Времени нет

Бажанов Олег Иванович

Водитель скорой помощи запустил мотор и хотел уже стронуть машину с места, но в последний момент что-то заставило его повернуть голову и посмотреть в окно: он заметил худого, похожего на мертвеца бледного человека в больничном халате с толстой книгой в чёрном переплёте, прижатой к груди, двигающегося словно зомби. В устремлённых в одну точку глазах этого человека водитель увидел мольбу и решимость и заглушил мотор. Врачи вышли из машины. Останавливались случайные прохожие. Теперь все, кто мог видеть, смотрели на Хокимару. Никто не стронулся с места, никто не посмел помешать или помочь ему. Даже

Ошива, поражённый величием и трагедией свершающегося момента, стоял и молчал.

Преодолев за минуту расстояние в несколько метров, Хокимару опёрся руками в закрытые двери машины. Никто не открыл ему их.

— Ангел! — попросил Хокимару. — Открой двери!

— Мы не вмешиваемся в жизнь людей! — ответил ангел.

— Открой двери! — зарычал Хокимару, ударив по железу рукой. И в этом срывающемся на крик рыке слышались и боль невосполнимой потери, и призыв страдающей души. — Открой, я тебе приказываю!

Двери сами собой отворились. Внутри микроавтобуса царила ночь. Светлым островком выделялось лишь худое тело, накрытое белой простынёй. Преодолевая непосильный подъём кабины, Хокимару заставил своё тело вползти в машину. Дрожащей рукой он медленно откинул край простыни и увидел бледное любимое лицо. Сколько приготовленных за время странствий тёплых слов он хотел сказать этому самому дорогому на свете человеку, сколько признаний в любви, сколько ласки и нежности… Но не успел…

«Ты не мог опоздать! — кричало всё внутри Хокимару. — Ты не мог опоздать!..»

— Ангел, оживи её! — взмолился японец. — Оживи!

— Я не могу этого сделать, — спокойно ответил ангел.

— Тогда и мне не нужна жизнь! — зарыдал Хокимару и упал на бездыханную грудь жены. — Сайхо! Моя Сайхо… не уходи! Не бросай меня!..

— Но это можешь сделать ты… — добавил ангел. Но Хокимару за рыданьями не расслышал его слов. Он лишь увидел, как в салоне микроавтобуса замаячил тусклый огонёк. Потом огонёк перешёл в неяркое свечение. И вот, прогоняя холодную тьму, в автобусе засиял яркий тёплый свет.

— Я здесь… — тихо произнесла Сайхо.

Хокимару, не в силах сдержать слёзы радости, закрыл глаза…

_____________

— Я здесь, дорогой…

Разомкнув мокрые от слёз веки, Хокимару увидел Сайхо.

— Любимый, ты звал меня? Я с тобой, — она, живая и красивая, сидела у его кровати. На фоне стен больничной палаты одетая в голубой медицинский халат Сайхо была похожа на врача.

— Ты доктор? — спросил Хокимару, будто увидел женщину из сна. Он всё ещё не мог поверить в то, что это уже не сон.

— Я твоя жена, — глядя на него глазами, полными слёз, почему-то улыбалась Сайхо. Он почувствовал тепло женских пальцев на своей руке.

— Что со мной? — взяв её пальцы в свою руку, тревожно спросил он.

— Всё в порядке, — продолжала улыбаться жена, а слёзы текли и текли по её щекам. — У тебя был инфаркт, но сейчас уже всё в порядке.

— А где книга?

— Какая книга?..

Хокимару ясно помнил всё, что произошло с ним: своё путешествие во времени, Михаила с Натальей, Глою, профессора Павлову, ангела… Неужели это был только сон? Такой яркий, кажущийся очень реалистичным, но только сон? Хокимару

осмотрелся: больничная палата была подозрительно знакомой. Вспомнив свой разговор в офисе с директором Агентства, после которого заболело сердце, он поинтересовался:

— А господин Тошита?.. — сразу же в левой стороне груди появилась и стала расти тяжесть. Словно почувствовав его состояние, Сайхо тихо, не пряча добрую материнскую улыбку, произнесла:

— Не волнуйся. Тошита справлялся о твоём здоровье. Тебя оставили в Агентстве. Мне сказал господин Ошива — он из правительства, недавно приехал из столицы, — что ты сразу можешь выходить на работу, как позволит состояние здоровья. И ещё, что тебя ожидает повышение. Господин Ошива очень хочет с тобой познакомиться…

Хокимару не верил тому, что слышал, но боль в груди стала отступать.

— Мне снился сон, будто я путешествовал во времени, — посмотрев в приоткрытую раму окна с островком высокого синего неба, сказал он. — Знаешь, Сайхо, когда я поправлюсь, мы с тобой обязательно поедем в Россию.

— Почему в Россию? — в мягких интонациях жены он уловил нотки недоумения.

— Потому что ты там не бывала. И ещё потому что это удивительная страна!

— Хорошо, любимый. И у меня есть новость… — Сайхо опустила взгляд. Её лицо осветилось счастьем. — У нас будет ребёнок…

Сердце застучало быстрее. Японец закрыл глаза, чтобы слёзы радости не залили подушку. Он нашёл её руку и несильно сжал в знак огромной благодарности.

— Поспи, любимый. Тебе нужен отдых. А я посижу рядом…

Хокимару снился прекрасный сон, в котором он на зелёной лужайке играл с кучей маленьких щенков на берегу неширокой чистой речки. Шустрые щенята лизали его руки и ласково покусывали их. Ему было легко и радостно, и это переполняющее чувство заставляло его смеяться, как ребёнка…

Эпилог

Хокимару поднялся на трибуну, подождал, когда стихнут последние аплодисменты, и с тёплой улыбкой оглядел притихший зал.

— Здравствуйте, господа! — начал он. — Я рад, что мне — скромному профессору из Японии — удалось приехать в Россию. Также я рад тому, что мне оказано доверие выступить перед студентами одного из престижнейших высших учебных заведений вашей страны. Жаль, что я не успел выучить русского языка, поэтому буду читать по-английски. Но мне сказали, что все здесь сидящие владеют английским в совершенстве. Это так?

Лёгкий гул пошёл по залу. На лицах студентов и преподавателей появились улыбки.

— Значит, меня правильно проинформировали! — с удовлетворением продолжил Хокимару. — Итак, эпиграфом к моему выступлению я хотел бы взять фразу: изменяя себя — ты изменяешь мир! Всё взаимосвязано в нашем с вами мире, друзья мои. Приведу пример из собственной жизни: долгое время у нас с супругой Сайхо не было детей. Мы прошли множество различных клиник — ничего не помогало. Однажды, в очень трудный для нашей семьи период, мы изменили себя. Точнее — свои взгляды на жизнь. Теперь у нас с Сайхо двое малюток: мальчик двух лет и девочка, которая родилась неделю назад! Поэтому сейчас рядом со мной нет жены, которая тоже хотела бы приехать в Россию. Но радости моей нет предела, и я хочу поделиться ей с вами!