Враги Путина
Шрифт:
Осенью 1997 года начался гигантский скандал с подготовкой показа по НТВ известного фильма Мартина Скорцезе «Последнее искушение Христа», запрещенного во многих странах мира по ходатайству церкви. Многочисленные публикации в прессе и даже митинги и демонстрации протеста у Останкино Гусинского не остановили. Священники московских храмов призвали прихожан забирать свои деньги из «Мост-банка» и осудили НТВ Прекрасная иллюстрация моральных качеств человека, занимающегося благотворительностью и содействующего объединению столь религиозного народа как еврейский
А вот пример уже несколько из другой сферы – политической, которая также достаточно быстро стала казаться всеядному Владимиру Александровичу «лакомым куском».
Сергей Кургинян, президент международного
Ходили слухи даже о том, что «РНЕ—Пора господина Баркашова получает финансы от Гусинского уже более десятилетия (РНЕ всегда строилось как филиал НТВ: в нужный момент они ходили со свастикой)»[318]
При этом еще в 1994 году Гусинский говорит о роли «Моста»: «Мы финансировали весь политический спектр, который не занимает крайне радикальной фашистской или националистической позиции»[319] Видимо, «зиг хайль» в данном случае радикальным не считается.
Еще один маленький штрих, который тем не менее прекрасно характеризует нам Владимира Александровича.
В феврале 2007 года Гусинскому «по специальному распоряжению» правительства Испании было предоставлено гражданство этой страны Гусинский заявил, что предки его матери – евреи-сефарды, изгнанные в XV веке с территории Испании. По испанским законам, потомки сефардов имеют право на испанское гражданство, а кроме того – на налоговые льготы На этот момент Гусинский имел уже гражданство двух стран – России и Израиля. Получив испанское, он вместе с ним получил и гарантию того, что его не экстрадируют в Россию, где правоохранительные органы в 2000 году обвинили его в мошенничестве.
Человек, который с такой легкостью меняет родину, не имеет ее вовсе Впрочем, «всеядному» Гусинскому такие мелочи наверняка кажутся несущественными, особенно когда на кону – неприкосновенность и финансовая выгода.
Мораль, политика, родина – все меняется в угоду сиюминутной мизансцене, как театральные декорации После таких высоких материй что остается говорить о деловой порядочности: «У каждого финансового института нет ни друзей, ни врагов – есть временные союзники и временные конкуренты Проходит время, и все меняется», – считает Гусинский.[320]
Он действительно менял свое отношение к друзьям и недругам с поразительной стремительностью, как хамелеон, перетекая от состояния вражды к состоянию союза. Одни только его отношения с «заклятым другом» Борисом Березовским могут сказать о многом Сам Гусинский определяет их так: «У нас сложные отношения Мы друзья, враги, друзья, враги»[321]
Кстати, столь «гибкая» линия поведения распространялась для Гусинского и на такую тонкую материю, как данное слово.
13 июня 2000 года Владимир Александрович был арестован по делу о приватизации компании «Русское видео» и три дня провел в Бутырке. Выступая потом перед камерами и микрофонами, Гусинский заявил, что до глубины души проникся проблемами российских зеков, и пообещал подарить московским тюрьмам 100 телевизоров и холодильников Плюс к этому – профинансировать евроремонт в 25 камерах и строительство склада сезонных вещей для арестантов и создать для заключенных Бутырской тюрьмы благотворительный фонд «Но слова своего он не сдержал», – отметил замминистра юстиции РФ Юрий Калинин. В итоге в Бутырке от Гусинского остались лишь телевизор и холодильник, которые в срочном порядке доставили заключенному в узилище патрону подчиненные из «Моста».[322]
Столь же необязательным, как выяснилось, Владимир Александрович являлся и в серьезных сделках. Согласившись
Впрочем, эта публикация может считаться отправной точкой создания структуры, которую впоследствии назовут «медиаимперией Гусинского». Культмассовое прошлое подсказало Владимиру Александровичу, что деньги сами по себе часто не самый эффективный способ удовлетворять свои аппетиты К деньгам следует добавить инструмент намного более тонкий, а в стране, едва-едва отошедшей от революции – и намного более действенный: власть над общественным мнением.
Волна, поднятая статьей в «Литературке», завершилась созданием в начале 1993 года газеты «Сегодня» – первого кирпичика медиаимперии Гусинского. «Мы вкладываем деньги в СМИ, чтобы обезопасить открытость информации от посягательств. Это наш способ самозащиты Как только журналисты утратят свободу, я думаю, частные банки прекратят свое существование», – так объяснил свои действия тогда Гусинский, явно вкладывая в свои слова гораздо более глубокий смысл, ставший очевидным гораздо позже[324]
Горячее: «Мордой в снег»
Владимир Гусинский, как отмечают знакомые с ним люди, а особенно – журналисты, производит впечатление человека безмерно самоуверенного. Вместе с тем еще в самом начале 90-х, едва достигнув высокого положения в бизнесе, Гусинский уделял исключительное внимание вопросам обеспечения личной безопасности. Созданная при «Мосте» служба безопасности представляла из себя маленькую частную армию, общее количество ее работников было около тысячи человек, при этом в разное время там работало около 200 бывших гэбистов Структура представляла собой мини-КГБ, со своей разведкой и контрразведкой, аналитическим отделом и службой наружного наблюдения
Вероятно, «крутизна» охраны была необходима Гусинскому как символ превосходства – не только над подобными ему, но и над представителями правоохранительных органов Говорят, что Гусинский сам имел лицензию охранника собственной СБ под № 1
Однако главной целью СБ «Моста», по мнению компетентных специалистов из российских спецслужб, помимо охраны патрона и других лиц было отслеживание партнеров и конкурентов, планирование долгосрочных политических провокаций и дискредитация неугодных лично Гусинскому людей. В сочетании с подконтрольными СМИ, которые в любой момент могли вылить компромат на любого неугодного или заартачившегося клиента, перспективы представлялись захватывающие Отметим, что уже позже, не сумев отвязаться от дотошных журналистов, тогдашний глава Газпрома Рэм Вяхирев в конце концов был вынужден признать, что Газпром, славящийся «благотворительностью» по отношению к «Медиа-Мосту», не имел от такой «благотворительности» никаких прибылей, а давал деньги исключительно для того, чтобы… «его компанию оставили в покое»![325] (Впрочем, такое неумеренно поглощение сладкого привело к печальным последствиям. Как известно, огромные неотданные Газпрому кредиты стоили Гусинскому в конечном итоге его медиаимперии.)