Врата рая
Шрифт:
— Я еще не совсем уверен, — сказала Шайлер. — Все, что я знаю, это что он ушел, и я не думаю, что когда — нибудь вернется.
— Я потеряла своего мужа тоже, — сказала Декка, обращаясь к Шайлер и вновь обхватив её рукой. — Я понимаю, что чувство утраты, ощущение, что часть тебя отобрали. Что ты уменьшилась, стала меньше, чем была раньше.
— Это точно, — сказала Шайлер. — Чего — то не хватает во мне, и я не знаю, буду ли я когда — либо целой.
— Ты молода, — сказала Декка. — Я знаю, что то, что люди говорят, и это кажется невозможным
Но Шайлер не была готова думать о том, что ее жизнь может быть, после того, как Джек ушёл. У неё были гораздо более важные проблемы, чем она сама.
— Я вижу, что это слишком рано для тебя, чтобы думать об этом, сказала Декка. — Я понимаю, даже в моем возрасте у меня есть друзья, которые пытаются устроить свидания для меня. У меня нет сердца, чтобы сказать им, что я не готова, и никогда не могу быть, хотя у меня были годы.
— Но у вас есть семья, — сказала Шайлер. — Ваша внучка…
— Да, Финн! — Прояснилось Декка. — Ты должна быть рядом с ней.
Она будет так взволнована, узнав, что у нее есть сестра.
Шайлер надеялась, что бы оказаться правдой, но она могла легко представить себе реальность, в которой этого не было.
— У вас есть другие дети? — Спросила Шайлер.
— Нет, боюсь, Бендикс был нашим единственным ребенком, — сказала Декка. — Конечно, мы пытались, в течение многих лет, но у нас не было всех чудесных технологических достижениё этого времени. Это счастье, что мы нашли друг друга, не так ли? — Спросила Декка. — Где ты остановилась? Я настаиваю, чтобы ты переехала ко мне и осталась со мной на некоторое время, если ты не занята.
— Мне жаль, — сказала Шайлер, и она на самом деле имел в виду это.
— Но… — Она не знала, как объяснить, почему не могла остановиться. Ей придется придумать что — то. — Некоторые из моих друзей в беде. Я помогаю им. Я пришла сюда, чтобы помочь, и мне нужно, вернуться к ним.
— Я понимаю, — сказал Декка, явно разочаровано. — Ну, я не буду держать тебя.
— Нет, это не так! — Сказала Шайлер. — Я хочу остаться, действительно. И я надеюсь, что если вы будете ждать меня, я смогу вернуться когда — нибудь.
Декка улыбнулась.
— Ты, конечно, можешь. Сделай то, что нужно сделать. Я буду здесь, когда ты вернешься.
— Есть еще одна вещь, которую я должна спросить, прежде чем уйду, — сказала Шайлер.
— О твоём отце?
Шайлер кивнула.
— Я полагала, что так будет, — сказала Декка.
— Он вернулся к вам, в конце концов, не так ли? — Спросила Шайлер.
— Да, он сделал это. — Она грустно улыбнулась.
— Мне нужно найти его. Вы знаете, где он?
— Я, — сказала Декка, даря ей заинтересованный взгляд.
— Где он?
— Он здесь.
ДВАДЦАТЬ ВОСЕМЬ
Мими
В этот раз путешествие наверх оказалось одиноким. Поездка на поезде через мрачный
Как такое получилось? Подумала она. Было намного проще, раньше, когда она и Джек были по — настоящему связаны. Конечно, этот цикл не был Версальской или Флорентийской эпохой Возрождения, но до сих пор они жили довольно сказочно в Нью — Йорке. Как же все стало настолько сложным?
Потому что родилась Шайлер Ван Ален, поняла Мими. Наполовину человеческий ребёнок Габриэллы, она была катализатором перемен, но случилось то, что хотела Габриэлла? Ковен пал, вампиры в отступлении, Врата Обещания на грани уничтожения, ключ от Неба в руках врага?
Что Мими собирается делать? Она должна была предупредить их, должна был предупредить Кингсли, Шайлер и Оливера, но как? Где — то в Лондоне есть венаторский дом, Кингсли должен быть там. Но где? Может быть, Джек нашел его. Жаль, что они не были в состоянии поговорить прежде, чем он ушёл, не смогли скоординировать свои действия, свои планы обмана.
— Джек, где безопасный дом?
— Ты здесь? Почему ты на поверхности?
— Смотрю за Кингсли. Люцифер дал мне работу, тоже.
— Какую?
— Не могу найти его. Ты знаешь, где безопасный дом?
— Нужно поискать.
— Скажешь, если найдешь его. Я могу помочь отвлечь Данэла, дать нашим друзьям время, чтобы уйти.
Было время, когда Мими могла бы пойти в любой сказочный ресторан или клуб в Лондоне и обнаружить вампира, чтобы тот указал ей правильное направление. Сейчас она заметила то, что не заметила в прошлый раз, когда была в городе. Это было жутко. Лондон был иссущён от вампиров — своеобразный каламбур. Никого не было. Ни в обычных горячих точках, ни в мальчишеских клубах, нигде. Она чувствовала пронзительную грусть в нынешней ситуации.
Она позвонила старой семье в Нью — Йорке, немногим оставшимся смельчакам, но никто не знал, где Венаторы прятались в Лондоне.
— Мы решили затаиться, пока не услышым о какой — нибудь власти, — сказали они ей.
Ей хотелось закричать, что она была у власти, но это не поможет вопросу. Наконец, она пошла самый мирный подход, который она могла себе представить: она позвонила родителям Оливера. Проводники тоже спрятались, семья Оливера была настолько предсказуема. Они как страусы прячут голову в песок. Они прячутся в Южном Хэмптоне. Водяная мельница, если быть точной.