Возвращение.

Крепкий мужчина с короткой стрижкой приоткрыл калитку, которая и не выглядела как калитка, а представляла собой массивную

дверь в высоком каменном заборе. Мужчина подозрительно взглянул на гостя, не менее минуты зорко осматривал его с ног до головы и только затем хрипло спросил:

– Вам кого?

Гость немного смутился, увидев перед собой строгую личность, которая могла запросто не пустить его внутрь и даже более того, просто вытолкать его подальше от такой солидной каменной стены, скрывающей от него нечто, к чему он сегодня стремился. Гость вытянулся, оправил пиджак, нервно тронул тёмный галстук и, немного заикаясь, спросил:

– Могу ли я посмотреть?

Крепкий мужчина ни малейшим образом не показал, что его этот вопрос удивил, – видимо, ему было не привыкать к чудикам, которые иногда появлялись у этого высокого забора, и он просто коротко ответил: «Здесь нечего смотреть!» и резко закрыл дверь. А гость не собирался отступать и, постояв пару минут у калитки, вновь нажал на кнопку звонка. Второй раз ему пришлось подольше ждать, когда хоть кто – нибудь появится перед ним.

– Ты, дед, шёл бы отсюда подальше, – почти равнодушно произнёс крепкий мужчина и всё-таки, наверное, из любопытства не сразу захлопнул калитку, а несколько секунд решил понаблюдать за этим дедом. А дед приосанился и произнёс:

– Я здесь проживал когда-то, то есть жил в молодости… Хотелось бы хоть одним глазком…

– Как это? – На этот раз мужчина искренне удивился. – Этот дом совсем новый. Всего года четыре будет…

– Да-да. Я понимаю, – пролепетал гость и пояснил: – Это было давно, когда другой дом стоял.

Охранник что-то агакнул себе под нос, но официально ответил, что без указания хозяина ничего сделать не может. Гость слегка ухмыльнулся и, задрав голову вверх, заметил:

– Такой стеной от людей загородился – не достанешь! Скажите ему, что Длинный с Толстым ракету строить будут. – Гость довольно высокого роста, ещё раз улыбнувшись, добавил: – И скажите, что Длинный порох сделал для пистолета, – стрелять будем.

Охранник изобразил на лице недоумение, но через мгновение сосредоточился и уже немного дружелюбнее объявил:

– Ты, папаша, не дави – мне всё равно нельзя никого пускать.

– Меня можно – я в дом не пойду. Мне бы деревцо посмотреть, да и местность… Ты меня сопроводи, а я шуметь не буду.

Охранник, помотав головой, нерешительно ответил:

– Тебе это зачем, дед? Приходи когда хозяин будет, тогда…

Гость погрустнел, тяжко вздохнул, но не отказался от своей затеи и спросил:

– Что ж, и по двору пройтись нельзя?

– Так кто тебя знает, кто ты? Испортишь чего-нибудь, а мне нагоняй, – произнёс охранник и собрался наглухо закрыть калитку.

Гость

засуетился, как-то встрепенулся, словно хотел без разрешения проникнуть внутрь, но остался на месте и предложил:

– Вы можете меня обыскать, если опасаетесь.

– Обыскать… – произнёс охранник и засомневался в дальнейших своих действиях. – Обыскать – это зачем? И так вижу, что ты, дедуля, мирный человек.

– Вот видите, раз мирный, то можно и пройти, – уверенно произнёс гость и искренне улыбнулся.

– Так ты что ж, знаешь хозяина? – спросил охранник.

– С детства, – ответил гость.

Охранник уже в который раз внимательно осмотрел «папашу» и, ещё раз убедившись, что старик выглядит солидно в смысле одежды и прочего антуража (дорогие часы на запястье, кольцо и перстень на левой руке), попятился назад и пригласил гостя зайти внутрь.

Старик, опираясь на отполированную клюку, довольно резво последовал за крепким мужчиной. Подошёл к старой сосне, которая ещё стояла рядом с каменной стеной большого дома. Верхушка сосны заметно подсохла. Иголки подёрнулись первой желтизной, но могучий ствол ещё говорил о том, что дерево может простоять несколько лет, если, конечно, хозяева не решатся в целях безопасности ликвидировать его.

– Вот, живая ещё, – прошептал старик и прислонил ладонь к стволу.

– Как будто ждёт ещё кого-то.

– Кого? – спросил охранник, не очень понимая слова старика.

– Так меня и ждёт, – ответил старик. – Он положил обе ладони на ствол, почти полностью, всем телом, прижался к тёплой коре и прошептал:

– Ждала меня. Я знал, что ждала.

Охранник, стоя сзади, кашлянул и спросил:

– Папаша, у вас всё в порядке?

– В порядке, в порядке, – ответил гость и, прислонившись к старой сосне, долго молча стоял и о чём-то думал, пока не услышал следующий вопрос крепкого мужчины:

– Ты, дед, вот что. Если пришёл посмотреть, то смотри, а то прижался… – Охранник ещё раз кашлянул и завершил свою фразу: – Ты смотри быстрей, а то чего стоять-то у дерева?

Старик что-то угукнул в ответ и добавил:

– Сейчас, сейчас. Чуточку потерпите.

– Чего терпеть-то? Вы уж минут пять как стоите. Можно и побыстрей, – поторопил охранник. – Что вы нашли здесь? Дерево как дерево. Давно стоит.

– Давно, – тихо согласился гость, – так давно, что забываться стало.

– Ага, понятно, – пробурчал охранник и спросил: – Что-то детское?

– М-да… – нечто неопределённое послышалось от гостя. Он слегка погладил ладонью шершавую кору и произнёс: – Давненько я здесь не был. Ох, давненько!

Охранник недовольно хмыкнул и нетерпеливо заметил:

– Ну, посмотрели и хватит. Надо заканчивать.

– Надо заканчивать, – согласился гость и, запрокинув голову, несколько секунд смотрел вверх – туда, где поредевшая крона почти касалась козырька трёхэтажного дома.

Старик еле слышно прошептал что-то и произнёс:

– А ведь попилят тебя, голубушка, то есть срубят за ненадобностью.