Шрифт:
Глава 1
ЛЮБИМЫЙ УХОДИТ? ПРИЗНАКИ БЛИЗКОГО РАЗРЫВА.
Увидев броский заголовок на обложке журнала, Эми почувствовала комок в горле. Жаль, что эту статью с дельными советами не напечатали несколько месяцев назад. Может быть, она бы и поняла, что происходит со Стивом.
Они прожили пять лет вместе, и никто из них не заговаривал о браке. Стив всегда говорил, что свободные люди не должны связывать себя.
Свободные люди! Эми теперь абсолютно свободна! Только радости от этой свободы нет. А свобода выбора для Стива — женитьба на блондинке,
И вот теперь она страдает от жесточайшего приступа хандры. Снова одна, а ведь ей двадцать восемь! В таком возрасте трудно найти свободного мужчину, тем более такого, который стоил бы того, чтобы его находили.
Эми шла на работу, не замечая красоты сиднейской гавани, погрузившись в свои мрачные мысли. Стив ушел от нее ради тридцатитрехлетней блондинки, которая забеременела, по мнению Эми, чтобы привязать его к себе брачными узами. День свадьбы уже был назначен. «Сейчас канун Рождества. Что ж, счастливого им Нового года», — горько подумала Эми, не видя впереди для себя ничего, кроме длинной череды одиноких, тоскливых дней. Она чувствовала себя слабой, опустошенной и потерянной в мире, который стал для нее внезапно таким холодным и враждебным. Слезы подступили к глазам, и когда она, толкнув стеклянную дверь, вошла в вестибюль, то почувствовала, что ей сейчас срочно необходимо найти тихий уголок, где она смогла бы прийти в себя и справиться с едва удерживаемой внутри волной горя.
— Привет, босс уже на месте? — обратилась она к Кейт Брэдли, стараясь не глядеть на нее, потому что к глазам подступали слезы.
— Нет еще, — ответила секретарь, — не иначе как что-то его задержало.
Джейк был ранней пташкой. Он всегда оказывался в офисе раньше Эми. Она обрадовалась, что сегодня он опаздывает и у нее есть время, чтобы собраться и взять себя в руки до того, как она предстанет перед его янтарными волчьими глазами, от которых ничто не ускользает!
Она стояла в ожидании лифта, когда услышала голос Кейт.
— Хорошо провела время на выходных?
Эми буркнула в ответ:
— Нет. Полный швах.
— Не расстраивайся, раз хуже быть уже не может, теперь все будет только лучше, — утешила ее Кейт.
— Хочется надеяться, — пробормотала Эми. Двери лифта распахнулись. Эми взяла себя в руки. Ни в коем случае нельзя выглядеть несчастной! Она, личная помощница Джейка Картера, всегда должна быть верхом совершенства, чтобы соответствовать имиджу компании. Фирма «Голубая даль» предоставляла услуги самым богатым людям, которые терпеть не могли небрежности. Они хотели получать все только самое лучшее. Джейк постоянно вдалбливал это своим сотрудникам.
Эми работала с ним бок о бок целых два года, она очень хорошо знала его. Ничто не могло от него укрыться. Вот уж, действительно, первоклассный предприниматель, всегда докапывающийся до любой мелочи.
Он был холост, но для любой женщины рассчитывать с ним на что-то большее, чем короткая интрижка, не приходилось. Она сама чувствовала порой, как ее неудержимо влечет к нему, но случайные отношения ее не привлекали.
Джейка же интересовали не отношения с женщинами, а новизна ощущений. Эми видела, что Джейк быстро терял интерес к любой женщине. Его
Все они имели одну общую черту. Каждая из них была сногсшибательно красива и при этом всегда выражала готовность прибежать по первому зову Джейка Картера. Ему не приходилось ни за кем охотиться. Ему оставалось только выбирать.
Распутник Джейк. Так Эми тайно называла его про себя. Она довольно быстро сообразила, что для нее самое главное в работе — это держать непроницаемый барьер между собой и своим неотразимым боссом. Пусть другие женщины становятся жертвами его невозможной, звериной притягательности. У нее есть Стив. А теперь его нет.
Она готова была заплакать. Что Стиву могло не понравиться в ней?
С внешностью у нее все в порядке, настойчиво убеждала себя Эми. Иначе Джейк Картер ни за что бы не нанял ее. Его клиенты рассчитывали на все самое шикарное. Ведь они покупали или арендовали самые роскошные яхты и самолеты. Да, в «Голубой дали» исполняли любые их капризы, хотя и деньги за это драли неимоверные. Поэтому Джейк всегда следил за тем, чтобы персонал его фирмы так же радовал глаз клиента, как и все, связанное с его бизнесом. Имидж, твердил он, ничуть не менее важен, чем добросовестное выполнение заказов клиентов.
Но при этом Эми почти не сомневалась, что себе самому он нравится больше, чем кому-нибудь другому. Он не скрывал удовольствия, когда видел силу своей неотразимости на противоположный пол.
Эми заставляла себя не думать больше о Стиве и его беременной невесте, а сосредоточиться на работе, чтобы быть в состоянии выполнить с обычной энергией любую задачу, которые ее шеф был мастер подкидывать. Это единственный способ спрятать свою сердечную боль, избежать нежелательного внимания с его стороны.
Эми включила компьютер, вошла в Интернет и начала просматривать документы, которые пришли по электронной почте за эти выходные.
Она распечатывала почту для Джейка, когда услышала предупреждающее шипение открывающихся дверей лифта в коридоре, ведущем к приемной. Эми напряглась, продумывая защитную тактику.
Она решила после короткого приветствия сразу вовлечь его в обсуждение писем, пришедших с почтой. Чем быстрее они окунутся в работу, тем лучше.
Вся беда была в том, что у Джейка была привычка после выходных задавать ей не относящиеся к работе вопросы. Но сегодня она так надеялась этого избежать! О прошедших выходных горько было даже думать, не говоря уж об обсуждении их с кем-либо! А тем более с Джейком Картером!
Он был очень любопытен. Если его что-нибудь заинтересует, то выпотрошит человека и обязательно докопается до самой сути. Ум этого человека был остр, как бритва.
Эми не отрывала взгляда от принтера, стараясь скрыть малейшие признаки своей уязвимости перед мощной волной опасной привлекательности своего шефа.
Мало кто мог устоять перед мужественной силой Джейка, в сочетании с обаятельнейшей улыбкой, которая подчеркивала чувственные, дразнящие очертания губ, мерцающий огонек в умных глазах с янтарным блеском. Седина в волне темных вьющихся волос производила впечатление уверенной зрелости. Джейку было тридцать четыре года.