Враг империи
Шрифт:
– Вы уже наметили цель?
– Да, лорд Глейнор принял решение приструнить храмовую стражу. Они патрулируют город по ночам, отрядами по десять человек. В каждой группе имеется маг. Вот такие десятки мы и почистим.
– Эх—х–х! – воинственно воскликнул мастер Триммлер. – Наконец—то разомнусь!
– Боюсь, что нет, – суховато ответил Вадиус. – Герцог решил, что вы четверо не будете принимать участия в операции.
– Но почему?! – обиженно взревел гном, деятельная натура которого с трудом переносила вынужденное безделье.
– Вот скажите, любезнейший, – вопросом на вопрос ответил Копыл, – желая вывести в доме тараканов, станете ли вы прибегать, скажем, к
– На какого демона мне маг? – не понял сын гор. – Травника позову, и все дела.
– Так вот, использовать вас в рядовой операции все равно что уничтожать тараканов с помощью боевых заклятий. С храмовниками прекрасно справятся рядовые повстанцы во главе с обычными темными магами. Кстати, их у нас теперь не двое, а семеро.
– А нам что делать прикажете?
– Ждать, друг мой, ждать. Кстати, где ваш проклятый товарищ?
Я недоуменно вытаращился на Вадиуса, потом сообразил, что так он именует Лютого из—за наложенного на него проклятия крови.
– Для него скоро будет работа. Мы решили устроить за городом повстанческий лагерь. Ведь большинство тех, кто к нам присоединился, никогда в жизни не держали в руках оружия. Вот пусть Ом их и тренирует.
– Эх, туда бы Добба… – пробормотал мастер Триммлер, – вот кто мог сделать мечника хоть из тоннельного упыря! – Гном подозрительно засопел.
Да… а также Сайма, Флиннела, Била, Йока, Зарайю и всех остальных… Всякий раз, когда я вспоминал погибших ребят, меня с головой накрывала волна ненависти к Вериллию. Для меня каждое действие – участие в сопротивлении, организация восстания, вот это самое зелье, которое я разливал по флаконам – было крохотным шажком к главной цели – встрече с Верховным. Именно с него все началось, именно благодаря ему страна катится в пропасть. Первопричина всего, что происходит сейчас – Вериллий Фламиер, а вовсе не Падерик. Хотя и тот свое получит. Читая список арестованных, состоявший из имен близких мне людей, я дал клятву, что уничтожу это исчадье… мрака? Нет, демоны по сравнению с этим человеком – дети малые. Я убью эту тварь собственными руками. Я обязательно доберусь до него. И не нужно считать меня кровожадным! Что вы сделали бы с бешеным выворотнем? Уничтожили бы без всякой жалости, чтобы никого не покусал. Вот и Вериллия необходимо устранить из соображений безопасности. А если я получу от этого удовольствие – хуже никому не станет.
– А как ваш второй товарищ, которого некромант укусил? – бесцеремонно прервал мои мысли Вадиус.
– Нормально, – процедил я сквозь зубы.
Фу ты, ну и странная же у него манера выражаться! Интересно, как он меня за глаза величает? Бастард, вылезший из джунглей? Бывший любимец императора? Вот ведь ехидный старикашка! И Копыл не замедлил это доказать:
– С ним не может быть нормально, молодой человек.
В точку попал. Состояние Дрианна тревожило меня все больше. После того, как парень рассказал нам, что с ним происходит, он снова замкнулся в себе. И сколько ни пытались мы его разговорить, он повторял только одно: «Это пригодится мне в драке. Спасу родных, а там – будь, что будет». По—моему, Дрианн боялся сам себя. А больше всего пугало его то, что он может причинить вред кому—нибудь из нас. Поэтому он запирался в своей комнате и старался как можно реже из нее выходить. Я много раз пытался пристроить друга к делу, надеясь, что это отвлечет его от тяжких размышлений, просил помочь в лаборатории, убеждал, что он не опасен, и что мы обязательно найдем способ излечить его. Бесполезно. Маг с каждым днем становился все мрачнее и нелюдимее. Тогда я приставил к нему Артфаала, попросив приглядывать
– Ему нужен наставник, – голос Копыла опять выдернул меня из плена размышлений.
– Какой еще наставник? Его наставник – лорд Феррли.
– В том, что касается темной магии – да. Но ведь, если не ошибаюсь, ваш ручной демон несведущ в некромантии?
– А вы сведущи? – огрызнулся я. – Если да, то помогите!
– Увы, юноша, я узнал об этом явлении лишь после того, как полковник Арлайл связался с Советом и доложил о происходящем на Южном континенте. Искусство андастанских некромантов настолько засекречено, что ни нашему консулу в этой стране, ни разведке ничего не удалось отыскать. Есть, конечно, упоминание об этом странном явлении в древних книгах, но там лишь описываются войны некромантов. Сама же суть их умений остается для нас тайной.
– Ну, и где тогда взять наставника? – саркастически усмехнулся я.
– Не знаю. Но если ваш товарищ не научится в самое ближайшее время управлять своим даром, это сожрет его изнутри.
– Что вы предлагаете? – я вышел из терпения.
– Я могу попробовать различные способы ментального воздействия. Быть может, стоит попытаться раскрыть его сознание, и оно само укажет верную дорогу. Все осложняется тем, что мальчик нечитаем. И его разум сопротивляется вторжению извне. Пребывая в собственном теле, я бы, хм, не рискнул. Мне и одного раза хватило. А вот в качестве астральной проекции, пожалуй…
– Так иди уже! – не выдержал мастер Триммлер.
В самом деле, пусть попробует. Фантом Вадиуса испарился, а я продолжил разливать зелье. Но сказанное Копылом не давало покоя. Управлять своим даром, сказал он… Дар, дар… что же мне это напоминает? Да, конечно, сказку о проклятом даре, которую мы когда—то обсуждали с Артфаалом. Стоило мне вспомнить демона, как он появился на лабораторном столе, брезгливо отряхивая лапы и стараясь обогнуть стройные ряды флаконов.
– Вот, дорогой барон, пришел вас навестить, – сообщил он. – Там этот деятель пытается уговорить графа Летакса на какой—то ментальный эксперимент.
– Лорд Феррли, помните, вы сказали, что верите в сказку о проклятом даре?
– Конечно, помню.
– Вы до сих пор считаете, что с Дрианном произошло нечто подобное?
– По—моему, это очевидно. Более того, я почти уверен, что эта легенда пришла к нам из Андастана, и она рассказывает именно об истории появления некромантии.
– Но тогда получается, что Дрианн может избавиться от полученной от убитого мага силы или души – не знаю – лишь после смерти?
Демон погрузился в глубокую задумчивость, наконец, спустя полчаса, за которые я успел смешать и поставить на огонь основу для новой порции зелья, произнес:
– Я бы не был столь категоричен, любезный барон. К тому же у сказки ведь счастливый конец. Возможно, именно в нем и зашифрован способ избавления.
Счастливый конец? Хоть убейте, я не мог его припомнить.
– Ну, что же вы? Неужели мой драгоценный друг не рассказывал вам эту легенду? – упрекнул Артфаал. – Там говорится, что нашелся человек, для которого проклятый дар был слишком тяжелой ношей. Как и все предыдущие обладатели, он убивал, чтобы стать сильнее. Но однажды, одержимый жаждой силы, он поднял руку на собственную мать. В тот момент, когда она умирала, этот человек раскаялся в содеянном и отдал ей свою жизнь. Женщина осталась жива, а проклятый дар, покинув носителя, отправился на поиски другого хозяина.