Враг Преисподней
Шрифт:
— И как она это поняла? — поинтересовался я.
— Похоже, остров «амазонок» — то еще гнездо с пауками, — ответил Эд.
— С паучихами! — поправил его Ханг. — Короче, слухи об изменах Лиама до Тиссы доносились еще до Игр, а после них это подтвердили те, с кем парень изменял. Девчонкам только дай повод посплетничать.
— К тому же Тиссу там невзлюбили, потому что «амазонки» соревновались за внимание Лиама, а тот типа выбрал нашу подругу, — добавил Эд.
— Только оказалось, что выбирал не он, а за него. Другие «амазонки» рассказали
— Откуда Мелиссе вообще знать, что мы ее простим? — спросил я. — Или она в курсе про запись?
— В курсе… — буркнул Эд. — Я с ней встречался и рассказал…
— Я контролировал их встречу, — перебил Хайро, поймав мой сердитый взгляд. — Эдвард летал в ваш дистрикт со мной.
— Ну тогда и я повинюсь, Алекс, — сказал Вилли. — Сразу после того, как Кетцаль спас тебя Эгидой и пророчество Бегемота подтвердилось, я дал прослушать запись парням. Не мог держать такое в себе.
— А я посоветовала Эду поговорить с Мелиссой, — добила меня Мария. — Важно было дать понять, что для нее не все кончено. Иначе девчонка могла наделать глупостей.
— Был у нас случай в армии, — заговорил Рой, — когда один новобранец узнал, что его…
— Рой! — перебила Мария, и он осекся. — Давай потом?
Ничего никому не ответив, я пытался понять, что чувствую. Какая-то часть меня злилась на них за самодеятельность. Провернули что-то за моей спиной и только сейчас поставили в известность? Хотелось наорать и потребовать…
«Чего потребовать, Алекс? — мягко поинтересовалась другая часть меня. — Полного подчинения? Безынициативности? По какому праву? Ты связался с этими людьми, потому что был уверен, что они в чем-то разбираются лучше тебя, больше знают и куда опытнее!»
Обе части моего «я» дрались за влияние и власть. Первая, рациональная и сфокусированная на успехе, требовала избавиться от рейда и победить Аваддона самому. Я хорошо знал эту часть себя, ведь она командовала мною почти всю жизнь. Эгоистичная, самовлюбленная, она считала, что только Алекс Шеппард знает, как надо, а потому всегда выбирала одиночество.
Вторая проявилась во мне во время встречи с Дарго. Возможно, она была и раньше, но голос ее был таким тихим, что я его почти не слышал. Окончательно она пробудилась, когда я возвращался с трофеями за Крушителя, и «дементоры» защитили меня от Утеса, Рашидоса и Висты у стен Тристада. Убей меня Утес, мой статус «угрозы» засветился бы в тот же вечер, и даже я сам не поставил бы на то, что Скиф выберется из песочницы. С того дня второе «я» звучало все громче, и именно оно отправило меня договариваться с Большим По.
Размышляя,
Ханг кашлянул, привлекая внимание, и вопросительно кивнул:
— Так что будем делать с Тиссой?
— Да возвращать и везти к нам! — воскликнул Эд. — Что тут думать?
— Заодно договор разума заключим, — согласился Хайро, слушавший наш разговор не вмешиваясь.
— Будет под присмотром, — кивнул Вилли. — Сейчас Мелисса Шефер — самое слабое звено в нашей безопасности. Судя по тому, что я слышал об атаке Магвая на наш остров, не только в реале.
Мне понравилось, что он сказал «наш остров». Раньше-то безопасники употребляли «ваш» относительно дел «Пробужденных» в Дисе. Но что им ответить, если я не хочу видеть Тиссу ни здесь, ни на Кхаринзе? Включить жесткого лидера и запретить?
— Так что делаем с подругой, Алекс? — спросил Ханг.
— Не знаю. Здесь не все офицеры, — сказал я, имея в виду Риту. — А такие решения надо принимать всем составом.
— Да что там решать? — удивился Эд. — Алекс, ты все еще обижаешься на Тиссу из-за «амазонок»?
— Или Лиама? — добавил Ханг.
— Не обижаюсь, но доверять перестал.
Поднявшись, я посмотрел на часы.
— Пора? — спросил Эд.
— Да, вот-вот начнется награждение. Увидимся в замке.
— Когда?
Неизвестно, сколько времени будут чествовать чемпионов Демонических игр. Эльфы обычно говорят высокопарно, певуче, а потому даже простейшее предложение в их устах превращается в поэму. Так что я пожал плечами:
— Без понятия, но вы будьте онлайн. А то там Бегемот заждался еще, надо будет быстро решить, что делать с предателями.
— Да мне тоже нужно поскорее, — крикнул вслед Ханг. — Я щас вообще черт знает где в центре океана!
Войдя в капсулу, я не сразу активировал погружение. На душе было муторно — больше из-за Малика, но и из-за Тиссы тоже. Неправильно все это. Я злился на обоих, но почему один сидит в изоляторе и будет выпнут из клана, а другая вернется как ни в чем не бывало?
Съехав голой спиной по стенке капсулы, я сел и сложил руки на коленях. Сердце кричало, что я вот-вот сделаю непоправимое, после чего что-то внутри — например, душа, если она существует, — надломится, треснет и никогда не станет прежним.
Быть жестким, использовать близких лишь как инструмент в достижении собственных целей… Такое точно не по мне. Я никогда не рвался командовать, не стремился к власти. В этом плане все еще доминировало мое старое «я», привыкшее все делать в одиночку. «Дементоры», которым я захотел помочь в конфликте с «Аксиомой», сами все провернули, причем так, что у меня не оставалось другого выхода, кроме как возглавить новый клан. Неграждане Калийского дна? Спору нет, не построй полгода назад Дьюла храм на Кхаринзе, клан бы так не поднялся, но ведь и жизнь работяг на порядок улучшилась.