Война империй
Шрифт:
Прежде чем подключиться к бою "Авроры" с "Чиодой", "Гиляк" согласно оговоренному еще ночью плану открыл огонь по силам японского десанта, часть которого продолжала пребывать у береговой черты, заинтересованно наблюдая за разворачивающимися на рейде действиями. Рассеяв огнем вражескую пехоту, не ожидавшую прилета с моря восьми- и шестидюймовых гостинцев и заплатившую за свою ошибку более чем сотней убитых и раненых, и разметав остававшиеся на пирсах штабели выгруженного имущества японских войск, Беляев, не наблюдающий более на берегу законных целей для своих пушек и не желающий затем давать противнику повод обвинять его в обстреле нонкомбатантов в нейтральном порту, свои последующие залпы направлял уже в "Чиоду".
Всего в противостоянии с "Чиодой" в "Аврору"
В перестрелке с удаляющейся "Чиодой" комендоры "Авроры" добились еще одного попадания, тем же самым ответили и японцы. "Гиляк" же несколько отстал от крейсеров и из боя временно выпал, причем тому причиной была не только меньшая скорость канлодки - она поджидала пароход "Сунгари", который также начал движение в сторону выхода из гавани. Японцы, видевшие, что за "Сунгари" тянется на буксире караван шлюпок, сочли, что русские планируют использовать пароход в качестве спасательного судна. Правы в такой своей оценке они оказались лишь частично.
Возглавляемые "Асамой" основные силы японцев, к которым к тому моменту успел пристроиться и "Чиода", вступили в огневой контакт с "Авророй" на половине пути от острова Идольми к порту Чемульпо примерно в 8.55. Парадоксально для Уриу, ожидавшего, что русские будут стараться прорваться из гавани, "Аврора" и "Гиляк" маневрировали, насколько это позволял фарватер, под снарядами его кораблей на дистанции в 35-40 кабельтовых, сами энергично стреляли в ответ, но... в открытое море не торопились. За их бортами вне досягаемости японской артиллерии держался "Сунгари".
"Аврора" с момента встречи с эскадрой Уриу вела огонь только по "Асаме", "Гиляк" сообразно полученным еще до боя инструкциям из восьмидюймовых пушек также стрелял по "Асаме", а из шестидюймовок - по "Чиоде". В свою очередь, "Аврора" в этом противостоянии была мишенью для "Асамы", "Чиоды", "Нанивы" и "Такачихо", а по "Гиляку" вели огонь "Акаси" и "Нийтака".
Расклад "один против четырех", разумеется, был совсем не в пользу русского крейсера, но Егорьева это, казалось, не смущало, хотя "Аврора" и получала куда больше повреждений, чем наносила сама - шесть или семь попавших в "Асаму" шестидюймовых снарядов и три 75-мм не нанесли ей существенного вреда, один снаряд, перелетом угодивший в "Чиоду", также лишь пробил навылет корпус вблизи от форштевня, не взорвавшись. Сам же русский крейсер к началу двенадцатого от многочисленных попаданий потерял убитыми и ранеными около 40 процентов экипажа, почти всю артиллерию (в строю оставалась всего одна шестидюймовка, две 75-мм и столько же 47-мм пушек), имел непрекращающиеся пожары на баке и у четвертой дымовой трубы, крен в 8 градусов на левый борт от подводных пробоин и уже мало напоминал того четырехтрубного красавца, каким он вступал в бой три часа назад. Но единственное пробитие палубы восьмидюймовым снарядом с "Асамы" в 10.44, после которого русские недосчитались одного котельного отделения, почти не сказалось на скорости крейсера - избыточность парообразующих мощностей, числившаяся недостатком проекта, в данном случае невольно сработала в пользу русских.
Точку в сопротивлении "Авроры" поставили еще два попавших в нее в 11.11 восьмидюймовых снаряда - при попытке русского крейсера сблизиться
Ускорил развязку еще один снаряд главного калибра "Асамы", в 11.16 проделавший подводную пробоину у форштевня русского крейсера, после чего тот мог идти вперед лишь на 5-6 узлах и стал резко садиться носом. К тому моменту с "Авроры" отвечали врагу всего одна 75-мм и одна 47-мм пушка. В свете бессмысленности дальнейшего боя на фактически агонизирующем корабле против превосходящего противника Егорьев в 11.19, кое-как развернув "Аврору" машинами на уводящий от врагов курс, отдал приказ прекратить огонь и готовить крейсер к подрыву, после чего команде спасаться. Выпущенными с мостика сигнальными ракетами - к тому моменту иных средств связи просто не оставалось - это приказание продублировали и на "Гиляк".
Канонерская лодка в бою с эскадрой Уриу добилась двух попаданий - по одному в "Асаму" и "Чиоду", причем снаряд, угодивший в первый из названных крейсеров, попал в носовую башню, что заставило ее на время прекращать огонь, облегчая тем самым положение "Авроры". Этот точный выстрел и попадание в "Чиоду" еще в начале сражения были заслугой орудия под управлением георгиевского кавалера Платона Диких. Справедливости ради стоит заметить, что еще один снаряд с канлодки сбил стеньгу фок-мачты броненосного крейсера, но все потери японцев в этом случае ограничились упавшим за борт боевым флагом. Сам "Гиляк" получил три снаряда (один шестидюймовый и два 120-мм, все с "Акаси"), наиболее опасным из которых оказался лишь первый, "заглушивший" носовую шестидюймовку лодки, остальные же мало сказались на ее боеспособности. Однако Беляев вполне осознавал тот факт, что после уничтожения "Авроры" время жизни канлодки под совокупным огнем шести японских крейсеров будет исчисляться минутами, и после получения приказа с флагмана отряда дисциплинированно вышел из боя и стал снимать с корабля команду.
Японцы после прекращения огня "Авророй" и "Гиляком" и ухода их в направлении Чемульпинского рейда также задробили стрельбу и выслали вперед свои миноносцы для наблюдения за покидающими свои корабли русскими. Но в полной мере "сыны Микадо" осознали замысел своих противников лишь тогда, когда на борту развернувшейся практически поперек фарватера "Авроры", каковое положение японцы сочли следствием потери управляемости (и были в подобной оценке отчасти правы), через пятнадцать минут после ухода последних спасательных шлюпок - они были высланы не только с "Сунгари", но и с "Тэлбота", "Паскаля", "Эльбы" и "Виксбурга" - стали раздаваться взрывы. А затем то же самое начало происходить на оттянувшемся за корпус крейсера "Гиляке" и остановившемся еще дальше по фарватеру пароходе КВЖД... Спустя некоторое время истерзанные корпуса крейсера, канонерки (ее силой взрыва разорвало на части) и "Сунгари" почти полностью скрылись под водой.
Разумеется, затонувшие русские корабли не смогли перекрыть своими телами весь фарватер, но даже частичное его блокирование делало крайне затруднительной безопасную проводку неповоротливых "купцов". И то, что данное обстоятельство ощутимо скажется на темпах развертывания войск в Корее, было несомненным фактом.
Собственно, в этом и состоял план Егорьева. Прекрасно понимая, что из Чемульпо японцы его не выпустят - да и не ушли бы ни "Аврора", ни "Гиляк" от японцев даже просто по скорости, - он и не стал пытаться любой ценой прорваться в открытое море. Вместо этого Евгений Романович избрал более реальную, хотя и в чем-то более трудную цель - сделать все для того, чтобы японцы не смогли нормально использовать Чемульпинскую гавань, предварительно нанеся противнику максимальный ущерб в артиллерийском бою.