Вредная девчонка в школе

Блайтон Энид

– Это почему? – удивилась Белинда. – Может, я захочу потратить больше.

– Не получится, – твёрдо ответила Нора. – У нас равноправие. Деньги мы сдаём в общий котёл, и раз в неделю каждый получает на карманные расходы. Иногда, если вас оштрафуют, можно остаться ни с чем.

– Что ещё за штрафы? – удивилась Хелен. – Нас директора штрафуют или как?

– Нет, не так, – терпеливо продолжала Нора. – Раз в неделю, а по необходимости и чаще, мы проводим общее собрание. Выслушиваем жалобы и претензии, и если кто набедокурил, того

штрафуем. Мисс Белл и мисс Бест присутствуют на собраниях, но у них нет права голоса. Мы, дети, сами всё решаем.

Элизабет изумлённо уставилась на Нору. Как так? Детей должны наказывать взрослые, хотя её саму ни разу в жизни не наказывали.

– Если вам не хватает денег на что-то важное, – продолжала Нора, – тогда этот вопрос выносится на голосование. Например, ты, Белинда, сломала свою теннисную ракетку. Ты обращаешься к собранию, и жюри определяет, дать тебе денег или нет. Но, поскольку ты не умеешь играть в теннис – это я для примера говорю, – тебе откажут.

– Понятно, – кивнула Белинда, немного задетая за живое. Но в принципе эта идея показалась ей справедливой. – Кстати, а где хранить сладкое? У меня тут много всего, буду угощать.

– Это ты молодец, – одобрительно кивнула Нора. – Сладкое мы уносим в комнату отдыха. Там у нас большой буфет и много пустых жестяных коробок, больших и маленьких. В полдник мы устраиваем чаепитие. Пойдёмте покажу. Элизабет, ты привезла сладкое?

Элизабет немного замялась. Ей было так интересно слушать про школу, что она чуть не забыла о своём коварном плане.

– У тебя что, ничего нет? – переспросила Нора.

– Нет, почему же, у меня целая коробка, но я сама всё съем.

Девочки удивлённо уставились на Элизабет.

– Сама так сама, нам чужого не надо, – хмыкнула Нора. – Да и мало ли что: вдруг ты подсыплешь нам яду.

Глава 4

Неприятности

Нора подошла к комоду Элизабет и обнаружила там зеркало, две расчёски, гребень для волос, три фотографии в рамках, флакончик духов, две вазочки и щётку для одежды.

– Вы только посмотрите! Бедный ребёнок не умеет считать до шести! – воскликнула Нора. – У неё на комоде одиннадцать предметов.

– Я умею считать, – вспыхнула Элизабет. – Раз, два, три, четыре, пять, шесть.

Девочки прыснули от смеха.

– И правда умеет! – хмыкнула Нора. – А вычитать тебя учили? Сколько будет одиннадцать минус шесть? Пять. Вот и убери пять предметов.

– Не буду я ничего убирать, – буркнула Элизабет.

– Ах, не будешь?! Тогда я тебе помогу. – Нора была ирландкой и тоже, между прочим, с норовом. Она смела с комода пять лишних предметов (три фотографии и два флакончика духов), засунула их в сундук возле окна и заперла всё

на ключ. – Это за то, что некоторые не умеют правильно считать, – заключила она.

Элизабет была в бешенстве.

– А ну верни фотографии! Там мои папа с мамой и любимый пони!

– Не-а. – Нора сунула ключ в карман. – Извинись, посчитай до шести, тогда верну.

– Не буду, – огрызнулась Элизабет.

– Как хочешь. Девочки, понесли сладкое.

– Моё останется тут, – заявила Элизабет.

– Тогда оно тоже отправится в сундук, – предупредила Нора. – Не устанавливай тут своих правил.

Элизабет надулась. Потом взяла картонку со сладким и отправилась за остальными. С этой Норой не поспоришь.

Дверь в комнату отдыха была распахнута настежь, и там царил весёлый галдёж. Войдя, Элизабет увидела просторное помещение с мягкой мебелью, огромным пушистым ковром, а вдоль стен стояли буфеты и книжные шкафы.

В углу на проигрывателе крутилась пластинка с красивой мелодией – из тех, что наигрывала дома мама Элизабет. У девочки вдруг сжалось сердце.

«Не беда, – подумала она. – Я тут ненадолго. Главное, помнить: я – вредная девчонка».

– Вот, держите! – Нора начала выгребать с полок пустые коробки. – Хелен, это тебе! Элизабет, держи! А тебе, Белинда, самую большую.

Девочки стали перекладывать сладости. Нора взяла полоску клейкой ленты, налепила её на своей коробке сбоку и написала: «Нора О’Салливан».

– Понятно? Делайте как я, – скомандовала она.

Потом Рут предложила новеньким устроить экскурсию по школе. Белинда с Хелен взялись за руки как старые подружки, и Элизабет почувствовала себя белой вороной. Любопытство пересилило. Наступив на собственную гордость, Элизабет потащилась за остальными.

– А вот наш класс, – сказала наконец Рут, распахнув дверь перед новенькими.

Элизабет переступила порог: из огромных окон на неё хлынул солнечный свет. Если у неё в комнате была одна парта, то здесь – целых пятнадцать, а грифельная доска оказалась в пять раз больше, чем у мисс Скотт.

– Наша классная руководительница – мисс Рейнджер, – доложила Рут. – И она очень строгая, сразу говорю. Нора с нами не учится, потому что старше нас на два года. Она суперская, правда?

– Ага, – согласились Хелен с Белиндой, а Элизабет промолчала. Она была другого мнения о Норе.

– А тут у нас спортзал, – продолжала Рут свою экскурсию.

Элизабет никогда в жизни не видела в одном месте сразу столько шведских стенок, подвесных канатов, брусьев и других спортивных снарядов. Вообще-то она любила попрыгать, побегать и забраться куда-нибудь повыше. Значит, до отъезда есть где отвести душу.

Девочки заглянули в пару комнат, где жили другие дети, а дальше начиналась запретная взрослая территория.

– После полдника новеньких вызовут в директорскую, – предупредила Рут. – Но вы не бойтесь – мисс Белл и мисс Бест славные.