Врата ведьмы
Шрифт:
— Что я наделала?
Развернувшись на каблуках, она выскользнула за дверь, а затем в лабиринты залов. Но даже в их тени она не могла укрыться от сдавленного, эхом разносящегося крика ведьмы. «Небеса всемогущие, простите меня!»
Глава 3
Корчась от боли в клубке простыней, Елена прижимала руку к груди. Ее ладонь горела, будто на раскаленном огне. Сквозь красноватую дымку агонии она отчетливо расслышала громкий грохот у дверей своих покоев.
— Елена! — Это был Эррил.
Его вопль
Грохот не прекращался. Дверь дернулась, когда Эррил усилил свой натиск.
— Елена! Ответь мне!
Пошатываясь, Елена отодвинула засов и широко распахнула дверь. Перед ней предстал взъерошенный и покрасневший Эррил. Поверх его плеч она успела заметить скомканное мятое одеяло, брошенное в кресле у очага. Этой ночью житель равнин уснул у огня, когда обсуждения судьбы Плотины и Чи были успешно завершены. Мама Фреда убедила Елену позволить Эррилу уснуть прямо там, где он сидел.
— Ты ранена? — спросил он с отчаянием, держа в руке меч.
После того как боль затихла, Елена снова могла думать.
— Я в порядке, — сказала она, но дрожь в голосе все равно выдала ее.
— Что случилось? — спросил Эррил, оглядывая ее сверху донизу.
Елена вспомнила, что на ней была лишь длинная прямая сорочка. Вдруг осознав это, она отступила от двери к своему платяному шкафу и натянула платье.
— Я не знаю, — ответила она. — Я проснулась с рукой, горящей от боли. — Она отогнула рукав платья, чтобы показать руку Эррилу.
При виде своей руки, выступающей из рукава, Елена громко выдохнула. При свете факелов главных покоев, проникающего в ее спальную комнату, Елена обнаружила, что ее рука повреждена больше, чем она ожидала.
Эррил придвинулся ближе, взяв ее руку в свою. Он осмотрел ее ладонь и пальцы.
— Я не вижу раны. — Он встретил ее взгляд. — Но что случилось с Розой?
Елена качнула головой. Она ничего не могла объяснить. Выпустив свою руку из пятерни Эррила, она подняла ее повыше к свету. Рука по всей длине была невероятно бледна. Красные переливы исчезли. Знак Розы пропал.
Эррил сделал еще несколько шагов внутрь комнаты, оглядываясь вокруг.
— Я не понимаю, — промолвила Елена. — Я не чувствую заклятий. Ничего похожего на то, что кто-то выкачивает из меня магические силы. — Ее взгляд пытался заставить его поверить в это.
— Я верю тебе. Чтобы извергнуть всю мощь огня ведьмы, тебе бы пришлось выжечь замок целиком. — Он смотрел на предрассветные блики сквозь щели высоких окон покоев. — Но когда солнце полностью взойдет, лучше бы тебе быть в форме.
Елена кивнула, смущенная и встревоженная. Она двинулась к камину главных покоев, в котором томились раскаленные угли, влекомая теплом. Подержала ладонь над умиротворяющим пеклом. На ее левой руке багровела Роза, а правая все еще оставалась молочно-белой. Что произошло?
— Ты
Вставив меч в ножны, тот приблизился к огню и подобрал с иола шерстяное одеяло.
— Нет. Даже когда исчез Чи, он терял магическую силу, потому что ею пользовались. — Мужчина свернул одеяло. — Я никогда ничего подобного прежде не видел.
Она отвернулась от углей, не в силах скрыть страх в своих глазах.
— Может ли это быть выходкой Темного Лорда? Вдруг он нашел способ выкачать из меня магическую силу?
Лицо Эррила подернуло пеленой.
— Я не знаю. Но то, что случилось этим утром, подозрительно. Подозреваю предательство.
Прежде чем они смогли продолжить разговор, в дверь постучали. Эррил взглянул на Елену и снова вынул меч.
— Оставайся за моей спиной, — прошептал житель равнин.
Он приблизился к двери.
— Кто? — закричал он сквозь запертую дверь.
— Это Джоах! Меня послал управляющий. Елена должна кое-что увидеть.
Нахмурившись, Эррил отбросил меч и потянул огнеустойчивую дубовую дверь, открыв ее нараспашку.
Елена встала у его плеча. На ее брате были привычные пышные одеяния, но одевался он явно в спешке: рубашка не заправлена, штаны не застегнуты на все пуговицы.
— Что такое? — спросила Елена.
Джоах перевел взгляд с Эррила на Елену, его брови удивленно поднялись при виде этой пары в столь ранний час. Елена взглянула на свою спальную сорочку, босые ноги и залилась краской при мысли, что мог вообразить ее брат.
Кашлянув, Джоах сказал:
— Я думаю, что вы должны это сами увидеть. Все уже собрались в Большом Зале, а нижние залы полны слухов. Управляющий выгнал всех из главного зала и поставил у дверей охрану.
— Зачем? Что происходит?
Джоах покачал головой.
— Эл, лучше бы тебе одеться. Если нет других планов, нужно появиться внизу. Начали появляться невообразимые слухи.
— Что случилось? — в который раз спросила Елена.
Пропустив ее вопрос мимо ушей, Джоах проследовал в комнату.
— Возможно, ничего особенного. Просто набравшийся бузотер резко высказал мнение о твоей политике.
— Говори яснее, Джоах, — прорычал Эррил, буравя взглядом молодого человека. Житель равнин шагнул к Елене и, приподняв рукав ее платья, продемонстрировал ее мертвенно-бледную руку. — Силы Елены украдены. Что-то гнусное должно произойти, и я устал от твоих маленьких мистификаций.
Джоах ошеломленно смотрел на белую руку Елены.
— Мама дорогая… Тогда это не было шуткой, — пробормотал он.
— Что? — раздраженно спросила Елена, вырывая свою руку у Эррила.
— Кто-то — и никто его не видел — вонзил длинный клинок в отпечаток руки, выжженной на столе Большого Зала. — Джоах не мог отвести взгляд от ее руки. — Я считал этот жест всего лишь выражением обиды.
Елена потерла пальцами другой руки свою ладонь. Посмотрела на Эррила.
— Джоах прав, — зло сказал выходец с равнин. — Лучше нам самим на это взглянуть.