Воспитатель
Шрифт:
– Аду, асафта, – папа Леночки безуспешно попрощался, кивнул и скрылся за дверью. Нам лишь оставалось посмотреть ему в след.
Наш же новый воспитатель, поправляя свой ничуть не помявшийся свитер, подошел ко мне, чуть склонившись, а так же понизив голос, подмигнул и спросил:
– Может ли смелый рыцарь надеяться на сладкий поцелуй от спасенной им прекрасной барышни?
Подарила ему в ответ красноречивый взгляд, о том, чего этот самый рыцарь может дождаться, если продолжит свои нехитрые подкаты в том же ритме.
– Катя, Катя! – посмотрела вниз. Маленький Эдик подбежал ко
Подхватила ребенка на руки, но нашего прыткого воспитателя, даже это не остановило.
– Так как насчет?
– Будет тебе поцелуй от барышень, – раздался за его спиной голос Кариночки Эдуардовны, – иди сюда, рыцарь!
Я не удержалась от улыбки, когда нянечка заставила здоровенного мужика, только что выставившего внушительного хулигана за дверь, наклониться и, обхватив его мускулистую шею, притянула к себе, а затем смачно чмокнула в щеку, оставив после своего поцелуя яркий след красной помады на его небритой щеке.
– Вот тебе! Спаситель наш! От всей души!!!
Я ожидала, что этот франт поморщится или как минимум состроит недовольное лицо, но он наоборот, просиял!
– Мадмуазель, – он подхватил ее руку и, как и проделал это со мной в общем зале, поднеся ее кисть к своим губам, мягко прикоснулся к коже нянечки, – мне кажется, я влюблен! Позвольте пригласить вас на вечернее свидание!
– Ой, глупости какие! – Кариночка впервые на моей памяти по-настоящему покраснела. – Ну и болтать-то вы горазды, господин воспитатель! Ты на свидание лучше девочек наших зови, а не меня, древнюю.
– Вы разбиваете мое сердце, королева, – картинно повторил свой поцелуй в ручку выскочка воспитатель.
Именно так – выскочка! Я даже отвернулась от них. Сил нет смотреть на это. Да, спасибо большое, что выставил грубияна за дверь. Только это не значит, что теперь надо по всему саду гоголем ходить и приставать ко всем воспитательницам. Бьюсь об заклад, сегодня же перезнакомится со всеми женщинами у нас на этаже. И я уж точно не горю войти в личный курятник этого петуха!
– Зайчики! – сказала своим ребяткам, не обращая внимания на незваного гостя. – Теперь бежим переодеваться, а потом будем рисовать… снежинки!!!
Детишки радостно заверещали и поспешили к своим шкафчикам – дальше уже задача няни проследить, чтобы кто-нибудь колготки вместо майки не нацепил.
– Она всегда такая неприступная?
– Катенька-то? Нет, Катенька очень хорошая, ее детишки знаешь, как любят? Особенно Эдик Лисин.
– Лисин? – не понравилась мне подозрительно заинтересованная интонация, лишь на мгновение проскользнувшая в голосе ловеласа.
– Да, вон, тот мальчонка, что на руках у нее сидит. Мать у него бестолковая, вечно опаздывает, иногда на час, а то и на три. И Катенька всегда с ним нянчится. А у нее ведь своих двое дома.
– Серьезно? – Белявский заговорщицки понизил голос. – Как же муж? У Катеньки есть?
– Какой муж? А, нет, развелись они давно. Дурак он, муж этот.
Я не выдержала больше данного шпионского шушуканья за своей спиной и крикнула
– Карина Эдуардовна, Константину… эмм…
– Можно просто Костя, – услужливо подсказал наглый тип.
– Константину Викторовичу, – я из принципа напрягла все свои извилины в голове и вспомнила его отчество. А пусть хоть и назло! – Пора в свою группу. Его Антонина Серафимовна заждалась!
– А и в правду, Константин Викторович, – пристыженно сказала Кариночка своему сообщнику, – идите-ка вы в свою группу, – и уже совсем шёпотом, – потом посплетничаем, за чаем. Приходи к нам на тихий час. Катюша домой уйдет и…
– Я все слышу! – крикнула им из-за шкафа, где быстренько меняла постыдную одежду зайца на свое темно-зеленое любимое платье. А главное – достойное.
– Все, все! Он уже ушел! В общем, в тихий час…
– Слушаюсь и повинуюсь…
Глава 5
Приладила каблук, как смогла, и постучала им о деревянный пол.
– Катенька, тише, детишки спят! – раздался из общей комнаты голос Кариночки.
Попробовала каблук. Нет, все равно шатается. Радует одно, что живу я здесь неподалеку. Буду молиться, чтобы дойти. Сегодня у меня первая смена, поэтому надеюсь, смогу своим компенсировать вчерашнее опоздание. Утром планировала Лильке с Сашкой пирог испечь, но теперь, похоже, придется обойтись блинчиками. Для пирога надо идти в магазин, а с такой обувью и по такой погоде, мне бы хоть до дома доскакать.
Не спорю, дети у меня уже большие и эти мои попытки выпросить у них прощение уже совсем не воспринимаются так, как раньше. Сашке моему десятого января, то есть через месяц уже, исполнится заветных четырнадцать лет, а Лильке весной будет восемь. Так что, я молодая и почти свободная мама. Дети выросли, муж ушел – еще годик-другой и свободы у меня будет, хоть ложками греби. Но все равно, будут сегодня блинчики. Как ни крути, а домашние посиделки, хоть и недолгие – но всегда очень важные и запоминающиеся. Конечно, мужа моего Сашку, это не удержало. Как он сказал при разводе – скучная я для него. Всю жизнь дома просидела, в мамах и домохозяйках. Заявил – предсказуемая. А подразумевал еще и толстая. Нисколько в этом не сомневаюсь!
Да, у меня есть высшее образование. Педагог я. Но характер у меня такой, я в принципе зверь домашний. Готовить, детишек воспитывать, убирать и ждать мужа. Разве это неправильно? У меня никогда не болела голова. Никогда. Она болела у него. И, да. Пусть я в лишнем весе, но далеко не в критическом. Никогда в бигудях при нем не появлялась, всегда халатик или платье. И скалкой вопреки анекдотам всяческим не размахивала.
Но, жизнь сегодня такая, что женщина, сидящая дома, пусть даже и симпатичная, мужчине не нужна. Все хотят и хозяйку, и мать, и жену, и любовницу, и смелую бизнеследи с автогонщицей в одном флаконе. Я, подозреваю, родилась слишком поздно. Теперь это немодно. Может быть, именно поэтому, когда осталась без надежного плеча мужа, устроилась на работу сюда, в детский сад номер восемь. Воспитателем. Это хоть как-то мне близко. Зарплата здесь маленькая, но я еще беру по выходным деток, как частная няня и тогда плюс-минус хватает.