Временщик
Шрифт:
– Может на такси?
– посмотрел я на суровых бабулек.
– Разговор длинный. Да и не для посторонних. Не хочу, чтобы водитель уши грел.
Может у Охотника было какое умение, а может просто он оказался везучим. Однако простояли мы всего пару минут, после чего подошел автобус. Одна из бабок засуетилась, но вторая ей важно сказала, что это не их номер. Поэтому в гордом одиночестве мы уселись на задней площадке. Сонная, внушительных размеров кондукторша проплыла к нам, как фрегат мимо утлых суденышек. Выдала билеты и отправилась к себе.
– Ругать будете?
– спросил я, смотря в окно.
– Согласен. Сглупил. Но ничего, уж я этого архалуса найду.
– Не найдешь. Залетный он. Когда мне этот зверолюд позвонил, я сразу в общину бросился. Только там уже никого. Хорошо, хоть Рис на месте была.
– Дядя Ко... Охотник, почему ты мне помогаешь? Только не надо вот говорить, что не хочешь привлекать лишнего внимания. В это я еще мог поверить вначале. Но потом все твои действия лишь противоречили словам. Такое ощущение, что ты сам лично заинтересован... во мне.
– И да, и нет...
– сосед так многозначительно замолчал, что я повернулся к нему.
– Он приходил ко мне. До всего этого.
– Кто приходил?
– напрягся я.
– Хорул. Отдал нож и зеркало. И... рассказал как все будет. Все.
– То есть, он сознательно пошел на смерть? Но для чего?
– Этого он не сказал. Думаю, это был приказ кого-то из их верхушки.
– Умереть?
– Это хорулы, - развел руками Охотник, - кто знает, что у них на уме. Если они это сделали, на то были очень веские причины.
– Получается, я часть чьего-то плана. Только не понимаю чьего. И никто до сих пор не появился и не сказал, что мне делать...
– я задумался.
– Кроме тебя. Ты сам вызвался помочь. Для чего? Что он тебе дал?
– Он рассказал, как я умру, - грустно улыбнулся Охотник.
– Чего?
– Ох, ладно, я тебе расскажу одну вещь. Ты слышал об Оракуле?
– Да, мои приятели что-то говорили о нем. Что в Отстойнике он только один и не принадлежит ни к одному Ордену.
– Это Игрок, точнее даже не совсем Игрок. Он бог. Но не Странствующий и не Оседлый. А самый странный, какого я видел.
– Почему?
– Он не стремится к власти или богатству. И мог бы жить в любом из миров. С его-то способностями. Но перебрался на окраину и уже много лет никуда не выбирается. Для разговора к нему может прийти любой Игрок. Но лишь один раз. И никто никогда не знает, что скажет Оракул. Так вот... я ходил к нему. Давно, когда был чуть старше тебя.
Я весь подобрался, обратившись в слух. Охотник вообще редко говорил. А такое, чего нельзя было услышать от других Игроков, и подавно.
– Тогда я был молод и самонадеян. Считал, себя самым лучшим Ищущим. Думал, что достоин пройти дорогой бога. Единственное, что меня страшило... смерть.
– И ты спросил его, когда умрешь?
– Нет, - улыбнулся и покачал головой сосед, - я спросил как.
– А что он?
– Ответил,
– Охотник задумался и словно в трансе произнес, - твоя смерть будет на руках твоего ученика. С тех пор прошло много лет. Очень много. Я стал тем, кем стал. И у меня никогда не было ученика...
Я даже дышать почти перестал, боясь сбить настрой соседа и получается... учителя. Ведь он и правда объяснял мне азы и тренировал по мере сил.
– Пока я не поговорил с ним, - закончил Охотник, - он все объяснил. Все. И я решил, что глупо бегать от судьбы.
– Что он рассказал?
– Миф про Персея и его деда Акрисия. О неизбежности, неотвратимости грядущего. У хорулов особые отношения со временем. Он рассказал каково твое предначертание. И я понял, что хорул прав.
– И каково мое предначертание?
– я аж вперед подался.
– А вот этого я сказать не могу. Иначе нарушу естественный ход времени. Я буду лишь делать то, что должен. И по возможности не позволять тебе умереть раньше времени. Пойдем, следующая остановка наша.
Кстати, я и не заметил, как быстро мы добрались. Конечно, утро, пробок и заторов нет. Да и разговор вышел, мягко говоря, очень уж занимательным. Однако больше Охотник не сказал ни слова. Чувствую, теперь он месяц отмалчиваться будет. Мы добрались до дома и уже возле него сосед остановил меня.
– Пойдешь через пару минут. Чтобы никто из обывателей не видел. На жену я Забвение применил. Очень нехорошее заклинание, но делать нечего. И, кстати, не забудь, сегодня еще тренировка.
Я посмотрел на часы и застонал. Даже поспать не выйдет. Несколько часов дремы для уставшего организма - просто издевательство. Потом я вовсе не встану, да и весь день буду, как пришибленный.
Подождал немного и побрел к себе. Чего Охотник боялся? Во дворе никого. Лишь одна машина заведена, да и то дистанционно - да здравствует всеблагое автозажигание. Поднялся к себе, открыл дверь, включил свет.
– Живой, - выдохнул Лапоть, разглядывая меня, - с плащом что?
– За тетеньками голыми из кустов подглядывал. А они меня заметили. На силу отбился.
– Смешно, - с суровым видом заключил домовой, - юморист прям. Давай, хозяин, снимай его. Тетеньки, видимо, очень сердитые были. Тут и поддевка... о, и свитер распорол. Все снимай.
Я и не стал сопротивляться. Скинул поврежденную одежду и побрел в ванную. Сначала с удовольствием стоял под душем, смывая пургаторскую пыль, а после почистил ванну и поставил набираться. Вернулся к Лаптю, корпящему над плащом, забрал телефон из кармана. Мать моя, тринадцать пропущенных. Два действительно от матери моей. И одиннадцать от Юли.
Маме написал длинное смс-письмо, что все у меня хорошо, лапы не ломит и вообще лохматость повышенная. Телефон барахлит, поэтому звонки то проходят, то нет. Дежурным "со мной все норм" тут не отделаешься. Уж это мы проходили.