Врата-2

Забелина Вера Васильевна

– Очень мне надо связываться с этими айкидошницами, - проворчал Филатов, непроизвольно потирая лоб, чем вызвал новый взрыв веселья.

Я забыла упомянуть, что папа записал меня, а потом и Марика в Клуб боевых искусств, в секцию айкидо. Я там уже несколько лет тренировалась, Марик только начал.

– Очень хорошо, Женя, садись, - похвалила меня Александра Николаевна, проверив на доске результаты моих трудов.

– А я вообще не понимаю, зачем нам это учить, - с вызовом сказал Филатов.
– Зачем мне нужно определять эти части

речи и члены предложения, и вообще грамматику?

– Я вам сейчас покажу, как, зная грамматику, можно понять смысл сказанного, - с таинственной улыбкой, которую мы все любили, потому что она всегда предваряла что-то интересное, сказала Александра Николаевна.
– Филатов, к доске! Остальным разрешается помогать с места.

Пока Филатов выбирался из-за своего стола и шёл к доске, Александра Николаевна быстро стёрла с доски разобранное мной предложение и написала что-то непонятное.

– Всем записать в тетради, - сказала она, не поворачивая головы.
– Будете разбирать письменно.
– Потом отошла от доски и предложила: - Ваня, прочти вслух.

Мы послушно начали переписывать, пока Ваня читал.

"Глокая куздра штеко будланула бокра и курдячит бокрёнка". Ничего не понятно, - в заключение сказал он.

– А вот сейчас мы тебе докажем, что ты ошибаешься, и кое-что ты здесь можешь понять, - сказала Александра Николаевна.
– С чего начинается анализ предложения?

– С главных членов, - подсказал кто-то.

– С главных членов предложения, - повторил Ваня.

– Можешь определить подлежащее?

– Ну, это легко, - сказал Филатов.
– Вот эта куздра и есть подлежащее.

– Охарактеризуй как часть речи, - подсказала Александра Николаевна.

– Имя существительное, женского рода, единственного числа, именительный падеж, - перечислил Филатов.

– Молодец, - одобрила Александра Николаевна.
– Закончил с группой подлежащего?

– К нему определение есть, - подсказали из класса.

– И правда, - спохватился Филатов, - вот определение, "глокая".

– Ты подчёркивай, не забывай, - напомнила Александра Николаевна.
– Чем выражено определение?

Ваня послушно определил. Потом начался анализ сказуемых, перешли к второстепенным членам предложения. Все увлеклись таким необычным анализом.

– Что мы имеем в итоге?
– сказала, наконец, Александра Николаевна.
– Не зная значения слов, мы, тем не менее, можем понять смысл предложения: "Какая-то (определяется, глокая) особа женского рода что-то каким-то образом (штеко) проделала с существом мужского рода и теперь что-то делает с его детёнышем (уменьшительный суффикс)". Ну, как, полезно знать грамматику?
– спросила она у класса и в ответ получила дружное "Да!".

Звонок прозвучал совершенно неожиданно, мы даже не успели дописать домашнее задание. Но Александра Николаевна нас задерживать не стала, поскольку следующим уроком была литература. И тогда в начале урока она сразу нам продиктовала

задания по обоим предметам.

Когда мы вышли на перемену, я поделилась с Диной возникшей у меня мыслью:

"Расскажем ребятам про глокую куздру, когда вернёмся?"

"Расскажем", - согласилась она, - "я думаю, им тоже интересно будет".

(Между прочим, когда я папе рассказала дома об этой "глокой куздре", он мне сказал, что у нас есть книга, из которой Александра Николаевна взяла этот пример. Книга называется "Слово о словах", я решила обязательно её почитать).

После литературы мы пообедали в школьной столовой (после Острова пища была совсем невкусной), потом были математика и музыка. Последним уроком была биология, Инесса Степановна нас ещё немного потренировала в ментальной связи. Было немного необычно, но очень приятно общаться с учительницей мысленно. Я вот только сожалела, что Александра Николаевна не училась в Школе, судя по её ауре, она вполне могла туда поступить. И мне теперь стало понятно, почему Инесса Степановна так интересно преподавала биологию. После её объяснений нам даже учебник можно было не читать, всё запоминалось без усилий.

*

Из школы я пришла домой в 2 часа. У близнецов был послеобеденный сон, за который мама особенно благодарила Тяпу. В последнее время малыши неохотно засыпали днём, и было очень утомительно укладывать их вновь и вновь. А сегодня они дружно заснули прямо на ковре среди игрушек, а Тяпа сидела около них, как бы сторожа их сон. Мама раздела малышей, уложила в кроватки и опять оставила их на попечении Тяпы. А сама пошла читать подаренную мной книгу.

Марик тоже уже отдохнул после прихода из школы (в школу его отводила я, а забирала бабушка). Сейчас он собирался делать домашние задания, бабушка пошла к нему в комнату.

Я только успела переодеться и спуститься на кухню, чтобы подогреть обед, как позвонил папа.

– Женюрка, ты уже дома?
– обрадовался он.

– Да, только что пришла, - сообщила я.

– Разогрей обед на двоих, - попросил папа.
– Я сейчас буду.

Я обрадовалась. Хотя у нас в семье во время еды не принято было разговаривать, но всё-таки веселее есть не одной. А поговорить можно и после еды.

Папа действительно пришёл скоро, вероятно, звонил из офиса. Мы дружно поели, убрали со стола, я загрузила посуду в посудомоечную машину.

– Пойдём в гостиную, - позвал папа, - мне надо с тобой поговорить.

В это время на пороге появилась Тяпа. Раздражённо шипя, она с разгону заскочила на папу, вскарабкалась на его плечо, что-то сковырнула там, показала мне, разгрызла и ... проглотила.

"Подслушивающее устройство", - получила я её сообщение.

Забыла упомянуть, что Нонна настроила её не только на мысленное общение со мной, но и научила разговаривать.

– Что это она?
– опешил папа.

– Погоди, - остановила я его и обратилась к Тяпе: - Больше нет?