Время прощать
Шрифт:
Бедный отец не мог долго смотреть кому-либо в лицо, поэтому уставился на собственные колени, сложив подушечки пальцев и тихонько постукивая ими друг о друга, будто медитировал.
– Мы получили очень славное письмо от Летти Лэнг, – произнес он наконец. – Его передал шериф Уоллс, который, должен признать, прекрасно проявил себя. Он сказал, что вы с ним друзья.
Джейк кивнул, но промолчал.
– Письмо очень сердечное, – продолжил Джефф, – в нем выражается чувство искреннего горя и вины от имени всей семьи. Это много значит для Ивлин и для меня. Видно, что Летти – добрая христианка, которая
– Непременно.
Джефф снова вперил взгляд в колени, продолжая постукивать пальцами и медленно дыша, словно даже процесс дыхания причинял ему боль.
– Я хочу, чтобы вы еще кое-что сказали им, Джейк, если можно. Мы хотим передать через вас Летти, ее родным и даже ее мужу.
Конечно. Все что угодно. Чего только не сделал бы Джейк для убитого горем отца!
– Джейк, вы христианин?
– Да. Иногда, быть может, не слишком ревностный, но стараюсь.
– Я так и думал. В шестой главе Евангелия от Луки Иисус учит тому, сколь важно уметь прощать. Он знает, что для нас, людей, естественно жаждать мести, отвечать ударом на удар, проклинать тех, кто заставляет нас страдать, но это неправильно. Мы должны прощать, всегда. Поэтому я хочу, чтобы вы сказали Летти и ее родным, и особенно ее мужу, что мы с Ивлин прощаем Симеона. Мы молились, чтобы Бог даровал нам способность простить, мы провели много времени с нашим духовником и поняли, что не сможем жить дальше с ненавистью и злобой в сердце. Мы прощаем его, Джейк. Вы передадите им это?
От потрясения Джейк даже не смог сразу ответить. Он чувствовал, как у него медленно отвисает челюсть, и, не веря своим ушам, смотрел на Джеффа Ростона широко открытыми глазами. Несколько секунд он не мог взять себя в руки. Как можно простить пьяницу, который убил двух твоих сыновей всего каких-то семьдесят два часа назад? Он подумал о Ханне и представил себе невозможное: она – в гробу. Да он бы выл во весь голос, жаждая кровавого возмездия.
Наконец он заставил себя кивнуть:
– Да, конечно, я передам.
– Завтра, когда мы будем хоронить Кайла и Бо, когда будем навсегда прощаться с ними, мы сделаем это с чистой любовью и прощением. В наших сердцах нет места для ненависти, Джейк.
Джейк тяжело сглотнул.
– Та чернокожая девушка, что вас встретила, – дочь Летти. И Симеона тоже. Она у меня работает. Почему бы вам не сказать это ей самой?
Без единого слова Джефф Ростон встал и направился к двери. Открыв ее, вошел в приемную. Джейк следовал за ним.
– Значит, вы – дочь Симеона Лэнга? – спросил Джефф.
Порция едва не лишилась чувств. Тем не менее, медленно встав, она посмотрела прямо ему в глаза.
– Да, сэр.
– Ваша мать прислала нам очень трогательное письмо. Пожалуйста, поблагодарите ее.
– Спасибо, сэр, обязательно, – нервно произнесла Порция.
– И пожалуйста, передайте вашему отцу, что мы с моей женой Ивлин прощаем его за то, что случилось.
Порция прикрыла рот ладонью, ее глаза наполнились слезами. Ростон сделал шаг ей навстречу и мягко обнял. Потом резко отступил.
– Мы прощаем его. – Джефф вышел, не произнеся больше ни звука.
Еще долго после его ухода они стояли, в ошеломлении глядя на дверь и потеряв дар речи.
– Давайте
31
Попытки дисредитации силы рукописного завещания Сета Хаббарда продолжались до воскресного утра, хотя Джейк и его помощники ничего об этом не знали. Рэндал Клэпп мотался по городу Дилвину, на самом юге штата Джорджия, милях в шести от границы с Флоридой, вынюхивая информацию, пока наконец не нашел черную женщину, которую разыскивал уже неделю. Ее звали Джулина Кидд, тридцати девяти лет, разведенная, мать двоих детей.
Пятью годами раньше Джулина работала на большой мебельной фабрике возле Томасвилля, Джорджия. Она была штатной конторской служащей, зарабатывала пятнадцать тысяч в год и в один прекрасный день с удивлением услышала, что компания продана анонимной корпорации с представительством в Алабаме. Вскоре после этого к ним приехал познакомиться новый владелец, некий мистер Хаббард.
Месяц спустя Джулину уволили. А через неделю после этого она подала иск о сексуальном домогательстве и нарушении закона о равной занятости. Иск был отклонен через три недели после подачи. Адвокат Джулины Кидд в Валдосте не пожелал обсуждать это дело с Клэппом, заявил, что потерял всякую связь с Джулиной и понятия не имеет, где она.
Когда Клэпп разыскал ее, она жила в социальной квартире с двумя детьми-подростками и младшей сестрой, работала неполный день у нефтяного маклера. Поначалу женщина не проявила желания беседовать с незнакомым белым мужчиной. Однако Клэпп недаром слыл мастером выуживать информацию, ведь именно этим он зарабатывал на жизнь. Он предложил ей двести долларов наличными плюс угостил ленчем, чтобы Джулина уделила ему час времени и дала прямые ответы на его вопросы.
Они встретились в кафе на стоянке дальнобойных фур. Заказали запеченных цыплят – местное фирменное блюдо. Клэпп, пламенный расист, которого никогда не привлекали черные женщины, изо всех сил старался контролировать себя.
Его собеседница была красоткой: прекрасная темная кожа с кремоватым отливом, пронзительный взгляд карих глаз, типично африканские высокие скулы, идеальные зубы, приоткрывающиеся в соблазнительной легкой улыбке. Женщина была сдержанна, и брови ее постоянно приподнимались, словно каждое его слово казалось ей подозрительным.
Он старался выдать ей как можно меньше информации, по крайней мере сначала. Сказал, что участвует в тяжбе неких сильных мира сего против Сета Хаббарда и знает, что между ними были отношения. Да, он копает в поисках грязи.
Грязь у нее имелась. Сет влюбился в нее, как восемнадцатилетний матрос, сошедший в увольнение на берег. В то время ей было тридцать четыре, и ее скандальный бракоразводный процесс находился в завершающей стадии.
Слабая, напуганная, она тревожилась о своем будущем и не проявила интереса к шестидесятишестилетнему белому мужчине, невзирая на богатство, тем более что пахло от него, как из пепельницы. Но тот был настойчив и много времени проводил на томасвилльской фабрике. Он существенно повысил ее в должности и пересадил поближе к своему кабинету. Выгнав прежнюю секретаршу, назначил Джулину своим «исполнительным референтом». Она не умела печатать.