Враг стабильности
Шрифт:
– Вызовите мне Сафара. И сами оставайтесь, вас тоже будет касаться.
Похоже, оба догадались, о чем пойдет речь. А я не против.
– Сафар, дружище, обрисуй, как оно там у нас с кристаллами.
Память не подвела нашего мастера.
– Значит, так: цирконов хорошего качества есть три штуки. Я не работал над теми, которые мутные, этих еще осталось четырнадцать. Гранаты разные - их с полтора десятка, кварц розовый пять штук... правда, огранка у него простая... к цитринам и аметистам еще не приступал. Танзаниты приличного цвета - этих пять. Я бы и больше сделал, но у остальных, как мне кажется, цвет... э-э-э... не очень. Один желтый берилл, один розовый, один зеленый, а прочие я пока не трогал. Топазов
Галенит и пирит - расходные материалы с низкой (сравнительно) долговечностью, но их у нас много. Кварца и граната в достаче. Кристаллы первого класса... ну, эти я продавать пока что не буду. Цирконы - их термообработку и Сарат сумеет провернуть, невелика мудрость. Танзаниты... вот с ними проблемы. Ультрафиолетом их облучать, что ли? А ведь это мысль, у меня источники могут быть. Кварц не годится, но можно попробовать... что? Циркон боязно, он не любит ионизирующего облучения. Топаз? Я слышал, что радиоактивная обработка делает его цвет более насыщенным. Правда, фотоны ультрафиолетового диапазона имеют энергию поменьше, чем гамма-фотоны. По идее, тот бакалавр из команды Сарата должен был уже опробовать аквамарин. Что ж, попытаемся... хотя нет, для начала надо решить важный вопрос.
– Спасибо, друг. Никаких особых заданий тебе не будет, работай как работал. Ну-ка, ребята, расколем политическую задачу. Мне понадобится специалист по электричеству, а также источники ультрафиолетового излучения...
Сарат, по всему видать, понял сразу все, а Шахур - нет. Ничего, сейчас поймет.
– ...для чего понадобятся люди здесь, в поместье... сами понимаете, с какими последствиями. Вопрос: не будет ли риск неприемлемо высоким? Речь идет о тех троих бакалаврах. Шахур, твое мнение?
Вопреки обыкновению, тот ответил отнюдь не сходу:
– Я бы сказал: не будет. Но при условии, что им обрисуют очень яркие и при том достижимые перспективы. Лиценциатский ранг, самое меньшее. Проверка через Моану, это само собой.
Другой младший маг был куда увереннее в себе:
– Думаю, риск минимален и вот почему. Эти ребята подались в изготовление магических предметов. Дело не особо прибыльное. Знаешь, почему они его выбрали? Да потому, что ничего лучшего найти не могли, вот как. Для начала карьеры нужно иметь покровителя... ну или научного руководителя... из весомых. Они такого не нашли. Специализация, конечно, тоже роль сыграла, она не из выигрышных. Если они решат нас продать: сиюминутный выигрыш будет, возможно, изрядный, да только перспективы сомнительные. Покупатели их в два счета оттеснят, и они это должны понимать. Ну и я добавлю... понимания. Проверка через Моану - это очевидно. Но и еще кое-что понадобится. Нечто вещественное, чтоб руками потрогать... да вот пример. Ультрафиолетовый излучатель (допустим, что он работает) улучшает танзанит. Мы продадим, скажем, кристалла два-три. Они должны получить с того некую долю. Наглядную. Теперь понятно? Вот только тот теоретик... Хорошо бы его проверить.
– Каким образом?
– Да поговорить. Прикинуть уровень знаний в теории. Я все же универсал.
– Ладно, раз ты их руководитель, тебе и...
Чуть было не сказал 'карты в руки'. Нет здесь игральных карт в нашем понимании. А ввести их в здешнюю действительность - нет, что-то не хочется.
– ...принимать решения. За завтрашний день подготовишь кристалы для ультрафиолетового излучателя - берилл, я так думаю - и один танзанит возьмешь. На
Имелся в виду, конечно, магический заряд в кристаллах.
– Ни в одной нет заряда меньше половины. Правда, проверил не все.
– Тогда... нам нужен индикатор заряда. Продумай вот что: для начала гранат, очень маленький, - скажем, две десятых дюйма - который должен светиться красным при достижении известной доли заряда... например, меньше одной десятой. И это будет сигнал для стрелка: заменить пирит. Между прочим, избавит тебя от работ по проверке кристаллов.
– Легко сказать. Для начала это удорожание: потребуется галенит для передачи магополя, еще серебро и, возможно, небольшое изменение конструкции затвора винтовки. Вот на двигателях - там другое дело, но все равно галенит нужен, а серебра даже больше. А еще считать надо...
– Тогда переговори с Хоротом, уж он-то в оружии понимает. Но расчеты на тебе.
Ребята ушли. Теперь надо нарезать задачи себе самому. А что у меня со временем? Так себе. Гильдия убийц вряд ли меня побеспокоит быстро: им надо думать, что ответить на мое послание. Но через неделю, самое большее, я должен быть тут. Завтра придут металлисты: мастер, подмастерья и девица - поговорить с ними. А еще обязательно свидеться с Дофетом. Что-то такое у него наметилось.
А что дальше? Обещал рассказать об эльфах, вот что. Добро, после ужина будет вам пересказ легенд из древних времен. Устрою 'Вечера на хуторе близ'... нет, не Диканьки, конечно, так ведь и я не Гоголь.
По некотором размышлении я начал с пересказа 'Хоббита'. Стихи пришлось переводить самому; вышло шероховато. Но слушали очень внимательно. Меня беспокоило лишь странноватое выражение лица Моаны. Все время казалось, что она на ходу анализирует и сопоставляет с чем-то ей уже известным.
Разумеется, много пришлось на ходу переделывать. Например, табак здесь был полностью неизвестен, пришлось на ходу заменить его ароматической смесью, дым которой можно вдыхать. На этом месте у Иришки глаза прямо загорелись азартом. И про пони тоже надо было разъяснять, тут аналогов не было.
Некоторые пояснения по поводу эльфов также пришлось вставлять в текст. Они пришлись ко двору.
Часа через два стало ясно, что история затянулась, и заканчивать ее придется поздно ночью, поэтому я предложил отложить окончание рассказа на завтра.
(сцена, которую я видеть никак не мог)
Сидевший за большим письменным столом был одет все в тот же вроде как скромный черный кафтан с золотыми пуговицами. Чуть поодаль от стола сидел в кресле человек в темно-коричневом кафтане с серебряным шитьем. Само собой разумеется, вошедший не знал этих двух по именам.
– Доброго вам вечера, Первый Мастер, и вам, мастер.
Голос сидящего за столом был спокоен, даже мягок.
– И вам. Ваша акция кончилась неудачей, насколько мне известно. Почему не доложились вашему непосредственному начальнику?
– Я не уверен, что его стоит допускать к той информации, которую я сейчас со всем почтением изложу.
Форма ответа была безукоризненной, однако его содержание являло собой вопиющее нарушение субординации, а то и нечто похуже. Но человек в черном кафтане не разгневался, имея на то две причины. Первая заключалась в том, что он хорошо знал более чем достойный послужной список вошедшего. В частности, там неоднократно отмечались ум и хладнокровие. Следовательно, у наблюдателя (а это был именно он) были веские причины так поступить. Сверх того, вот уже много лет тому назад тот, кого назвали Первым Мастером, запретил самому себе поддаваться гневу, ибо решения принятые в подобном состоянии, очень редко бывают правильными. И это было второй причиной для сохранения спокойствия.