Время барса
Шрифт:
Водитель вздохнул:
— Не пойму я чтой-то…
— Что именно?
— У вас душегубов полон автобус, а вы меня обхаживаете-уговариваете, чтобы я Жоржика завалил… А он востер.
— Боишься?
— И это тоже, а больше — понять хочу. Ведь то ли я Жоржика укокошу, то ли он меня ухайдокает — это еще бабушка надвое сказала, а у вас — весь расклад на руках. Зачем я вам? Не пойму.
— И все же — ты боишься!
— Не боятся только мертвяки. Им уже все равно.
— Жоржик умеет
— Ну. Как мясорубка.
— Другого убийцу он почуять должен?
— Меня, что ли?
— Не наговаривай на себя, Мишаня! Ты мужик! А он профессионал. Это я для него опасность, понял, я! Ты — так, овца.
— И — что?
— Подойдешь к нему, а дальше — как повезет. Не штурмовать же нам пансионат «Мирный», в самом деле!
— Что-то я в толк не возьму.
— Слушай, Мишаня… Это тебе объяснять совсем ни к чему, но ты уж поверь мне на слово… Ричард, Вик Викыч ваш, мужик сторожкий был?
— Ну… вообще-то… да.
— Как и большинство преуспевающих людей, в смерть свою он просто не верил… Не возражай, люди вообще не склонны верить в свою смерть, в близкую — тем более. И на то, что я его завалю эдак влегкую, Ричард не рассчитывал. — Глостер хохотнул возбужденно. — Но поостерегся, я так себе думаю… И что там он умудрил со своим Жоржиком, какой финт на случай? Скажем, если бы я его, сирого, не к праотцам переправил, а заарканил? Повязал? Думал он над тем, как полагаешь?
— Мог.
— Во-о-от. И инструкции, надо полагать, на сей гамбургский счет своему верному джульбарсу оставил. Вывод: ломиться в запертые ворота мы не станем. Ты подъедешь один, тихонечко, я тебя самолично подстрахую…
Мишаня странно, даже слегка ошалело глядел на Глостера, но тот взгляд не заметил вовсе, продолжал увлеченно:
— Архаровцы мои на въезде подождут. Меня, полагаю, люди Жоржика крепко пасти будут, тебя — вряд ли. Свой все-таки. Вот и действуй. Уразумел рекогносцировку?
— Чего?
— Замочишь Жоржика?
— А то. — Водитель помялся, спросил не очень уверенно:
— А что это за штучка у вас… босс?
— Какая штучка? — На «босса» Глостер никак не отреагировал.
— Ну та, которой вы Виктора Викторовича и Эдика ущучили.
— Шокер. Такую хочешь?
— А чего? Вещь хорошая.
— Бесспорно. Но пользоваться ею нужно уметь. А то сейчас ты неумеючи да в суматохе не на ту пимпочку тиснешь, и — «товарищ, я вахту не в силах стоять, сказал кочегар кочегару…». И шоком ты не обойдешься, как видишь, у меня сплошь летальный исход запланирован. Без обид?
— Да какие обиды.
— Вот и славно. Будь попроще, и люди к тебе потянутся. — Глостер снова хохотнул, чувствуя странное возбуждение… Кое-как справился с накатывающим откуда-то изнутри судорожным весельем, чем-то
— Шпалер у тебя имеется?
— Пистолет?
— Да.
— Нету.
— Чего?
— Не обучен.
— Да неужели?
— Не, шмальнуть, конечно, могу. Только Жоржиковы атлеты на пальбу сбегутся, башку вмиг отвернут. Тесаком сподручнее. И шуму меньше.
— Зато кровищи…
— Это если неумеючи.
— А если умеючи?
— Тогда — не тесаком нужно. Заточкой. Ею — вообще аккуратно. Это если прямо в сердце.
— Хозяин барин.
Глостер прищурился, едва заметная гримаска скривила его губы. Он поднес к уху сотовый, набрал несколько цифр:
— Лаэрт?
— Да.
— Что у тебя?
— Пейзажем любуемся, как и мечталось.
— С «таможней договорился»?
— С людьми Ричарда?
— Да.
— Они все поняли правильно. Даже предупредили: есть там у них один… как бы это сказать помягче…
— Наслышан. Жоржик. Друг и соратник покойного. Вот его-то мы с Мишаней и будем убирать. В смысле — аннигилировать. — Глостер и на этот раз едва подавил в себе приступ несвоевременной дурашливости и смешливости. — Мы поедем вперед, вы — следом. Стопорнетесь вне пределов видимости из пансионата.
— Это далеко. Если вам понадобится помощь, мы не сможем оперативно…
— Не берите в голову, Лаэрт, — довольно невежливо оборвал его Глостер. — Мы справимся. И вот еще что: мы тут сбросим вам пару жмуров, вы уж позаботтесь о них.
— Оживить?
— Ха-ха-ха… Вы начали шутить, Лаэрт? Шутки со смертью — хороший признак.
Очень хороший, — произнес он тем же игривым тоном и закончил совершенно серьезно, без малейшего намека на улыбку:
— Но не для всех.
Глава 48
Глостер сделал короткую паузу, словно собираясь с мыслями, приказал:
— Трупы просто упакуйте по-быстрому: возиться очень уж недосуг. Полагаю, этот Жоржик уже беспокоится.
— Ричард назначал контрольное время прибытия?
— Вполне мог. Он, конечно, на этом райском пляже полностью разболтался, но… профессионализм вещь привязчивая, как наркотик. Да, и еще… Ведите себя пристойно. Судя по всему, власти пока не вполне в курсе наших ристалищ, но любезный Ричард успел наворочать дел, а мне совсем не нужно громких стрельб в пансионате «Мирный» белым днем в разгар курортного сезона. Это грубо и непрофессионально. Конец связи.
Глостер откинулся на спинку кресла, закурил:
— Мишаня, автобус мы обходим, идем первым номером. Трупы бросим на обочине. Не графья, подберут.