Война Чарли
Шрифт:
– Как вы? – спросил он.
Чарли с трудом сел. Все тело болело. Руки были в кровоподтеках.
– Где я?
– В «Палермо», – сообщил здоровяк и помахал кому-то: – Тащите сюда!
Чарли выпрямился и прищурился в лучах яркого солнца. От ослепительного света кружилась голова.
– Ну и видок у вас, мистер, – сказал кто-то еще. – Похоже, вас ограбили и избили.
Чарли тут же стал нащупывать бумажник. Распухшие пальцы правой руки с трудом влезли в карман.
– По-моему, у вас палец сломан, – сказал здоровяк. – А может, и не один. Но бумажник вроде бы до сих пор
В больнице «Вэлли» Чарли узнал, что с ним стряслось. Врач подозревал легкое сотрясение мозга. Два пальца на левой руке сломаны. Сломан нос. За правым ухом рваная рана; ему наложили восемь швов. Сильный ушиб ребра справа, кровоподтеки на груди, плечах и спине. Посмотревшись в маленькое зеркальце на двери, Чарли увидел, что под обоими глазами у него синяки, а верхняя губа распухла. Швы за правым ухом закрывала марлевая повязка. Костяшки на обеих руках тоже были в ссадинах.
– Хотите подать заявление в полицию? – спросил врач отделения скорой помощи.
Чарли покачал головой:
– Нет.
– Вы знаете, кто на вас напал?
– Нет.
– Может быть, позвонить вашим близким, друзьям?
– Нет.
– Уверены?
– Да. У меня никого нет.
– А дома? Может, позвонить вашим родственникам в Нью-Йорк?
Чарли снова покачал головой.
– Нет, – сказал он. – Спасибо.
Он пытался по кусочкам вспомнить все, что произошло вчера ночью. Он провел довольно много времени в зале игровых автоматов, где играл в покер, беспрерывно поглощая джин-тоник. Он помнил, что здорово напился. Он даже взял небольшой джекпот.
Четыре туза! У него выпало четыре туза, и он выиграл пятьсот долларов.
Чарли вспомнил, что подружился с кем-то и с новыми друзьями пел песни за барной стойкой. Там был какой-то парень в ковбойской шляпе, с подружкой. Они голосили песни в стиле кантри.
Еще Чарли подружился с барменшей, Самантой-Николь – в общем, имя было похоже на Николь. Хорошенькая рыжая девчонка с веснушками и широкой улыбкой. Память не удержала, откуда барменша, по ее словам, была родом, но говорила она с каким-то акцентом.
Он не помнил, когда ушел из бара, но знал, что было уже довольно поздно. Ему захотелось подышать воздухом, прежде чем подниматься в номер. Он знал, что Лиза все еще злится на него за то, что он напился. Совершенно точно, что в номер он так и не поднялся. Вместо этого продолжил пить.
Когда Чарли, наконец, вышел из бара казино, то пошел пройтись по бульвару Лас-Вегас, чтобы посмотреть пиратское шоу возле «Острова сокровищ». Он стоял в огромной толпе зевак, где познакомился с каким-то лысым коротышкой.
Они вдвоем смотрели представление и болтали. Коротышка оказался из Чикаго; сюда, в Лас-Вегас, он приехал по делам. Он работал на строительную компанию, которая возводит новый отель, «Палермо». Чарли сообщил коротышке, что из своего номера в отеле «Харра» видел ночью работающие подъемные краны.
– Здесь они работают круглые сутки, – заявил коротышка. – Иначе им не поспеть вовремя. При таких затратах важно как можно скорее открыться, чтобы окупить расходы.
Рассказ коротышки произвел на Чарли большое впечатление. Его новый знакомый знал о строительстве огромного
Коротышка обещал все узнать и повел Чарли смотреть макет «Палермо». Территория стройплощадки была закрыта, но у коротышки оказались при себе ключи. Они вместе осмотрели большой макет будущего отеля, коротышка на память цитировал, сколько будет стоить здесь номер, показывая на светильники и мебель. Чарли изумленно качал головой.
Назад двинулись какой-то другой дорогой. Было темно. Последнее, что запомнил Чарли, – перед ними вдруг возник еще один человек с трубой. Тот человек что-то произнес, но Чарли ничего не понял. Потом вдруг у него из солнечного сплетения вышел весь воздух. Его били кулаками и ногами. Он погрузился во мрак.
Из больницы его отпустили только в половине одиннадцатого. Чарли поймал такси и поехал в «Харра». Но в номер он подниматься не стал, а решил еще пройтись. Он добрался до стройплощадки, где вчера ночью его избили. Огороженную территорию охраняли двое здоровяков в форме; у ворот выстроилась очередь грузовиков со стройматериалами. Охранники проверяли пропуск у каждого водителя.
Чарли остановился у макета «Палермо» и стал искать коротышку, с которым подружился вчера ночью. Странно – его избили, но не ограбили. Бессмысленно как-то. Сначала он решил поспрашивать про коротышку рабочих, но потом передумал.
Прохожие бросали на него подозрительные взгляды; с такой физиономией, как у него, только вопросы задавать! Увидев свое отражение в зеркале, висевшем в ванной комнате макета, Чарли вспомнил, что голова и руки у него забинтованы.
Когда он, наконец, вернулся к себе в номер, шел уже второй час дня. Лиза ушла. Он вспомнил, как в больнице сказал врачам, предлагавшим связаться с его близкими, что здесь у него никого нет. Он вспомнил, как заявил: у него вообще нет родных и близких.
Наверное, он сглупил. Зачем только сказал, что у него никого нет? Оглядевшись, Чарли заметил нечто странное. Подошел к окну, обернулся и снова оглядел номер. Здесь убралась горничная, но ему показалось, будто что-то не в порядке.
Он закурил сигарету, вынув ее из пачки на столике, и сразу понял, что не так. Жена не просто вышла в магазин или еще куда-нибудь. Она уехала, ушла совсем.
Потом он заметил на прикроватной тумбочке записку.
4
– Зачем мы только тут торчим? – Винсент Лано закурил «Мальборо», сильно закашлялся после глубокой затяжки и вытер заслезившиеся глаза.
– Соскочить хочешь? – спросил Джоуи Франконе. Ему было двадцать пять; он был почти вдвое моложе Лано. На нем были облегающие черные спортивные брюки, черная футболка, черные туфли. Рукава футболки распирали огромные мускулы.