Восстание
Шрифт:
1. Представляющие опасность революционные группировки захватили главный купол города Танис…
2. Приказываю: немедленно подавить мятеж…
3. …применять максимальную силу решения боевой задачи…
К тому моменту, когда на экране появилось «Основные жилищные строения подлежат уничтожению…» паника стихла, сменяясь чем-то другим. Странг ясно слышал это «что-то» в голосах окружавших его горожан – в разных углах площади отдельные выкрики стали сливаться в грозный рокот, который, подобно огромной приливной волне, захлестнул островки страха, накрыл их морем потемневших от гнева лиц.
Ну что ж, может быть, ВОКОГ всё же знает, что делает. И уж если страсти
Глядя на экран, Странг покусывал нижнюю губу – верный признак нерешительности. Что делать? На его глазах операция, частью которой он сам являлся, срывалась из-за предательства офицера. Что ему, Странгу, делать? Несомненно, у ребят ВОКОГа есть план на случай непредвиденных обстоятельств. Какое-нибудь резервное подразделение. Да и ДБГ, конечно, не спит, и его спецотряды готовы в любой момент войти в город и захватить Мэттингли и других изменников.
Нужно еще раз выйти на связь. Его лазерный передатчик для связи с ВОКОГом был спрятан в горах за городом, замаскированный под обычный обломок скалы. В настройке необходимости не было. Всё, что нужно, это составить донесение, зашифровать его и переслать на передающее устройство через радиореле, расположенное с внешней стороны купола. Но чтобы реле приняло сообщение с его цефлинка, он должен подойти к нему на расстояние не более 10 метров. Что ж, это возможно… Расталкивая толпу, специальный агент Странг стал пробиваться к южной стороне купола.
Омигато принял на себя командование коммуникационным центром ВОКОГа на Эриду-Синхроорбитальной. План, столь тщательно подготовленный и точно рассчитанный план, находился под угрозой срыва, а причиной стал этот проклятый гайджин, Камерон.
Омигато мало интересовало, будет или нет разрушен Танис, главной целью являлся не этот городок, а сам Дэвис Камерон. Омигато не сомневался – американец сделает одно из двух: или выполнит приказ и атакует город, или откажется повиноваться и попадёт под военный трибунал. Чего Омигато не предвидел, так это того, что Камерон предупредит население Таниса, послав в город одного из своих людей!
Чёрт бы его побрал! Кое-кто из помощников Омигато, включая его аналога, считали, что Камерон выполнит приказ и атакует город. Конечно, инструкции, обязывающие его сделать это, можно будет легко «переписать» ещё до суда, и исправленная версия приказа, содержащая лишь указание наблюдать за ситуацией и докладывать ВОКОГу, уже хранилась в картотеке коммуникационного центра. Камерона отдадут под суд и осудят за убийство сотен безоружных граждан. Сам Омигато полагал, что Камерон откажется выполнить приказ. Да, действительно, он прекрасно проявил себя при разгоне толпы в Винчестере, но Омигато внимательно наблюдал за американцем во время встречи с ним у Прэма. Этого идиота взволновали несколько погибших гражданских, факт, убедивший представителя Императора, что парню не хватит духа проломить купол колонии. А если учесть, что в роте несколько эридуанцев, которые, конечно же, будут протестовать, то весьма мало вероятно, что штурм вообще состоится. По мнению Омигато, Камерон принадлежал к числу тех популярных командиров, которые слушают своих подчиненных вместо того, чтобы требовать от них беспрекословного подчинения. К сожалению, дисциплина в гегемонийских войсках отличалась не в лучшую сторону.
Но прямой отказ от исполнения приказа означает только одно – военный трибунал. К тому времени, когда запись будет исправлена, всем
Да, но сначала надо установить контроль над Эриду. Ясно, что если Гегемонийские войска не в состоянии обеспечить порядок…
Но Камерон предупредил город; хуже того, предатель снял копии с секретного приказа и передал их в Танис. А уж повстанцы сделают все возможное, чтобы содержание инструкций стало известно всем жителям планеты. Итогом станет всеобщее восстание.
Почему Камерон так поступил? Может быть, он уже давно тайно связан с повстанцами? Омигато не верил этому, ведь Камерон твёрдо знал, что реабилитация отца зависит от его хорошего поведения. Он должен был либо выполнить приказ, либо вернуться на базу, надеясь так или иначе отвертеться от трибунала. Впрочем, если бы Камерон попал под трибунал, то вполне мог бы продолжить карьеру, не подвергая опасности судьбу спасения честного имени отца. Измена не оставляла никаких надежд. То, что сделал Камерон, не имело смысла.
Приходилось признать, что он, Омигато, мог ошибиться. Уроженцы Запада, в особенности американцы, не разделяют присущего японцам почтения к родителям, но Омигато хорошо изучил личное дело Камерона и был уверен, что молодой человек сделает все, чтобы спасти честь и доброе имя отца! Что же может быть важнее этого?
Гайджин. Омигато грустно покачал головой. Животные! Их невозможно понять!
– Сандоваль!
Майор, руководивший работой коммуникационного центра ВОКОГа, резко повернулся в своем кресле и испуганно уставился на Омигато.
– Сэр!
– Откройте надёжный канал связи с капитаном Нагаи.
Оставался один шанс спасти положение. Нагаи и его морские пехотинцы находились возле Луксора, ожидая приказа, чтобы поддержать роту Камерона во время штурма города.
Если обставить всё как следует, то еще можно представить происходящее так, будто Камерон и его подразделение обезумели и истребили население целого города.
Глава 25
Сколько же можно нести ярмо Японии и её гегемонийских марионеток? Сколько же можно гнуть спину на других, отсылая продукты своего труда на Землю, где ДайНихон использует их на социальные программы, в то время, когда наши дети голодают.
После предупреждения Гуннара Кляйнста прошло почти два часа, прежде чем первые морские пехотинцы появились у главного купола Таниса. Сначала прибыло воздушное прикрытие: четыре «Така», что на нихонго означает «сокол», для поддержки пехоты. За ними следовало около дюжины флиттеров, применяющихся главным образом для транспортировки боевых машин. Неуклюжие, шумные, окрашенные в чёрный цвет бронетранспортеры опускались на землю уже с поднятыми грузовыми люками. Из тёмных внутренностей зловещих птиц хлынула волна уорстрайдеров, рассыпавшихся тут же атакующей цепью. За ними шла пехота, около 300 человек.