Возможны варианты

Постоянно действующий персонаж, или ПДП.

Галина Аркадьевна.

Лида, ее дочь.

Игорь, ее зять.

Николай Павлович, ее муж.

Изольда Тихоновна, ее свекровь.

Старик из Чертанова.

Дама с Бульварного кольца.

Дядя от тети Зины.

Тип из Мневников.

Женщина из Зюзина.

На сцене в беспорядке расставлены столы, стулья, диваны, кресла, телевизор, газовая плита, холодильник,

ванна, унитаз, детская коляска. В этой условной типовой квартире разворачивается действие, которое на самом деле происходит в семи разных квартирах. Переход от одной семьи к другой осуществляется просто появлением на сцене нового персонажа. При этом следует иметь в виду, что на самом деле это не он приходит к героям пьесы, а герои пьесы приходят к нему.

Когда начинается спектакль, Игорь смотрит телевизор, Галина Аркадьевна работает за письменным столом, Лида, лежа на диване, читает. ПДП выходит на авансцену.

ПДП. Здравствуйте. Вы, верно, заметили – в программке написано – я сегодня выступаю в несколько необычной роли. Я даже не знаю, как ее назвать. Я не ведущий, не лицо от автора. Я играю человека, который обеспокоен тем, что в нашей жизни… Вы знаете, что в нашем городе каждый год количество маленьких семей увеличивается за счет больших. Люди женятся – от двух семей отпочковывается третья. Люди разводятся или разъезжаются – одна семья делится на две. Съезжаются чужие люди, разъезжаются родные… Но разводы – это ладно. Тут хоть более или менее понятны причины – так, во всяком случае, говорят социологи. А вот как понять, почему разъезжаются не муж с женой, а дети с родителями?… Вы помните, какие раньше были столы? Когда за них садилась семья – два, три, четыре поколения, – в этом, знаете, что-то было. А теперь? Не столы – столики. Их ставят на кухне, едят за ними поодиночке, стоя… Нет, я понимаю, семьи растут. Все стремятся к независимости. Это вроде бы естественно. Кто ж спорит, независимость – вещь хорошая. Но знаете, когда уж совсем никто ни от кого не хочет зависеть… Зачем тогда вообще семья – маленькое сообщество близких людей? Они ведь не потому называются близкими, что живут близко. Их ведь ничто не связывает – кроме любви друг к другу. Ну, и жилплощади. Раньше говорили – жилищная проблема, тесно. Было. Но сейчас это, в общем, уже перестало быть проблемой. Проблема, следовательно, в другом. В нас самих, наверное. В нашем неумении или нежелании ужиться друг с другом, с родными людьми, в общем-то. Не знаю, может, социологи скажут, что и это все соответствует и отражает, но для меня, немолодого уж человека, все это грустно, если хотите. Поэтому я решился сегодня здесь, на сцене, провести в некотором роде собственное социологическое исследование, чтобы вместе с вами посмотреть, из-за чего это иногда происходит. На других-то виднее. Я, когда иду вечером после спектакля домой, люблю, грешным делом, смотреть на светящиеся окна, представлять себе живущих за ними людей, их радости, огорчения… Вот московская семья… Одна из двух миллионов. Впрочем, возможны варианты… (Отходит, садится в кресло, стоящее сбоку, на авансцене.)

Игорь. Меня зовут Игорь. Или просто – он.

Галина Аркадьевна (не отрываясь от логарифмической линейки). Что он – еще не ужинал?

Игорь. А это моя теща.

Лида (опустив книгу). Нет, он еще не хочет.

Игорь. А это моя жена.

Лида (приподнимается). Меня зовут Лида. Или просто – Дуся.

Галина Аркадьевна (продолжая работать). Что, Дусенька уже пила чай?

Игорь. Дусенька – не знаю, а Лида – пила.

Лида. А это мой муж.

Галина Аркадьевна. Конечно, разве вы что знаете про свою жену. Вот наш папа, когда был жив…

Лида. А это моя мама.

Галина Аркадьевна. Меня зовут Галина Аркадьевна… (Смотрит

на фотографию, стоящую на столе.)

Игорь. Или…

Галина Аркадьевна. Никаких или. Вот наш папа.

Игорь. А это наш папа. Или пример для подражания. Вот и вся наша семья.

ПДП. Прекрасная семья. Во всяком случае, на первый взгляд вполне нормальная.

Лида (встает, подходит к Галине Аркадьевне). Мам…

Галина Аркадьевна (не поворачиваясь). Ну…

Лида. Я хочу тебе что-то сказать.

Галина Аркадьевна (не отрываясь). Да…

Лида. У нас будет ребенок.

Галина Аркадьевна (продолжая считать). К ужину?

Лида. Что – к ужину?! Ты хоть понимаешь, что я тебе говорю?

Галина Аркадьевна (не поворачиваясь). Почему не понимаю. У нас кто-то будет к ужину. Опять спать не дадите со своими танцульками.

Лида. Нет, от тебя можно просто сойти с ума. Я к тебе с таким пришла, а ты… От своей линейки оторваться не можешь. Нет, он прав, когда говорит, что ты…

Игорь (в зал). Я не совсем так сказал.

Галина Аркадьевна (встает). А почему ты позволяешь ему говорить так о своей матери?

Лида. Я не позволяю. Но иногда он прав.

Галина Аркадьевна. Если бы был жив папа, он бы не позволил, чтобы меня оскорбляли в моем собственном доме.

Лида. Никто тебя не оскорбляет. Но в твоем собственном доме, кстати, ты могла бы быть повнимательнее к своей собственной дочери и к своему собственному зятю.

Галина Аркадьевна. Он не мой собственный. Я его себе не выбирала. Ты меня вообще не спросила, хочу ли я, чтобы ты вышла замуж. А потом вы удивляетесь…

Игорь (в зал). Я лично уже не удивляюсь.

Галина Аркадьевна. А потом ты удивляешься, почему я чем-то недовольна.

Лида. Перестань.

Галина Аркадьевна. А я уже перестала. Перестала быть хозяйкой в доме, перестала делать что хочу, ходить в чем хочу, есть что хочу, спать сколько хочу. Я во всем должна оглядываться – а понравится ли это моему дорогому зятю. Конечно, когда в доме чужой мужчина…

Лида. Он не чужой…

Галина Аркадьевна. Поначалу они все не чужие. А вот подожди – пойдут дети.

Лида. Подожду. Недолго уж.

Галина Аркадьевна. Ты зря с этим торопишься. С этим можно не спешить. Поживите, присмотритесь друг к другу…

Лида. Уже присмотрелись.

Галина Аркадьевна. Когда это вы, интересно, успели?

Лида. Месяца два назад. Так врач считает.

Галина Аркадьевна. Позволь, не хочешь ли ты сказать…

Лида. Хочу.

Галина Аркадьевна. И я это узнаю между прочим?

Лида. Я к тебе с этим пришла.

Галина Аркадьевна. Так… Значит, к ужину никого не будет…

Лида. Нет. Можешь успокоиться.

Галина Аркадьевна. Успокоиться? После всего, что я узнала?… (Отворачивается.)

Лида. Мамочка, ну что ты? Ну не надо. Ну все ведь будет хорошо. Я легко все перенесу. Галина Аркадьевна. А я?

Лида. Ну не ты же будешь все делать. Ты нам только немного поможешь.

Галина Аркадьевна. Вот-вот. Поможешь. Об этом я и говорю. Значит, все основное мне придется. А вы меня спросили, перед тем как… присмотреться друг к другу, вы меня спросили – хочу ли я отказаться от собственной жизни?

Лида. Мама…

Галина Аркадьевна. Мало того, что ты меня тещей сделала, ты теперь еще хочешь, чтобы я бабушкой стала.

Игорь (в зал). Вообще-то ее можно понять.

Галина Аркадьевна. Растишь дочь, отказываешь себе во всем, одна, без отца, думаешь – вот будет помощь на старости лет, вот отрада, вот кто о тебе заботиться будет, а оказывается – все наоборот.

Лида. Но мы же все делаем.

Галина Аркадьевна. Да. Особенно он.

Лида. Но когда же ему – он по вечерам реферирует.