Вперед, в прошлое!
Шрифт:
Я ушел тогда в «коммерческие структуры» и неплохо зарабатывал, но физику все же забыл не настолько, чтобы не понять идеи дополнительности. Потрясающая идея. Хорошо, что письмо прибыло 18 марта — не пришлось долго мучиться вопросом: что там стряслось на Ближнем Востоке.
Ну вы-то помните, как в вечерней программе новостей 17 марта американская CNN передала в эфир сообщение собственного корреспондента в Багдаде о том, что Саддам принял решение в ближайшие сутки покончить с Израилем, поскольку братья-арабы бездарно профукали переговоры, так и не добившись от евреев отступления из Аль-Кудса (Иерусалима). Я видел этот репортаж
Я так решил, и все так решили, и Израиль, видимо, так решил, потому что другой информации не было, и я лег спать в уверенности, что ничего худого ни с Израилем вообще, ни с другом моим Соломоном в частности, не произойдет.
А утром восемнадцатого сообщили о гибели греческого военного судна близ берегов Израиля. Воспринялось как нелепая утка: свидетели утверждали, что на катер напал огромный ящер, переломил корабль хвостом, а потом проглотил, не прожевав.
И связь пропала. Невозможно было пробиться ни в Багдад, ни в Амман, ни в Дамаск, да и Тель-Авив замолчал. По телефону — я имею в виду. Что показывали спутники? Что сообщали дипломаты? Может, президенты Ролстон и Боргачев все прекрасно знали с самого начала, но мы-то, простые зрители и слушатели, до позднего вечера были вынуждены верить такому бреду, какого я в жизни своей не слышал. С утра: ядерная война между Багдадом и Тель-Авивом. Израиля больше нет. Судьба Багдада неизвестна. В полдень: нет никакой связи со всем Ближним востоком, самолеты не летают, радио и телевидение ничего не передают, сейсмологи отметили серию землетрясений на всем пространстве от Средиземного моря до Индийского океана. В пять вечера: радиоактивные воздушные массы движутся в сторону Италии.
Я как раз закончил переговоры с финнами о бартерной сделке и, вернувшись домой (сердце ныло — что там с друзьями, с тем же Соломоном, дурак такой, поехал на погибель, а я его не отговорил), обнаружил в почтовом ящике письмо. Слава Богу! Прочитав, я понял, что случилось. Ну и что мне было — радоваться?
Ну, спасся Израиль от ракет Саддама. Отправился вместе с людьми, домами, землей от моря до реки, да и с самой рекой впридачу — туда, в прошлое, за тридевять веков, к предкам, к шумерам и этим… как их… мидийцам, что ли? А упомянутые шумеры и мидийцы (впрочем, нет, не мидийцы там жили и не шумеры даже, а впрочем, какое это имеет значение?) оказались в двадцать первом веке под прицелом хусейновых ракет и в полной, надо полагать, истерике.
Этакий темпоральный сдвиг и привел, естественно, к временной непроходимости радиоволн (представляю, какая там ионизация воздуха!) и всем прочим неприятностям, о которых с утра твердят по телеку и радио.
Я представил себе, как просыпаются израильтяне, разбуженные землетрясением (сдвиг коры — ничего не поделаешь), и как не обнаруживают не только своих воинственных соседей, но и всего остального человечества, а лишь орды нелепых, ничего не понимающих пращуров, испуганно глядящих из-за Иордана на чудо нечеловеческое — танки «Маркава» и автоматы по продаже «Кока-колы». Стоило ли спасать народ еврейский этакой ценой? Или… А что — идея была вполне в духе мудрого политика: вернуться к истоку истоков и научить все эти
Так вот я мучился идеями, перечитывая соломоново письмо и глядя в телевизор, где вместо свежей информации давали тысяча триста восемьдесят седьмую серию «Санта-Барбары».
Нет, что-то было в этом ненормальное. Не учел я что-то, не понял из письма.
Ну конечно! Нападение ящера, о котором передавали утром. Если темпоральный обмен произошел на отрезке в три тысячи лет, как писал в письме Соломон, — откуда ящер? А если ящер, то…
Вы понимаете, о чем я думал всю ночь на девятнадцатое? Впервые за десять лет я перелопачивал физические справочники, писал формулы и оценивал параметры тензоров темпоральных смещений. Нет, Соломон не ошибся. Израиль мог уйти в прошлое лишь на три тысячелетия. Плюс минус двести лет.
Неужели мы ошиблись оба? Неужели бедный Соломон со всем еврейским народом и палестинцами впридачу провалился не к шумерам с мидийцами, а… к динозаврам? Господи, это могло быть только так! Ведь никакие археологические раскопки не показывали следов техногенной цивилизации на Ближнем Востоке. Нигде не сохранилось ни развалин Кнессета, ни остатков взлетной полосы аэропорта Бен-Гуриона, ни даже завалящей автомобильной свалки. Не было Израиля в те времена, не было!
Я мерял шагами комнату, жена ворочалась за стеной и ворчала что-то, я не обращал внимания. Понятно, что мы с Соломоном ошиблись. Понятно, что соломонову ошибку повторили все, кто перепроверял его выводы, все, кто превращал Израиль в гигантскую машину времени с единственно заданным интервалом заброса. В чем ошибка — установят физики. Но ведь теперь уже ничего не исправить! Саддам Хусейн вместе с Асафом Кади построят новый Аль-Кудс, слово Иерусалим исчезнет из лексикона, а динозавров, что бродят сейчас на месте вчера еще сверкавшей огнями улицы Алленби, перестреляют любители острых ощущений. Или биологи переловят для своих биологических изысканий. Найдут применение.
Представляете? Я был в ту ночь, как мне казалось, единственным человеком на планете, кто знал истину.
А к утру мне позвонил знакомый физик из Еревана и закричал, что мир сошел с ума, потому что со стороны Ирана, а, скорее всего, из Азербайджана на армянскую землю наступают стада тиранозавров, и у этих мусульман ничего бы не получилось, если бы их не поддерживала Москва. Только тогда до меня все же дошло истинное положение дел.
Соломон думал, что в Моссаде не понимают физику. В Моссаде-таки не понимают физику, но там понимают, что такое Саддам Хусейн.
И вот я спокойно сижу перед телевизором, пью кофе и жду выступления президента Ролстона. Интересно, появится ли рядом с ним премьер Хаим Визель, или он предпочтет держаться в тени?
Соломон хороший физик, и я ему это скажу при встрече. А политик он никудышный.
Он все правильно рассчитал. И я тоже, хотя голова и была тяжелой как бревно. Чтобы машина времени оказалась у динозавров масса ее должна быть… ну вот, точно, — равна Ираку, Ирану, Сирии, да всему арабскому востоку. Кроме Израиля.
Один вопрос только остался. Как называлась эта блестящая операция «Моссада» по прокладке новых систем телевизионных кабелей вдоль границ всех арабских государств?
Впрочем, разве в названии дело?