Шрифт:
Предисловие — Пасарка
Аще будет некоему человеку сто овец, и заблудит едина от них:
не оставит ли девятьдесят и девять в горах и шед ищет заблуждшия?
Евангелие от Матфея, [18:12]
Солнце начинало клониться к закату. Долгий рабочий день подходил к концу, и в пору было запрыгать от радости — ведь заканчивались пятые сутки труда в Загонах, а значит, сегодня хозяин должен был выплатить Синь всю причитающуюся зарплату. Много — не много, но всё же достаточно неплохой довесок к «карманным расходам», что выделяли родители юной драконочке с шёрсткой цвета грозовой тучи и необычайно глубокими
В меру прыткая, ловкая и знающая, она прекрасно подходила на кандидатуру пасаря — смотрительницы стада дилов, что паслись на специально огороженном участке. В обязанности Сини входило несколько пунктов: приглядывать за стадом, чтобы животные никуда не убежали, не перепрыгнули через изгородь и не помчались каким-нибудь хищникам в пасть; отгонять этих самых хищников, чтобы никто не мешал дилам набирать массу и жир; а также приглядывать за тем, чтобы на собственность Загонов не покусились какие-нибудь охочие за вкусным и бесплатным мясом. Вообще-то таковых почти не находилось, разве что молодые и наглые раз или пару раз в месяц совались на территорию Загонов, обычно, когда животные мирно паслись и совершенно не ожидали нападения. Вот тогда-то Сини и приходилось проявить свои способности к разгону тех самых наглецов, кого-то выпроваживая словами, а кого-то — с переломанными костями. Бить драконица умела сильно, и то, что часто набеги совершали либо её сверстники, либо даже младшие драконы, самочку не останавливало. Надо вам — идите и охотьтесь. Или заработайте на нормальный кусок мяса, свой, честно купленный, и не зарьтесь на чужое!
К гордости Сини, из своего стада в пятнадцать взрослых и пять молодых голов она не потеряла никого. Зная каждое животное наперечёт, способная даже в темноте отличить одного от другого, Синь внимательно присматривала за каждым и была готова защитить их от любой опасности… Ну, любой, с которой могла бы справиться сама. От других стадо полагалось уводить на территорию Загонов, где уже взрослые и сильные драконы позаботятся о сохранности вкусного товара, отправляемого потом на рынок в столицу Нашара, Утгард.
В очередной раз за последний час поднявшись в воздух, Синь пролетела над дилами, разглядывая их с высоты и пересчитывая. Животные, разбредшиеся по всему пастбищу, продолжали мирно щипать траву, уже привыкнув к парящей над ними крылатой тени, которая наводит такой ужас на их свободных собратьев, что те немедленно обращаются в бегство, едва завидев дракона. Пересчитывать их было несложно — Синь просто поднялась повыше и, оглядывая скопление копытных, собиралась загонять их на сон. И всё бы ничего, если бы зрение не пошутило над драконицей — ей показалось, что внизу пасётся лишь девятнадцать животных.
Охваченная сомнениями, пасарь опустилась пониже и на бреющем полёте вновь сосчитала дилов. Девятнадцать! Пятнадцать взрослых и четверо детёнышей — странно… Ещё отгоняя мысли о самом худшем — краже или побеге — драконочка стала обретать загон по периметру, осматриваясь в поисках пропавшего. Недоставало некрупного жеребца, ещё не успевшего набрать вес на жеребятину, но вполне способного стать достойным ужином через пару лет. И где он? Синь не могла понять, как он исчез — вроде бы и чужих она не заметила, и убежать он не мог, за периметром она смотрела внимательно. Совершенно растерявшись, она опустилась на землю и повертела головой. Ну не мог же он раствориться, так просто и так внезапно!
Оставлять стадо без присмотра было нельзя, но и загонять всех сейчас — значит, выдать себя, и даже если пропажу потом найдут, навряд ли хозяин извинится перед ней и заплатит за работу. Нет уж, придётся рискнуть: для начала криком отогнав дилов от изгороди вглубь территории Загонов. Теперь, надеясь, что в её отсутствие никто чужой к стаду не заглянет, Синь стала старательно распутывать следы копыт… Что было абсолютно глупой идеей, потому что этих
След, сияя над травкой, привёл её к краю заборчика, так что всё походило на то, что дил всё же перемахнул через изгородь. Как и почему — этого уже не узнать, но сам факт прыжка самочку всё же обрадовал — значит, не сожрали, значит, можно вернуть. Бросив взгляд на стадо и убедившись, что копытные уже отбежали достаточно далеко, драконочка распахнула пернатые крылья и полетела на поиски.
Вообще-то заниматься скотоводством в Нашаре — работа не для всех. То навы нападут, то опять же, свои собственные потенциальные покупатели какую-нибудь подлянку устроят, украдут, утащат, сразу ногу оттяпают! Прецеденты были… Но Синь не беспокоилась насчёт того, справится ли она с собратьями, а навы к Загонам не сунутся, здесь подают дилов к столу самой Джетет — не дождётся сар-волод дила, прикажет сварить Кьлеменетота, а «сар-нав» рисковать хорошим отношением с рыжей властительницей Нашара не станет. Между навами и драконами наконец-то установился шаткий мир, а как известно, плохой мир всегда лучше хорошей войны. Нет, это точно кто-то из своих! Р-р-р! Ну, не поздоровится тому, кто пробует оставить Синь без зарплаты!
Прищурившись, чтобы лучше видеть энергию, и напав на след, Синь поспешила по нему, летя в размахе над землёй. Скорость её полёта была достаточно высока — вскоре Загоны остались позади, а Синь подлетела к территории густого леса. Аура дила стала ещё отчётливее — багровые отблески страха не погасли до сих пор. Эх, если сейчас дила сожрали, денег она не получит… Но и похитителя проучит до такой степени, что мало не покажется! Всю шерсть выдерет, всю чешую по одной чешуйке оторвёт у врага! В том, что похититель не зверь, а дракон, сомнений не было, только драконы могут скрывать следы своей ауры, а была видна лишь энергия дила. И с каждым мигом всё отчётливее, даже когда Синь перешла на все четыре лапы и прошла между стволов старых деревьев. Живое сияние леса не смогло заглушить дорожку потерянной от испуга праны.
Соблюдая тишину и осторожность, стараясь не выдавать себя ни шелестом подлеска, на который опускались её лапы, ни треском-шумом веток, которые она задевала своим телом, Синь продвигалась всё дальше. Уши её стояли настороженно, улавливая малейший звук и одновременно отсеивая всё тот же шорох листвы и пение птиц, которое могло заглушить собой более важные звуки. Всё тело напряглось, древние инстинкты заставляли её быть готовой кинуться на любого противника, который только возникнет в поле её зрения, или же обратиться в бегство, при условии, что противник окажется ей не по силам. Сощурившись, она могла увидеть малейшую тень, после чего владельцу этой тени не поздоровилось бы! И её внимание в конце концов было вознаграждено, потому что тут Синь ощутила запах дыма. Костёр… А зачем разводить костёр в этом навами забытом месте? Навряд ли какая-нибудь семья отправилась на отдых вне дома или одинокий путник решил развести огонь, скорее всего, кто-то предпочёл разнообразить свой ужин поджаренным мясом. Несмотря на то, что ей, может быть, следовало поспешить, Синь ещё больше замедлила своё передвижение и стала подкрадываться к противнику…
Которым оказался кракалевн.
Синь испуганно прижалась к земле, смотря на аборигена Нашара, представителя вида, жившего здесь до прилёта драконов. Драконоподобное насекомое, смахивающее на богомола, сидело у огня, скрежеща проводя клешнями по яркому красному камню. Дил со стянутыми копытами валялся рядом, невидящие глаза смотрели в небо, на лесной подстилке лужей застыла кровь, вытекшая из его разорванного горла. Рана была такой глубокой, что голова оказалась почти оторванной, вися лишь на лоскутах кожи. Кракалевн же пока не преступил к трапезе, лишь готовился к ней.