Шрифт:
Автобус Камышин – Саратов. 22 мая, 10 часов утра
Пассажиров набралось не много, и автобус отъехал от северного автовокзала в Камышине полупустым.
Афанасий занял место согласно билету – в середине автобуса, уступил кресло у окна молодой девушке с короткой стрижкой по моде – «подсолнух»: соломенные волосы у неё образовывали лепестки подсолнуха вокруг чёрной поросли на макушке. Оглядывать салон автобуса не стал, и так знал, что за пассажиры сели вместе с ним в комфортный новенький «Икарус». Ни один из них не подходил по описанию под потенциальных
Сообщение об отправке смертницы из Львова в Саратов поступило в Управление спецопераций ФСБ в среду, и уже к концу дня группа Афанасия Пахомова в полном составе перебралась в Камышин.
Возможно, сведения, добытые разведкой, не были корректными, так как полагаться приходилось на местную украинскую агентуру и родственников боевиков-бандеровцев, но цель террористов – взорвать Саратовский театр оперы и балета при проведении международного фестиваля песни – стоила того, чтобы поднять по тревоге все силы безопасности, и без того находящиеся в состоянии постоянной войны с бандподпольем. С начала века – с террористами Закавказья, два года назад – с озлобленными ультранационалистами Западной Украины, которых красиво «кинули» пришедшие на их штыках к власти олигархи.
Остановить террористов надо было до их проникновения в Саратов.
Четверг двадцать второго мая выдался ясным и тёплым. Пассажиры ехали налегке, лишь двое или трое из них везли большие сумки, уместившиеся в багажном отделении «Икаруса».
Афанасий, по-модному небритый, в легкомысленной жёлтой футболке с изображением акулы, джинсовой безрукавке и зеленоватых велюровых штанах, с кепи на голове, в очках, делал вид, что слушает музыку: к уху у него был прикреплён наушник плеера, – в руке он держал айпад, по экрану которого бегали и стреляли персонажи видеоигры под названием «Террористы против инопланетян». Играл он так громко, что один из пассажиров, с прокуренными усами и бородкой, сделал ему замечание. Пришлось уменьшить громкость звукосопровождения.
Первую остановку водитель сделал на выезде из города, подобрав двух женщин среднего возраста, одетых в скромные летние платьица; они везли кота в специальном боксе и были заняты обсуждением какой-то встречи.
Вторая остановка на перекрёстке дорог к посёлку Умет и деревне Дубовка прибавила ещё троих пассажиров: совсем молоденькую девчонку, женщину постарше, – её мать, наверное, и лысого мужчину с портфелем, похожего на колхозного бухгалтера советских времён. Ни один из них подозрения у Афанасия не вызвал.
Проехали поворот на Усть-Грязнуху, высадили троих пассажиров на повороте к посёлку Каменский.
В Красноармейске желающих ехать в областной центр было больше, и автобус заполнился крикливой ватагой молодых людей в количестве восьми человек и шестью нормальными пассажирами постарше, среди которых Афанасий заметил старушку лет восьмидесяти, с седыми буклями, и затрапезного вида мужичка, которому на вид можно было дать лет шестьдесят с гаком.
Он насторожился. Не понравилось, что старушка поднялась по ступенькам
Оба сели в разных концах автобуса: старушка почти сразу за водителем, мужичок во всём коричнево-сером, древнем, запылённом – на заднем сиденье.
«Зум!» – набрал Афанасий на самом поле айпада, что означало: «Внимание! Боевой режим!»
Беспокоиться о том, что кто-то увидит набранный им текст, не стоило. Айпад был необычным, с поляризационным экраном, по которому бегали и прыгали персонажи игры, но текст информсообщений был виден только человеку в специальных очках, то есть Афанасию. Экипировка бойца группы «А», замаскированная под обычные вещи и детали одежды, позволяла командиру держать связь с другими бойцами, не привлекая внимания рядовых граждан.
На затылок лёг липкий взгляд.
«Лапа, клиент на заднем сиденье – в картузе», – выстучал Афанасий пальцами по глади планшетника.
– Вижу, – отозвался в клипсе рации голос Лапы – старшего лейтенанта Михаила Михеева.
Девица-«подсолнух» рядом глянула на айпад, увидела горящий танк, бегущих солдат, но войнушка её не заинтересовала, и она снова отвернулась к окну.
В ухе проклюнулся голос Шелеста – лейтенанта Ванюты; он ехал за автобусом в отечественном мини-вэне «Ларгус» с затемнёнными стёклами:
– Командир, за вами едет раздолбанная «Тойота».
«Следи», – сыграл Афанасий нервную дробь ответа.
Водитель вдавил клаксон, ругаясь на нерасторопную «Ладу-Бузину», заставляя водителя уступить дорогу.
Завёрнутая в цветастую шаль старушка, сидевшая впереди с корзиночкой, накрытой серой тряпицей, даже не шевельнулась, и это тоже было странно, потому что сидела она совершенно прямо, не касаясь прямой спиной (почти все старухи в её возрасте горбились) спинки сиденья, как сидят девушки на выданье.
«Тоша, клиентка – бабуля с корзиной», – сообщил Афанасий.
– Ок, – донёсся ответ Тоши – сержанта Антонины Мамичевой.
Проехали перекрёсток на Луганское.
До Саратова оставалась ещё треть пути, и пассажиры стали вести себя тише, многие задремали, убаюканные рокотом двигателя и покачиванием автобуса.
Методика захвата смертника в автотранспорте давно прошла обкатку и зарекомендовала себя самым лучшим образом, но Афанасий медлил, чувствуя подвох. Ему не нравилось, что следом за автобусом едет старая «Тойота», в которой мог находиться дублёр сопровождающего смертницу, способный дистанционно включить «пояс шахида». Его надо было брать одновременно с парой боевиков в салоне автобуса.
«Дохлый, Шелест – объект в «Тойоте» ваш. Зачистить по команде на раз».
– Есть, командир, – ответил Дохлый – сержант Сеня Марин, рапид-снайпер группы. Он мог за одну секунду трижды выстрелить из снайперской винтовки и не промахнуться.
«Сколько клиентов в «Тойоте»?»
– Двое, – ответил Шелест.
«Попробуйте идентифицировать».
– Пытаемся.
Палец лёг на скрытый сенсор запуска нанитов.
Контейнеры нанитов размером с пуговицу были вшиты в воротник безрукавки, представлявшей собой чудо шпионской техники, и содержали по десятку нанороботов разного назначения: одни могли вести наблюдения микровидеокамерами, другие несли парализующий мышцы человека яд.