Шрифт:
Космонавт Нарасим Фетюша Визим Нури, еще до нашей эры запущенный из гигантской рогатки в космос, возвращался на Землю.
«Как-то там жена моя Мимиля? — с нетерпением ждал он встречи. — За два-то тысячелетия!
…Он покинул Землю в сложный момент. Воды Нила начали загрязняться отходами гончарных умельцев. Дохли крокодилы. В Черном море исчезла черная икра. В Красном — красная. На священной для каждого африканца горе Килиманджаро таяла ледяная шапка. И не от жары — ее распиливали на куски браконьеры и продавали леденцы вождям враждующих племен для личных погребов и коктейлей. На вершине горы вымирал снежный человек. Дикарь был с белой кожей, светлыми волосами и голубыми глазами. «Если не успели закопать хотя бы один экземпляр в вечную мерзлоту, как мамонтенка Гошу, пропадет человек для музеев», — подумал Фетюша.
Он взглянул в иллюминатор космической шхуны. Через пузырь голубой антилопы планета казалась тоже голубой. «Теплее было бы затянуть окно шкурой зебры, — поежился Фетюша. — Но тогда все в окне казалось бы полосатым».
Внизу что-то зажелтело. «Наверное, Китай, — подумал
«Ага! — обрадовался Фетюша. — Инкская программа освоения космоса с треском провалилась!» И он удовлетворенно повернул к дому.
Вдали виднелись родные пирамиды. Тысячи рабов построили их для того, чтобы он — Нарасим Фетюша — не перепутал планету.
«Жаль, везу вести неутешительные, — подумал Фетюша. — Нигде, кроме родной Африки, развитых цивилизаций нет. Вдруг за плохие новости — голову с плеч?»
Он потянул вожжи управления на себя. Космическая шхуна на высокой скорости вошла в плотные слои атмосферы и, врезавшись в истребитель израильских ВВС, развалилась на части.
От космонавта до Земли долетел только один башмак. Его поднял кочевник-бедуин, примерил на левую ногу — он был мал, примерил на правую — башмак оказался не на ту ногу. Бедуин выругался и погрозил кулаком своему аллаху.
г. Ленинград