Шрифт:
Треуголка
Посвящается Эдмунду Лейтону
Mунди ласково перебирал струны гитары и тихо напевал:
«В благодати медового месяца
Прельщенный чарами Кей,
Я любил ее жадно, я любил ее скоро,
Называя киской своей.»1
Фарфоровая чашка в руке Кей напряженно замерла. О, Кей хорошо знала продолжение
Мунди двигался к своему 33х-летию спокойно и уверенно. Он занимался делом, которое любил. Его безупречный профессионализм и изысканный стиль высоко ценились как критиками, так и заказчиками. Mунди регулярно выставлялся в Академии. И к тому же он был женат на Кей, красивой, умной и любящей. Они поженились недавно, но знали друг друга с той поры когда Мунди раскрыл для себя Дедам и его чарующие пленерные возможности.
Пора возвращаться. Мунди галантно загрузил дам в лодку и с удовольствием приступил к исполнению обязанностей лодочника. Река ленилась, не мешая грести против течения. Причалив к берегу, Мунди столь же галантно выгрузил дам и пикниковую корзинку. Компания дружно зашагала по пыльной дорожке в направлении усадьбы. Дом встретил желанной свежестью. Мунди придержал жену за талию и приглашающе подмигнул. Оба двинулись к лестнице. Бекка, задержавшаяся чтобы поприветствовать соседского кота, увидела только мелькнувший розово-голубой подол сестриной юбки, и до крови прикусила губу.
Парализованно застыв на несколько мгновений, Бекка развернулась и выбежала прочь из дома, уже на сдерживая слезы. Ее жизнь перестала быть ЕЕ жизнью. Предательство сестры, вышедшей замуж и вычеркнувшей Бекку из своей жизни еще можно как-то пережить. Но то, что сестра вышла замуж за любовь всей Беккиной жизни, было непереносимо. «Я убью ее», сцепив зубы, шипела Бекка.
Бекка и Кей удивительным образом избежали siblings rivalry3. Когда Бекке исполнилось три, их мать, миссис N, удрученно вдовствующая уже два года, вновь вышла замуж, за мистера G. Да так удачно, что newly4 вдово-брачная с головой окунулась в омут развлечений, стараясь компенсировать потерянное, предательски
Закрыв дверь в спальню, Кей обернулась и требовательно сказала: «Пожалуйста, не пой эту дурацкую песню в моем присутствии. Ни-ко-гда! Я не буду шипящей как другие жены, и мне не нужно девять жизней. Мне достаточно одной…» Она подошла к Мунди и, выдохнув фразу «С тобой», запечатала ее долгим поцелуем.
Добежав до берега Бекка остановилась. Она нашла лютики. Вот они! Она вспомнила как в детстве, соблазнившись желтыми цветами, сорвала парочку и засунула в рот. Последствия были травматичными. Она вспомнила доктора, который заставлял ее пить много жидкости, чтобы вызывать рвотный рефлекс; вспомнила как ее выворачивало наизнанку и как больно было ее обожженному языку. От впечатанного в ее память заплаканного лица сестры она отгородилась, как от неприлично назойливой мухи. Средство возмездия было найдено.
Кей до сих пор помнила то утро, когда няня вернулась с задыхающейся Беккой на руках. Немедленно был вызван доктор и все разрешилось благополучно. Но страх потерять Бекку проник в каждую клеточку тела Кей. Сестры были не-разлей-вода. С тех пор как в жизни Кей появился Мунди, эта связь слегка дистанцировалась. Постепенно и незаметно.
Кей потянулась и открыла глаза. Мунди наверняка уже в мастерской, но его любимая треуголка все еще эректировала на кровати. Мягко надвигались сумерки. Пора было подумать об ужине. Спустившись вниз, Кей удивилась отсутствию Бекки. Она спросила горничную. Гоничная не знала. Кей, слегка заволновавшись, быстрым щагом вошла в мастерскую. Мунди там не было.
Тревога задребезжала как старый будильник. Кей вышла на дорогу, которая вела к реке. Быстро дойдя до поворота, она увидела пару. Руки Бекки обвивали шею Мунди. У Кей перехватило дыхание, словно на горло накинули удавку, а в сердце воткнули нож. В следующий момент Кей отпрянула. Нужно срочно что-то делать. И с ситуацией, и с Ребеккой.
Выбрав тропинку через пролесок, Кей, задыхаясь, побежала к усадьбе. Войдя в дом с черного хода и благополучно миновав столкновение с горничной, она влетела в спальню и перевела дыхание. Посмотрела на себя в зеркало, поправила прическу, брызнула капельку духов на запястья. С треуголкой в руках, улыбаясь, Кей спустилась по лестнице навстречу мужу и сестре.
На следующее утро Кей отправила письмо теперь уже миссис G, в котором она мягко напомнила своей матери о святых материнских обязанностях, и указала на факт, что Ребекке в не столь отдаленном будущем нужно думать о замужестве. Об инциденте она благоразумно умолчала.
Миссис G, вновь овдовевшая к тому времени, с энтузиазмом взялась за предложенный проект и втянула Бекку в водоворот лондонского бомонда. Сестры практически перестали общаться. Кей объясняла сей факт вовлеченностью в домашние дела, Ребекка насышенной светской жизнью.
Конец ознакомительного фрагмента.