Враг
Шрифт:
Теперь и те члены команды, кто не был подвержен морской болезни, старались не покидать каюты. Рысканья, нырки, качка, которые испытывала шхуна, треск и стоны рангоутного набора, визги, щелчки включаемых и выключаемых моторов, приводящих в действие лебедки, изменяющие площадь парусов, завывания ветра, смена режимов, задаваемых вспомогательному двигателю, чтобы удержать судно носом к волне, скрип мачт и накладывающаяся на все эти звуки сильная вибрация — привыкнуть к ней было невозможно — доводили людей до отчаяния. Казалось, что они попали на сказочный кораблик, который за измену морю и своему предназначению помещен в камеру пыток, где его держат уже четвертый
Когда пассажиры, собравшиеся в салоне, разбрелись по своим каютам, Патриция Кастелайн осталась одна. Она не могла найти себе места. Ужином, что ли, заняться, приготовить что-нибудь на скорую руку? Оба лучших кулинара — Алонзо Джарроу и Чарис Букмейстер, измученные морской болезнью, ни рукой, ни ногой пошевелить не могли, не говоря уж о том, чтобы продемонстрировать свое искусство. Подумав, Патриция решила, что она не голодна…
Включила тридивизор note 9 , но, понаблюдав всего несколько минут на экране «Летучего голландца» Вагнера, выключила приемник. Обстановка явно не располагала к прослушиванию оперы. Зажгла нижнее бра, достала классический триллер Десмонда Бегли, глотнула густого горячего рома… Шхуну в этот момент так сильно накренило на правый борт, что иллюминаторы оказались под водой. На противоположной стене в затянутых толстым стеклом окнах завертелись клочья пены, подслеповато заглянуло в салон облачное небо. Патриция зевнула — зеленоглазые окна с одной стороны, угрюмые небеса и пена с другой, утомляющая, неослабная смесь разнообразных звуков потянули ко сну, но как только она начала погружаться в тягучую плотную дрему, кто-то потрепал ее по плечу, и требовательный мысленный голос позвал:
Note9
тридивидение — трансляция объемного голографического изображения
«Пэт! Проснись. Нам нужна твоя помощь».
Это была Корделия Варшава. В нелепой штормовке — размера на три больше! — промокшая и грязная, она была похожа на подростка. Рядом с ней стоял Стив Ванье, когда-то служивший вторым помощником у Уолтера Саастамойнена. В ту пору он был неплохим специалистом по тактике. Сознание его было закрыто, словно сомкнутые створки устрицы, на лице застыло выражение боли и страха. Сжав запястье правой руки, он держал ее на груди. Струйка крови бежала по его золотистой непромокаемой куртке и капала в только что натекшую на ковер лужицу воды.
— Это работа Хелейн Стренгфорд, — сказала Корделия и бросила Пэт штормовую куртку и зюйдвестку. — У нее нож. Она ворвалась на мостик и напала на Стива, стоявшего у руля.
— А потом ускакала, как белка, сучка свихнувшаяся! — в сердцах бросил Стив. — Уолтер с трудом отбился от нее. Все бормочет что-то о спасении детей. Хочет погубить корабль!
— Боже мой! — выдохнула Пэт.
— Теперь залезла на мачту, — продолжила Корделия, — орет благим матом, угрожает прыгнуть вниз. Ты же знаешь, она — сильный кинетик. Мне кажется, нам ее не остановить. Попытайся собрать остальных оперантов, только не зови Стейнбреннера.
— Джеф отъявленный подонок! — выпалил Стив. Подойдя к бару, он порылся на полках, нашел и откупорил бутылку водки и, сделав большой глоток, принялся лить жидкость на рану.
— Видит Бог — это должно помочь!
— Сообщите Марку! — потребовала Патриция.
Корделия коротко и зло рассмеялась.
— Его, как обычно,
— Уолтер пытается добраться до Марка, прежде чем Стренгфорд угробит шхуну, — заметил Стив. — Крамер уверяет, что Марка не будет по крайней мере еще два часа.
— Я посмотрю, что можно сделать, — сказала Пэт.
— А ты, — приказала Корделия Варшава Стиву, — ступай в лазарет. Разбуди этих чертовых Кеогов, пусть наконец вернутся с седьмого неба. Скажи им, что, по мнению Стейнбреннера, у тебя, возможно, повреждено сухожилие.
Еще раз промыв рану, помощник капитана, пошатываясь, направился к выходу. Женщины решили пробраться на корму. Все двери в каюты были заперты
— казалось, корабль вымер. Поддерживая друг друга, они все-таки добрались до грузового отсека, который после подъема шхуны полностью переделали, установив на корме церебральный генератор и вспомогательное оборудование. Попасть сюда можно только через единственную бронированную дверь, открывавшуюся с внутренней стороны. Патриция напряглась и попыталась мысленно преодолеть обитую металлом створку.
«Джорди! Это Пэт. Позволь мне войти. Опасность!»
Корделия вытащила из кармана ключ от своей каюты и постучала им в дверь. Отправив мысленный приказ, женщины некоторое время подождали, и, видимо, их сигнал был получен — замок звонко щелкнул, и дверь со скрипом отворилась. Джордан Крамер хмуро глянул на непрошеных гостей, лицо его было подобно грозовой туче.
— Какой черт вас принес? Марк ушел в космос, а мы тут бьемся над тем, как бы стабилизировать судно…
Патриция телепатически передала ему информацию, потом добавила:
— Хелейн совсем свихнулась. Нам нужен Марк.
— Черт бы побрал эту бабу! Если бы мы не нуждались в ее психокинетическом таланте, я бы сказал — пусть лучше она сигает в море.
— Ты можешь связаться с Марком? — перебила его Патриция.
— Нет, не могу. Он теперь свободная птица и не сказал, когда вернется. Почему бы вам не собрать всех остальных оперантов и не попытаться объединиться?..
— Почти все либо страдают от морской болезни, либо спят, либо отключились от внешнего мира. Мы уже пытались вызвать их, когда Хелейн взбесилась… Откликнулись только Стейнбреннер и Бум-Бум Ларош. Кроме них там, наверху, на палубе, Уолтер, Рой и Нани Фокс. Теперь вот Патриция…
Крамер заспешил.
— Ну, мы с Ван-Виком ничем помочь не можем. Мы не кинетики, кроме того, нам надо следить за приборами. — Он попытался закрыть дверь.
— Тогда отдай Маниона! — потребовала Пэт. — Чтобы скрутить Хелейн, нам придется воспользоваться усмирителем. Думаю, у него силенок хватит.
— Сдурели! — не выдержал Крамер. — И освободите Маниона? Мы тут измучились с этим выродком, держим спеленутым силовыми полями, пока Марк не вернется на судно, а вы собираетесь его выпустить?! Хотите получить двух придурков вместо одного?..
Понимая, что уговоры бесполезны, Патриция все же попыталась переубедить его:
— Возможно, Алекс захочет помочь Хелейн. Ты же знаешь, они привыкли быть вместе…
— Слишком хорошо знаю! — отрезал Крамер. — А еще я знаю, что случится, когда усмиритель попадет в руки Маниона и его злость будет усилена этой штуковиной. Он тут же разделается со всеми вами, разгромит силовую установку и навечно оставит Марка в подпространстве.
Дверь со стуком захлопнулась.
Дальше ждать здесь помощи было бессмысленно, и обе женщины поспешили на палубу.