Врата-2
Шрифт:
Поужинав, отец отправился в мансарду. Когда он дошёл до третьего этажа, он услышал негромкий голос Дениски, к которому временами добавлялись весёлые возгласы малышей. Андрей прислушался - Дениска читал сестрёнке с братишкой "Приключения Незнайки". Читал с выражением, отец сам заслушался. Дождавшись окончания очередного приключения, Незнайки-поэта, Андрей вошёл в детскую.
– Не помешал?
– спросил он, с любовью оглядывая всех своих детей. Как давно он мечтал о том часе, когда и Дениска будет вместе с ними!
– Не помешал, - весело сказал Дениска, - мы на сегодня закончили.
Дети сидели на диванчике, малыши
– Папа плишёл, - воскликнул Данилка и бросился к отцу.
Тот поднял его на руки и Данилка поспешил первым сообщить ему все новости.
– А Денёк читал пло Незнайку. А котёнка зовут Мулзик.
– Мулзик?
– переспросил Андрей, усаживаясь с ним на диван.
– Ну, папа, - насупился Данилка, - не Мулзик, а Мул-л-лзик!
– Не переживай, Данечка, - попытался утешить его старший брат.
– Я двух сестрёнок научил звук р-р-р, - зарычал он, - выговаривать, и тебя быстро научу.
– Плавда?
– обрадовался Данилка, и пожаловался, - а то меня в садике длазнят. А мне не нлавится, когда длазнят, - снова насупился он.
– Ну, что, дети, пора баиньки?
– спросил отец.
– А то завтра рано вставать, в садик идти.
– Папочка, а можно мы завтра в садик не пойдём?
– попыталась подлизаться к отцу Даша.
– Мы с Денечкой побудем, пока вы на работе.
– Не получится, малышка, - погладил её по головке отец, - Завтра Денёк будет устраиваться в новую школу, а у бабушки дежурство, так что в садик идти надо.
Искупав и уложив младших детей, Андрей Михайлович постучал в комнату старшего сына.
– Можно, Денёк?
– спросил он, - не помешаю?
– Входи, - радостно улыбнулся ему Дениска, - не помешаешь. До сих пор не могу поверить, что всё теперь хорошо. Знаешь, как я мечтал, что когда-нибудь ты возьмёшь меня домой!
– А уж как я об этом мечтал!
– вырвалось у отца.
– Если бы не Игнат, не видать бы нам этого счастья ещё долго.
– Папа, а ты давно дружишь с дядей Игнатом?
– полюбопытствовал Дениска.
– Не поверишь, со вчерашнего дня, - заулыбался отец.
– Как со вчерашнего?
– не поверил Дениска.
– А такое ощущение, что вы давно дружите.
– Вообще-то город у нас небольшой, так что можно считать, что все друг с другом знакомы, - заметил отец.
– Я его несколько раз видел, когда сам ещё торговал, он мне книги заказывал. Это, как говорится, шапочное знакомство. А вчера он мне после 18 часов позвонил, сказал, что хочет поговорить о тебе. Я сразу поехал домой, сказав ему адрес. Он пришёл к нам, рассказал, как плохо тебе живётся, - голос отца дрогнул, - обещал помочь получить решение суда о возвращении тебя ко мне. Ну, я с бабушкиного телефона и позвонил тебе, чтобы ждал на следующий день. А мы с Игнатом договорились, что он меня будет сегодня утром ждать в суде, приготовит доказательства жестокого обращения с тобой. Я когда сегодня в суде смотрел эти доказательства, если бы этот "дядя Жора" был рядом, я бы ему голову открутил, паразиту.
Отец замолчал, пытаясь справиться с обуревавшим его гневом.
– Какие доказательства?
– не понял Дениска.
– Откуда?
– Сам не знаю, откуда Игнат взял эти доказательства. Представил суду диск, где была запись тех
– Не рассказывал, потому что стыдно было, - вздохнул Дениска.
– Знаешь что, сынок, - отец поднялся со стула, на котором сидел перед Дениской, расположившемся в компьютерном кресле, - пойдём-ка на балкон. Посидим там рядышком, и ты мне всё подробно расскажешь о своей жизни с мамой. Я знаю, больно будет нам обоим, но надо эту боль выпустить, чтобы она больше не отравляла нам жизнь. Это мне Игнат посоветовал, - сказал он в ответ на вопросительный взгляд сына.
Следующий час был самым волнительным для отца и сына. Они разместились рядышком в шаровом кресле, висевшем на балконе, смотрели на ночной город, и Дениска подробно рассказывал папе о том, как жил эти десять лет. Отец прижал сына к себе, слушая это печальное повествование, и ощущал, как по мере рассказа напряжение, сковывающее мальчика, уходит, и он дышит всё свободнее. Потом Дениска даже рассказал папе о своих неудавшихся попытках вспомнить, что же произошло с ним год назад, когда у него в жизни появился восхитительный просвет, который резко закончился в тот день, 10 марта, когда на город обрушился ураганный ветер.
Потом отец и сын просто посидели молча, наслаждаясь духовной близостью, когда и говорить больше ничего не надо.
– Ты знаешь, папа, - вытирая остатки слёз, удивлённо сказал Дениска, - а ведь и правда, мне стало намного легче, после того как я рассказал тебе все обиды. И обиды тоже ушли, я уже на них не обижаюсь, мне их просто жалко. Жалко за то, как они живут, в ругани и скандалах. А здесь, дома, мне так хорошо, радостно и спокойно. Спасибо, папочка!
– Это тебе спасибо, мой родной, что выдержал все испытания, которые тебе устроила жизнь за эти десять лет, за то, что не сломался, стал настоящим человеком. Я горжусь тобой, сынок.
Дениска думал, что вряд ли он скоро заснёт, взбудораженный событиями этого долгого дня. Но всё получилось наоборот. Понежившись в тёплой водичке в собственной ванной ("какое счастье", - в очередной раз подумал он), Дениска переоделся в пижаму, которую нашёл под подушкой, вытянулся на восхитительно мягком матраце и погрузился в сон.
Это был восхитительный сон! Дениска летал в этом сне, летал над необыкновенно красивым лесом, над полянами с благоухающими цветами, над голубым озером с прозрачной водой. Он был безгранично счастлив!
А в этот же день...
Распрощавшись с отцом и сыном Калязиными, Игнат Алексеевич Шевелёв, он же мой Учитель, завернул за угол дома и исчез из вида. Правда, "вида" никакого не было, с той стороны дома вокруг были только заборы и глухие стены, так что его никто бы и не увидел. А Учитель телепортировался к Месту Силы (ближайшему дольмену) и через портал шагнул на территорию Острова. Вокруг него тут же образовалась сиреневая дымка, лишённый эмоций механический голос сообщил: "Допуск имеется", и дымка развеялась. А Учитель шагнул уже в холл административного корпуса Школы, где его радостно встретил одетый в жёлтый комбинезончик домовой: