Время убивать

Блок Лоуренс

— Ты имеешь в виду своего мужа?

Она кивнула.

— Он не долго думая решил, что я роскошь, от которой ему лучше избавиться. Он разводится со мной. И я даже не буду получать от него алименты, потому что, стоит мне об этом заикнуться, он уж придумает, как мне насолить. И это не пустая угроза. А сколько дерьма вывалили на меня газеты?!

— Я не читал газет.

— Значит, пропустил кое-что интересненькое. — Она затянулась и выпустила колечко дыма. — Я вижу, ты пьешь в заведениях

любого разряда. Я заглянула к тебе в гостиницу, но тебя не оказалось в номере. Тогда я сходила в «Клетку попугая», и мне сказали, что ты чаще всего бываешь здесь. Не могу понять, почему?

— Мне тут нравится.

Она наклонила голову, внимательно меня разглядывая.

— Знаешь, и мне тоже. Закажешь мне выпить?

— Конечно.

Я поманил Ларри, и она попросила бокал вина.

— Надеюсь, оно не будет слишком мерзким, — сказала она. — Но, во всяком случае, бармен не подмешает туда какой-нибудь дряни. — Когда Ларри принес заказ, она подняла бокал и, глядя на нее, я сделал то же самое. — Желаю счастья.

— И я тоже желаю тебе счастья, — сказал я.

— Я не хотела, чтобы он убивал тебя, Мэт.

— Я тоже этого не хотел.

— Я говорю серьезно. Мне только требовалось время. Я непременно сама уладила бы все — так или иначе. И я не просила помощи у Джонни. Да я и не знала, где он. Он сам позвонил мне, когда вышел из тюрьмы. Просил, чтобы я послала ему немного денег. Я иногда помогала, когда ему приходилось туго. У меня была нечиста совесть, потому что я выступала свидетельницей обвинения по его делу, хотя он сам просил меня об этом. Но, разговаривая с ним по телефону, я не могла не пожаловаться, что нахожусь в трудном положении. Это и было моей ошибкой. Я боялась его больше, чем кого бы то ни было.

— Он имел над тобой какую-то власть?

— Да, всегда. Почему — я и сама не знаю.

— Зачем ты вывела его на меня в тот вечер, в «Клетке попугая»?

— Он просто хотел взглянуть на тебя.

— Ну что ж, это ему удалось… Затем мы договорились, что встретимся с тобой в среду. Знаешь, а ведь тогда я хотел тебе сказать, что ты свободна от подозрений. Я думал, что уже вышел на убийцу, и хотел сообщить тебе о прекращении шантажа. А ты отложила нашу встречу и послала его ко мне…

— Он должен был только поговорить с тобой. Припугнуть тебя, помочь мне выиграть время — вот и все.

— Но он-то смотрел на это по-другому. А ты наверняка догадывалась, что он попытается убить меня.

Она замялась, медля с ответом. Плечи ее поникли.

— Я догадывалась, что это может случиться. В нем было… что-то дикое. — Ее лицо вдруг просветлело, в глазах заплясали огоньки. — Думаю, ты оказал мне важную услугу. Я чувствую большое облегчение

оттого, что он навсегда ушел из моей жизни.

— Это не просто облегчение, а спасение.

— Что ты хочешь сказать?

— Я хочу сказать, что у него был очень веский мотив, чтобы меня убить. Это только предположение, но я редко ошибаюсь. Ты хотела оттянуть выплату денег мне до того времени, когда у тебя появятся собственные средства. А это могло произойти лишь после того, как твой муж войдет во владение своей долей наследства. Но Лундгрен не желал, чтобы я путался у него под ногами. В отношении тебя у него были особые планы.

— Что ты имеешь в виду?

— Не догадываешься? Предлагал он тебе развестись с мужем, когда тот получит деньги?

— Откуда ты знаешь?

— Это просто предположение. Но я примерно представляю себе, как бы он поступил потом. Он хотел заграбастать все. Подождал бы, пока твой муж получит свою долю наследства, а затем вступил бы в игру, и ты оказалась бы очень богатой вдовой.

— О Боже!

— Вскоре ты снова вышла бы замуж и стала бы называться Беверли Лундгрен. Сколько, ты полагаешь, прошло бы времени, прежде чем он опять бы взялся за нож?

— Боже!

— Разумеется, это не больше чем предположение.

— Нет. — Она вздрогнула, и ее лицо вдруг утратило весь светский лоск — она вновь стала той девушкой, какой была много лет назад. — Именно так бы он и поступил. Это не просто предположение. Все произошло бы именно так.

— Еще вина?

— Нет. — Она прикрыла ладонью мою руку. — Я была в бешенстве, ведь ты перевернул всю мою жизнь! Но, может, ты сделал не только это. А еще и спас меня.

— Этого мы никогда не узнаем.

— Нет. — Она докурила сигарету и сказала: — Ну, так куда теперь мне идти? Я уже привыкла вести светскую жизнь, Мэт. Мне даже кажется, что я делала это не без некоторого блеска.

— Да, верно.

— И теперь я снова сама должна зарабатывать на жизнь.

— Что-нибудь придумаешь, Беверли.

Ее глаза сверкнули.

— А ты заметил, что впервые назвал меня по имени? — спросила она.

— Заметил.

Некоторое время мы сидели, глядя друг на друга. Она достала сигарету, но тут же передумала и убрала ее.

— И что теперь? — сказала она.

— Вроде ничего.

— Я думала, что ты совершенно равнодушен ко мне. Стала даже опасаться, что теряю привлекательность. Куда мы могли бы пойти? Боюсь, что у меня нет теперь дома, который я могла бы назвать своим.

— Зато у нас есть номер в гостинице.

— Ты водишь меня по всяким затрапезным местам, — улыбнулась она. Встала и взяла сумочку. — Ну что ж, пойдем. Прямо сейчас.