Враги
Шрифт:
Бобоедов. Возможно... очень возможно!
Поручик. Будут его судить, да?
Бобоедов (усмехаясь). Мы их без соуса едим... и так вкусно!
Генерал. Это остроумно. Как устриц... хам!
Бобоедов. Ага! Ну, вот, ваше превосходительство, теперь мы живо разделим всю дичь и избавим вас от этого анекдота! Николай Васильевич, вы где?
(Все скрываются в дверях. С террасы входит становой.)
Становой (Коню). Допрос здесь будет?
Конь (угрюмо). Я не знаю... Ничего
Становой. Стол, бумаги... значит, здесь! (Говорит на террасу.) Введите сюда всех! (Коню.) Покойник-то ошибся: сказал - рыжий его застрелил, а оказывается - черноватый!
Конь (ворчливо). И живые ошибаются...
(С террасы снова вводят арестованных.)
Становой. Ставь их здесь... рядом! Старик, становись с краю! Не стыдно тебе! Старый черт!
Греков. Зачем же вы ругаетесь?
Левшин. Ничего, Алеша! Пускай его...
Становой (грозя). Я тебе поговорю!
Левшин. Ничего! Должность такая... обижающая человека, у них.
(Входят Николай, Бобоедов. Садятся за стол. Генерал усаживается в кресло в углу, сзади него поручик. В дверях - Клеопатра и
Полина. Потом сзади них Татьяна и Надя. Через их плечи недовольно смотрит Захар. Откуда-то боком и осторожно идет Пологий, кланяется сидящим за столом и растерянно останавливается посреди комнаты. Генерал манит его к себе движением пальца. Он идет на носках сапог и становится рядом с креслом генерала. Вводят Рябцова.)
Николай. Начнем. Павел Рябцов!
Рябцов. Ну?
Бобоедов. Не - ну, дурак, а - что угодно!
Николай. Итак, вы настаиваете, что директор убит вами?
Рябцов (недовольно). Я сказал уж... чего же еще?
Николай. Вы знаете Алексея Грекова?
Рябцов. Это какого?
Николай. А вот, рядом с вами стоит!
Рябцов. Он у нас работает.
Николай. Значит, вы знакомы с ним?
Рябцов. Мы все знакомы.
Николай. Конечно. Но вы у него бывали в доме, гуляли с ним... вообще, вы его коротко, близко знаете? Вы - товарищи?
Рябцов. Я со всеми гуляю. Все мы - товарищи.
Николай. Да? Я думаю - вы лжете! Господин Пологий, скажите нам Рябцов и Греков в каких отношениях?
Пологий. В тесных отношениях дружбы... Здесь имеются две компании. Молодыми предводительствует Греков, юноша очень дерзкий в обращении с лицами, которые стоят неизмеримо выше его. А пожилыми руководствует Ефим Левшин... человек фантастический в своих речах и лисообразный в обращении...
Надя (тихо). Ах, какой мерзавец!
(Пологий оглядывается на нее и вопросительно смотрит на
Николая. Николай тоже кидает взгляд в сторону Нади.)
Николай. Ну-с, дальше!
Пологий (вздохнув). Их соединяет господин Синцов, который
Николай. Вы не так подробно...
Пологий. Извините... Правда требует полноты форм! В квартиру его заходят всевозможные личности, а также присутствующие здесь, как то: Греков...
Николай. Греков, это правда?
Греков (спокойно). Прошу ко мне не обращаться с вопросами, я отвечать не буду.
Николай. Напрасно!
Надя (громко). Вот хорошо!
Клеопатра. Что за выходки?
Захар. Надя, дорогая моя!..
Бобоедов. Тсс...
(На террасе шум.)
Николай. Я нахожу излишним присутствие здесь посторонних лиц...
Генерал. Гм... Кто же тут посторонние?
Бобоедов. Квач, посмотри, что за шум?
Квач. Человек рвется в дверь, ваше благородие! Прет в дверь и ругается, ваше благородие!
Николай. Что ему надо? Кто это?
Бобоедов. Спроси!
Пологий. Прикажете продолжать или приостановиться?
Надя. О, подлец!
Николай. Приостановитесь... Посторонних лиц я прошу уйти!
Генерал. Позвольте... это как понять?..
Надя (кричит задорно). Посторонние здесь - вы! Вы, а не я! Вы везде посторонние... я здесь дома! Это я могу требовать, чтобы вы удалились...
Захар (возбужденно, Наде). Уйди! Немедленно... уйди!
Надя. Да? вот как!.. Значит, это я... действительно я посторонняя здесь! Так я уйду, но я скажу вам...
Полина. Удержите ее... она скажет что-нибудь ужасное!
Николай (Бобоедову). Скажите жандармам, чтобы закрыли двери!
Надя. Вы все бессовестные люди... без сердца, жалкие... несчастные...
Квач (входит, радостно). Ваше благородие! Еще один открывается!
Бобоедов. Что?
Квач. Еще один убийца пришел!
(К столу идет, не торопясь, Акимов, рыжеватый парень, с большими усами.)
Николай (невольно приподнимаясь). Что вам нужно?
Акимов. Это я убил директора.
Николай. Вы?
Акимов. Я.
Клеопатра (тихо). А-а... мерзавец! Совесть имеешь!..
Полина. Боже мой! Какие ужасные люди!
Татьяна (спокойно). Эти люди победят!
Акимов (угрюмо). Ну, что же? Нате, ешьте! Я убил.
(Общее смущение. Николай что-то быстро шепчет Бобоедову, тот растерянно улыбается. В толпе арестованных молчание; все стоят неподвижно. В дверях Надя смотрит на Акимова и плачет. Полина и Захар шепчутся. В тишине ясно слышен негромкий голос Татьяны.)