчика нужно срочно в лечебницу! Изолировать! Не выпускать! Режим строгого контроля!
Врачи наперебой заговорили, повторяя то, что им вложили в уши нечисти: