Возвращение

Прозоров Александр Дмитриевич

— Как ты догадался, что мы поедем на остров?

— Зачем догадываться? Я и заманил. Остров-то мой. Как он начал турбазы искать, я ему свой сайт по нескольким каналам и слил. Цену специально скинул в три раза. Кто же такую халяву пропустит? Сами приехали. Кормите хороших программеров, лохи, — и они вам весь мир преподнесут на блюдечке. Пива и воблы не пожалеете — так еще и лучшим другом считать станут.

— Кому ты хотел продать монету? — тут же перешел на конкретику антиквар.

— Знамо кому. Графу Левентинскому.

— Графу? —

не поверил своим ушам Вячеслав Григорьевич. — Он же всего пятьдесят тысяч франков предлагает! А некоторые любители обещали за нее до полумиллиона долларов.

— Полмиллиона? — Тюлень перестал выкручиваться и стонать, как будто даже забыв о покалеченной ноге. — Вы хотите получить деньги? Вы что, ничего не знаете? — Он закрыл глаза и жалобно застонал: — Господи, ну, почему ты всегда помогаешь всяким идиотам? Ну, почему им, а не мне?

— О чем мы не знаем? — присел рядом Середин.

— Идите в жопу. Оба. Калеки на голову. Давай, давай, паскуда! Мочи меня, и покончим с этим. Кончай, ты ведь этого хотел? — Он опять начал биться головой о камни.

— Ты думаешь, тебе больно? — наклонился к его уху Олег. — Не-ет, это не боль. В твоем теле еще полторы сотни костей и десятки суставов. Если ты не скажешь, я возьму камень и буду дробить их один за другим.

— Плевать, козел вонючий, — выдохнул Тюлень. — Я буду умирать со смехом, зная, какую тайну уношу от тебя с собой. Встретимся в аду!

— Подожди, Олег, — отодвинул ведуна антиквар. — Поговорим, как взрослые люди. Это всего лишь бизнес. У нас есть товар — у вас способ повысить его капитализацию. Вы открываете секрет — мы выплачиваем вам двадцать пять процентов от дополнительного дохода.

— Доход! — Сергей захохотал так, что его смех почти сразу начал срываться в истерику. — Проценты! Какие кретины, Господи! Какие кретины! Почему?!

— Да, парень, ты умеешь вызывать любопытство, — почесал в затылке Олег. — Ладно, я дам тебе цену, ради которой стоит торговаться. Если ты откроешь тайну, я сохраню тебе жизнь.

— Так я тебе и поверил! Я все расскажу, а ты меня тут же с этого обрыва и в воду.

— Мы ведь с тобой оба колдуны, парень, — понизил голос Середин. — Мы оба знаем, что значит настоящая клятва. Расскажи свой секрет, и я поклянусь, что сохраню тебе жизнь.

— Сперва поклянись, — потребовал бандит.

— Хорошо, — глубоко вздохнул Олег, соскреб с камней немного земли, прижал ко лбу и внятно заговорил: — Клянусь кровью Сварога, прародителя нашего, клянусь именем Триглавы, матери нашей, клянусь, что, если ты откроешь нам тайну змеевика, я сохраню тебе жизнь, сохраню так, чтобы ты жил еще много лет после моего ухода, и не причиню тебе никакого вреда, если только ты сам не поднимешь руку на кого-то из моих знакомых. Если я нарушу клятву сию, то да лишат меня радуницы русской крови, русского имени, русской чести и русского слова до века. Аминь, — он поцеловал землю и рассыпал ее обратно на камень. — Вот

тебе моя клятва. Теперь говори, если хочешь, чтобы она обрела силу.

— Граф Левентинский покупает эти монеты за пятьдесят тысяч франков у каждого, кто их ему принесет. Но того, кто принесет монету и назовет имя девушки с разноцветными глазами, синим и зеленым, он обещал одарить бессмертием. Деньги, деньги… Кому нужны деньги, если можно получить такой приз? — Тюлень уронил голову на камни. — Когда я увидел твою жену, Олега, то сразу понял, у кого на самом деле монета. Навок этому послал так, для подстраховки. На всякий случай. Надо же, какой у меня был шанс! Я совсем забыл, что бесплатных пирожных не бывает. Ты оказался куда крепче, чем я ожидал.

— Какое бессмертие? — презрительно фыркнул мачо. — Кто поверит в такой бред?

— Об этом знает половина магов, — устало ответил Сергей. — Граф объявил свои условия еще два века назад, и они действуют по сей день. Причем есть масса фотографий графа, в инете и в книгах. За последние полтораста лет он совершенно не изменился.

— Чушь!

— С кем ты связался, Олега? — пожалел ведуна бандит. — Ну, что за непруха? Мне нужно было просто прийти и предложить денег. Я бы увидел его глаза и все понял.

— Тебе надо было прийти и предложить денег, — согласился Середин. — А ты прислал голема. Плохо быть жадным. Теперь все, поезд ушел. Урсула, отрежь у меня от штанов полоску ткани, скрути в жгут и свяжи ему руки.

— Ты поклялся меня не убивать!

— Ты будешь жить долго, Сережа, — пообещал Олег. — Очень долго. Так долго, что тебе это в конце концов надоест. Но я не сулил тебе королевского сервиса. Вячеслав Григорьевич, сходи к скиту, подгони сюда гидроцикл. С моей ногой много не набегаешь.

— Ага, — согласился антиквар, еще раз пнул бандита в бок и бодро помчался к невидимому за деревьями дому.

— Проверь, чтобы бак был полный! — крикнул ему вслед ведун.

— Сам знаю, — отмахнулся мачо. — Не первый раз на турбазе.

— Нога-то как? Болит? — проводив его взглядом, полюбопытствовал ведун.

— Ты меня, что ли, спрашиваешь? — хмыкнул Тюлень. — Угадай с трех раз.

— Ну, давай, что ли, стрептоцидом засыплю? — предложил Олег.

— Да пошел ты… упырь сердобольный! — не совсем вежливо отказался Сергей.

— Ну, и хрен с тобой, золотая рыбка, — устало отвернулся ведун.

На этом их беседа иссякла.

Антиквар подъехал только через час. Втроем они сволокли пленника по камням вниз, поместили спереди на бак. Олег и антиквар сели на пассажирское сиденье, а для Урсулы места не осталось.

— Иди в скит, — махнул ей Середин. — Мы скоро.

— Куда едем? — завел двигатель Вячеслав Григорьевич.

— Туда, — махнул рукой в сторону широкого водного простора ведун. — Бензина у нас на два часа? Значит, пилим ровно час в том направлении. Сперва через озеро, потом вдоль берега.