Враг Преисподней
Шрифт:
— Только доверие ему придется заново зарабатывать, — отметил Ханг. — Считай, с нами его репа — недоверие.
— И что вам помешало сообщить это сразу после моего возвращения? — зевнув, спросил я. Злость и обида схлынули, оставив усталость и опустошенность. Жутко хотелось спать. — Спящий запретил? Или я еще чего-то не знаю?
— Тисса выдвинула условие, когда ты был на награждении. — Заметив, что я оттаиваю, Эд оживился, добавил в речь эмоций. — Сразу после мы заглянули к Бегемоту, чтобы посоветоваться, и он порекомендовал не гнобить Инфекта. Типа он еще себя проявит на благо «Пробужденных»
— Да и безопасники сказали, что слишком жестким наказанием мы добьемся только того, что Малик перестанет считать нас друзьями, и рано или поздно это аукнется. Вилли предлагал поступить радикально и вообще стереть ему память о последних месяцах, но…
— Не, это перебор, — я невольно передернул плечами.
Современная медицина удаляла некоторые воспоминания жертвам насилия, страдающим от посттравматического синдрома, — с их согласия, конечно. Бывало, что и несчастливо влюбленные просили зачистить лишнее, но мозг слишком сложен, его тайны все еще не разгаданы, а потому всегда есть побочный эффект. Человек может не только забыть то, что хочет, но и лишиться важных воспоминаний или умений, словно лишаясь части личности. Многие после зачистки памяти стали совсем другими людьми.
Некоторое время я молчал, обдумывая услышанное. Не было оснований не верить друзьям, ведь их слова легко проверить, причем совсем скоро — после разговора с Флейгреем и Негой я намеревался идти к Бегемоту. Но и спускать с рук публичное пренебрежение моим мнением не хотелось.
— О’кей, — сказал я. — Пусть будет, как решил совет. С Тиссой и Инфектом общайтесь сами, мне от их присутствия ни холодно ни жарко. Но пока никаких «паровозов» с моим участием. Все равно, думаю, пока не уничтожу Чумной мор, играть буду соло.
Парни облегченно вздохнули, расслабились. У меня зачесались руки использовать Колесо Фортуны на Инфекте, чтобы его деяния «вознаградились» по заслугам, но слишком длительный откат заставил отказаться от затеи. Как же не хватает Деспота!
— Да у нас всех соло-игра, — вздохнув, заговорил Бомбовоз. — Краулер строит Магическую башню и рулит кланом, а я делаю квест Ортокона.
— «Руление» я спокойно отдам тебе, Скиф. Можешь забрать у меня право подписи и принятие важных решений. Но будь готов, что ни на что другое времени не останется. А перемещения Тиссы и Инфекта, если ты им все еще не доверяешь, можно отслеживать через Поиск единоверца, мы тоже за ними будем присматривать, — заключил Краулер.
— Давайте просто договоримся, что впредь таких балаганов не будет. Большой совет клана — для всех офицеров, а для обсуждения реально ключевых вопросов будем собираться только мы втроем.
— Справедливо, — прогудел титан-воин.
— Договорились, — кивнул гном-маг. Покопавшись в инвентаре, он протянул мне какое-то зеркальце. — Держи, трансконтинентальная видеосвязь! Эпик!
Мифриловое зеркало дальновидения
Эпический аксессуар связи.
Связывает с любым владельцем другого зеркала дальновидения, находящимся в вашем списке друзей или соклановцев. Позволяет видеть собеседника так, словно он находится перед вами.
Изготовитель:
Шанс потерять после смерти снижен на 90 %.
— Серьезно? — Я не смог сдержать улыбки. — Джокер? Тот самый?
— Ага, — усмехнулся Краулер. — Можно было взять изделия других мастеров, но решили поддержать оптовой закупкой твоего соратника по Играм. Стоит почти пять миллионов, так что береги и не теряй. Взяли всем старшим офицерам. И это… — он замялся. — Когда Рита прилетит в Кали, встанет два вопроса. Во-первых, нужно будет посидеть вчетвером, подумать, во что вкладывать деньги фонда. Потому что деньги должны работать!
— Во-вторых?
— Надо понять, выделять ли ей отдельные апартаменты или заказывать тебе новую кровать?
— Такой же вопрос насчет Тиссы, — хохотнул Ханг, но осекся, увидев мои вспыхнувшие глаза. — Извини, думал, что будет смешно.
— Не смешно.
В «Свинью и свисток», где хотел встретиться с сатиром и суккубой, я пошел в сопровождении Хайро. Безопасник ждал меня у входа в командный центр, желая, видимо, донести и свою точку зрения.
Герилья знал клановую крепость лучше, чем я, — повел по потайным коридорам, вдали от народа и лишних ушей. Открыв невидимую дверь в стене, Хайро кивнул в проход:
— Так короче и быстрее. Дверь не откроется, если ты о ней не знаешь. Отсюда прямой путь за пределы замка, а оттуда до таверны рукой подать.
— О чем вы хотели поговорить?
Идя последним, я оглянулся по сторонам. Странный тоннель, широкий, так что вполне можно и не тесниться, идти рядом — еще много места останется. И светло в нем, как днем, хотя ламп не видно. Похоже, Хайро действительно знал крепость как никто, потому что навстречу никто не попадался, так что наши одинокие шаги гулким эхом разносились по пустому коридору. Тихо было так, что уши закладывало, оттого голоса казались чересчур громкими.
— Давай по пунктам, Алекс. Я не телепат, но прекрасно видел, что с тобой происходило во время совета. Ты хотел выбросить Малика и Мелиссу не только из клана, но и вообще из жизни, верно?
— Сто процентов. Моя дядя Ник всегда говорил, что от таких людей надо избавляться сразу, отсекать их бесповоротно, а не резать хвост по частям. В мире миллиарды людей, зачем цепляться за тех, кто портит настроение?
— Твой дядя — мудрый человек, — сказал Хайро не оборачиваясь. — А про второй шанс он тебе что-нибудь говорил? Я не в курсе подробностей, но кое-что слышал об Утесе. Говорят, подлый был человек, и ты не раз страдал от его рук?
— Это другое. Мы стали врагами в первую же встречу, а от врага и не ждешь добра.
— И все же, несмотря на твою помощь, он покинул клан, никого не предупредив. Мне рассказывали парни.
— Он не просто предупредил меня, он советовался. Нергал, бог-покровитель, поставил Утеса перед выбором, и у нас не было другого выхода, кроме как отпустить его. Тем более без моего разрешения он бы не смог покинуть «Пробужденных».
— Ну вот! — довольно улыбаясь, воскликнул Хайро. — Ты его отпустил. Он советовался с тобой. Ты сделал вывод, что его поступок не предательство и все на благо клана. А где были твои друзья, когда ты принимал эти решения?