Возлагая бремя

— Ученики, занимайте места в вагонах! Просьба провожающим, покинуть перрон! Поезд Хогвартс-экспресс отправляется через две минуты! — последовал гудок паровоза, который заглушил голос проводника.

Я посмотрел в сторону Фреда и Джорджа, с которыми я отправляюсь в школу Мерлина.

— Рон, ты поедешь с нами или со студентами своего факультета? — спросил Фред.

— Брат, я предпочту вашу компанию, правда, если вы не против, — оглядывая обоих близнецов, сказал я.

Они улыбнулись мне и протянули руки к своим вещам. А я как можно громче

— Фред, Джордж, помнится вы хвастались, что сам Мерлин вам в подмётки не годится! А теперь я вижу, что вы, как два магла, хотите тащить свои чемоданы в поезд.

— Ох, простите, глава рода! — также громко сказал Фред.

— Совсем забыли, что на платформе мы уже имеем право использовать магию! — продолжил Джордж.

После чего они махнули своими руками и направились в сторону поезда, левитируя перед собой свои чемоданы. Этот момент мы обговаривали заранее. Род Уизли должен показать всем волшебникам, что он силён. Анализ конфликта с родом Гринграсс дал ясно понять — волшебники уважают силу. И в ситуации с Гринграссами было большой удачей, что итогом стала договоренность о помолвке. Поэтому на семейном совете мы приняли решение, что во всём, за что мы будем браться в школе, должны становиться лучшими или одними из лучших. Если в чем-то у нас проблема, то нанимаем репетиторов, благо с деньгами проблем нет. Никогда сами не ввязываемся в драку, для этого есть другие. И самое главное, нарабатываем связи со всеми волшебниками, которые в будущем могут нам пригодиться.

— Фред, Джордж, что вы себе позволяете?! — услышал я голос, от которого невольно вздрогнул. — Использовать магию вне стен школы запрещено.

Я повернулся и посмотрел на шедшую в нашу сторону Гермиону Джин Грейнджер. Сам не ожидал, но я почувствовал облегчение видя её живой. Братья хотели что-то ей ответить, но я перебил их.

— Мисс Грейнджер, позвольте Вас пригласить к нам в купе. Не стоит устраивать представление на глазах у других магов. Если мы были не правы, то легко признаем это и понесём ответственность. Но если мы окажемся правы, тоже самое сделаете вы.

Близнецы поняли, что я что-то задумал. И, наверное, о чём-то таком подумала Гермиона.

— Кто Вы? — задала она вопрос, чем сбила меня с мысли.

— Эм, Гермиона. Это я, Рональд Биллиус Уизли. Маг, который тебя раздражает больше всех на свете! — полушепотом сказал я.

— Не может быть! Ты изменился и не похож на человека, которому всего тринадцать лет. Это неправильно! — сказала она, показывая на меня пальцем.

Её громкие слова слышали все на перроне, из-за чего наша компания стала центром всеобщего внимания. Чтобы закончить это представление, я схватил её за руку и потащил в поезд.

— Что ты себе позволяешь?! — кричала Гермиона, которой вероятно не понравилось такое обращение. Я, не церемонясь, завёл её в купе и толкнул на сиденье.

— Silencio! — не дав ей проронить ни звука, проклял её. *Зрением* проверяю наличие обетов между ней и мной. И с радостью выдыхаю, ничего не обнаружив.

— Мисс Грейнджер, рад что Вы решили почтить нас своим обществом. Послушайте меня недолго, после чего можете идти на все четыре стороны. — дождавшись пока она перестанет сопротивляться, отменяю заклинание

— Хорошо, — тихо сказала она. — Но знайте я обязательно доложу декану о том, что здесь произошло!

Близнецы сели рядом и внимательно стали нас слушать.

— Идёт, — сказал я улыбаясь. — Но хочу предупредить тебя о нескольких моментах, которые ты не приняла к сведению. Первое, волшебники на перроне даже не пошевелились, чтобы помочь Вам, мисс Грейнджер. Вы ведь не станете отрицать, что со стороны это выглядело так, что я собираюсь нанести Вам вред. А знаете почему? Потому что я Лорд! Лорд магической Великобритании. А знаешь кто ты? — в её глазах появилась ненависть и она подскочила со своего места, но близнецы встали на её пути.

— Отпустите меня! — закричала она.

Джордж сел напротив Гермионы и сказал.

— Гермиона, ты нас знаешь, — показал он на второго близнеца, — и поверь, мы не представляем для тебя опасности. Но тебе стоит выслушать главу нашего рода до конца. После чего я отпущу тебя. Даю тебе своё слово.

Грейнджер надулась и, сложив руки перед собой, села обратно.

Убедившись, что она готова слушать, я продолжил.

— Второе, чистокровные волшебники могут колдовать, когда рядом с ними находятся взрослые маги. Я же де-юре эмансипирован, — и показал кольцо главы рода на своём пальце. — Поэтому братья ничего не нарушили. И, чтобы ты знала, им максимум могут прислать предупреждение, которое получу я. Но хочу обратить твоё внимание на то, что никто исключить их из школы, сломать палочку или лишить магии не сможет. Статус нашего рода таков, что нас могут судить только равные нам, то есть древнейшие и благороднейшие рода.

— Но тебя осудил Визенгамот! — перебила она меня. — Ты темный маг и убийца.

— Ох, это будет сложно, — закатил я глаза. — Судей купил Дамблдор, прими это как факт, и с тобой я эту тему продолжать не стану. А вот про темного мага мне просто интересно, что ты под этим понимаешь? — заглянув в воспоминания Гермионы, увидел фотографии её отца в военной форме с боевыми наградами на груди. — К примеру, твой отец ведь боевой офицер! Он воевал. Как ты думаешь он убивал?

Она задумалась.

— Он не убийца, он воевал, — попыталась оправдать своего отца Грейнджер.

— Хорошо, не будем рассматривать твоего отца. Но запомни, я не стал приводить пример на твоём отце не потому, что ты меня убедила, а потому что ты не объективна. Тогда возьмём полицейского, которому оказали вооруженное сопротивление и, чтобы спасти свою жизнь, он вынужден применить оружие, в итоге он убивает преступника. Скажи он стал убийцей?

— Нет, он же полицейский. Они призваны быть на страже закона и порядка.

— Следующая вводная, — продолжал я. — Теперь представим волшебника, которого похитили темные маги. Они стали проводить ритуал и вопрос стоит так: погибнуть волшебнику или похитителям. Волшебник, как ты понимаешь, ни в чем не виноват. И он не создавал угрозу жизни для похитителей. Что сейчас скажешь?

— Тут и думать нечего, волшебник защищает свою жизнь. Это можно назвать самообороной. У магглов есть такой термин. Но я не понимаю к чему это всё.

— А что ты знаешь про те случаи, когда мне пришлось убивать волшебников? — спросил я.