Вой
Шрифт:
Посередине поляны замерцала белесая завеса портала. Все, как тогда, в «Древе» — только вот на этот раз прозрачной она так и не стала и вместо того, чтобы разрастись и превратиться в круглое затемненное зеркало, покрылась разрывами и исчезла в воздухе. Не сработало.
— Опять ты неправильно сказал заклятие! — ведьма уже начала выходить из себя.
Я ухмыльнулся про себя. Ага, не такой я уж дурак, чтобы не запомнить его с первого раза, но это не значит, что я хочу это делать правильно. Нужно просто симулировать неверные действия, чтобы эти ошибки не бросались в глаза. Как же, будет с первого
Я вздохнул, махнул рукой, и тонкая пленка портала протаяла в воздухе. Устояла, развернулась в рост взрослого человека… и так и осталась висеть. Вот теперь я чувствовал его вибрации, и если поддать силы… Ага, только вот полную силу прикладывать я не собираюсь — да, используя эту магическую технологию, можно вызвать нехорошие последствия. Открыть портал в Навь…
— Можешь ведь, когда захочешь! — торжествующе заявила Василиса. — А теперь захлопни его и начнем сначала! Ты должен выработать это до автоматизма. Чтобы только ты подумал — и он появился. Только не переусердствуй, до конца не открывай.
— Что так, разве не будем сейчас вызывать Чернобога? — спросил я.
— Нет. Для его призыва должен быть соблюден особый ритуал, и проводить его должен ковен под руководством Творца. А то ты сейчас пробьешь стену между мирами, и оттуда хлынет черте-что, — ведьма поежилась.
— А вам разве плохо? Ваше сродство, черное… — усмехнулся я. — Общий язык с чертями найдете.
— Говори да не заговаривайся, — зашипело скрюченное отродье, и замахнулось клюкой.
— Что ты мне сделаешь, старая? — спросил я с издевкой. — Творец тебя наизнанку вывернет. Потом высушит. Так что не зли меня. А поскольку вы настолько немощны, что не можете воспользоваться своей же ворожбой и открыть дверь на ту сторону — какой от вас толк.
— Учись давай, — злобно буркнула старуха, поняв мою правоту.
Почему бы и нет? На эту магию у меня свои планы. И научиться открывать порталы в них входит. И у Зверя внутри меня — тоже. Пока наши планы совпадают. Но это я попробую вечером, когда стемнеет и я отпрошусь до ветру. Ритуал, говорите? Будет вам ритуал, икать долго будете. Если, конечно, в живых останетесь, что весьма проблематично.
Глава 26
С утра Бецкой стоял у ограды поместья Разумовских. У ворот бродили несколько не выспавшихся, с похмельными рожами репортеров, ночевавших явно в своих машинах. Внешне Бецкой мало от них отличался — в такой же засаленной футболке под пиджак — и какой шутник назвал этот стиль «калифорнийским» — кепочке с надписью «Пресса», и большим фотоаппаратом на шее.
— Ты откуда, друг? — спросил один из похмельных репортеров, на котором была футболка
— Я стрингер, — сказал Бецкой. — То там, то сям…
— Понимаю, — кивнул требующий лечения репортер. — Слушай, у тебя нет… А то трубы горят.
И журнашлюх универсальным русским жестом щелкнул пальцем по горлу.
Бецкой поморщился — факел от похмельного репортера напоминал выхлоп колымаги, работающей на спирту. Экологически чистой, так сказать.
— Нет. Не пью.
— А как же ты расслабляешься? — удивился репортер.
— Я не напрягаюсь, — Бецкой дал понять, что разговор окончен.
Журналюга обиженно развернулся и пошел трясти собратьев по перу и стакану. А Бецкой наконец-то смог перевести дух — уж больно ядовитым был выхлоп, даже кашлять захотелось.
Пора начинать большой шухер! Бецкой достал смарт. Ого, сколько сообщений с проклятьями и пожеланиями сдохнуть! Сетевые отморозки изошли на сироп от зависти, что вообще-то и требовалось. Так, где там заветный чат? Сыграем на людской жадности. Он накорябал — «Сейчас буду брать Апраксина. Нужен помощник. Писать в личку».
Смарт чуть ли не вспух, постоянно вибрируя от сыпавшихся сообшений. Вот теперь пошла работа. Он запустил приложение для массового ответа, выбрал первых попавшихся пару сотен абонентов и отослал адрес поместья Разумовских. Оставалось только подождать. Можно даже кофе из термоса попить в своей машине, расположенной поодаль от других, что без толку торчать у ворот.
Через час у ворот поместья начала собираться толпа. Бецкой вздохнул, вышел из машины и направился к возбужденным зевакам.
— А что происходит-то? — спросил он у первого попавшегося мужика лет тридцати звероватого вида.
— Да Апраксин там, — сплюнул он на землю. — А за него награда положена. Ты тоже за ним?
Парень подозрительно, с прищуром, осмотрел его.
— Не-не, — заверил его Бецкой. — Мне только снять фото для редакции.
Он взмахнул фотоаппаратом и показал на кепку.
— А-а, — потерял интерес детина и отвернулся от него туда, где толпа уже облепила ворота поместья.
Бецкой ухмыльнулся. Все идет по плану. Но толпу надо разогреть и довести до массового психоза, чтобы получить то, что нужно. Иначе не получится.
Он начал сновать между людьми, слушая слухи и передавая их другим интересующимся. Причем не просто передавая, а набросив на себя плетение Истины — должно было звучать правдоподобно и убедительно. Благо, в толпе не было волшебников или Одаренных — только тупые реципиенты, представители отбросов рода человеческого. Потребители сетевого говна, неспособные на самостоятельные решения и критическое мышление.
— Ну что там? Видели Апраксина в доме?
— Видели-не видели — не твое дело, — ответили ему. — Он там.
— Точно?
— Да иди ты! — отпихнули его.
Бецкой с трудом подавил желание дать оппоненту в морду, но тот опять повернулся к нему спиной. Толпа гудела, но еще не кидалась на ворота — попробовавшие схватиться за решетку получили довольно ощутимые разряды. Как от «электропастуха» для скота.
Он отошел на безопасное расстояние и стал наблюдать за толпой.
— Апраксин! Выдайте нам Апраксина!
На крыльцо вышла княгиня Разумовская с дробовиком в руках, а с ней пара охранников с автоматами.