Всё для тебя
Шрифт:
Восхищенный Эдуард, под видом неизвестного художника, тайно передал для Анны ее портрет, написанный маслом на большом холсте и заключенный в золоченую раму.
Они долго смеялись, когда тайна раскрылась.
— Это и есть портрет сказочной женщины? — поинтересовалась Анна.
— Нет, — ответил художник. — Это женщина сказочная, но здесь она не во всей своей красе.
Анна повесила портрет над своей тахтой.
Ревность Бориса накалилась до предела.
Как-то позвонили
«Опять отвечать на вопросы для разных газет, — подумала она, отложив в сторону книгу. — Только захочешь отдохнуть, как тебя тут же начинают искать».
Однако ничего не оставалось делать. Несмотря на усталость, певица оделась и пошла в театр.
Фойе театра было заполнено людьми с фотоаппаратами и видеокамерами.
Несколько корреспондентов взяли у нее интервью. Когда разговор с ними был окончен, к Анне подошел невысокий сухощавый мужчина и девушка-переводчица.
— Я восхищен синьорой Анной, — перевела она с итальянского. — Мы предлагаем вам контракт для работы в «Ла Скала» с выдающимися мастерами сцены.
Анна не ожидала такого предложения.
«Об этом я даже и не мечтала! Нет, конечно же, я хотела, но никогда не признавалась в этом никому, даже себе!»
— Я польщена, — ответила Анна. — И с радостью принимаю ваше предложение.
— Отъезд намечен на конец февраля, — перевела девушка, когда итальянец целовал Анне руку.
«Остается месяц. За это время я должна подтянуть итальянский, чтобы как-то общаться с артистами.
А как же Эдуард? Его не будет со мной! Как я буду по нему скучать! — при мысли о разлуке с Эдуардом, Анна чуть не заплакала. — Он неотделим от моей карьеры. Я не могу жить без него!»
Матильда не уставала рассказывать о своем племяннике. На всех приемах она твердила о каком-то сказочном портрете, который будет куплен у Эдуарда за бешеную цену, но который еще не написан.
— Для этого нужна непревзойденная красавица лицом и телом, — уведомляла она всех гулким басом.
И число таких красавиц росло.
Фотографии сыпались на стол Матильды одна за другой.
— Я должна помочь своему племяннику выбрать самую достойную! — беспокоилась тетушка.
Катерина не могла упустить такого случая. Она в различных позах, нарядах и просто обнаженная — вышла в настоящий тираж. Ее изображения подавляли числом. На предстоящем «четверге» она решила во что бы то ни стало завоевать расположение известного художника.
В назначенное время, как всегда, в доме Матильды собралась самая изысканная публика.
Разодетые балерины и актрисы, каждая из которых лелеяла мечту быть запечатленной
Анна не хотела навязывать свой образ Эдуарду, однако среди присутствующих она выделялась особенной красотой. Узкое черное платье с глубоким разрезом, доходящим до самого бедра и оголяющим стройную ногу, облегало ее фигуру.
Мужчины обращали внимание на грациозность ее походки: «Тебе, Анюта, корону на голове надо носить!» — восхищались одни. «Это — женщина-мечта!» — вздыхали другие.
Эдуард не скрывал своей привязанности к Анне. Он ухаживал за ней на глазах у всех, что не замедлило сказаться на настроении публики. Красавицы уже не с таким удовольствием веселились и перестали заигрывать с художником. Иначе повела себя и Катерина.
— Аня, — девушка нервно перебирала пальцами свои каштановые волосы. — У тебя с ним какие-то отношения? А Жаннет?
Катя ехидно улыбнулась.
— Жаннет — сестра Эдуарда!
— Сестра? — огонь надежды вспыхнул в глазах Кати. — И ты воспользовалась моментом? Такая молчаливая и спокойная оказалась избранницей этого красавца?
Надежда в ее глазах сменилась негодованием.
— Я тебя не узнаю, Катерина! — удивилась Анна, поставив фужер с шампанским на крышку рояля. — Тебе что-то не нравится?
Перемены в настроении Кати были налицо. Весь вечер она кружила вокруг Эдуарда, бросая на него кокетливые взгляды, нечаянно задевая его локтем и сталкиваясь с ним при выходе из комнаты. Улучив минуту, когда Анна стояла одна у окна, девушка подбежала к ней.
— А Борис?
— Что Борис? — Анну стали раздражать ее вопросы.
— Так он ничего не знает о муже? — в улыбке нескрываемой радости обнажились белые зубки молодой певицы.
Анна отошла в сторону.
«Еще не хватало мне сплетен в театре о моей личной жизни».
— Мы просим вас спеть! — элегантно одетый дирижер, поцеловав Анне руку, сел за рояль, откинув фалды фрака, и поправил бабочку на шее.
— Просим, просим! — подхватила многочисленная публика зааплодировав.
Анна улыбнулась и, после вступительных аккордов рояля, запела.
— Наконец-то мы остались одни! — возбужденный Эдуард сжимал Анну в своих объятиях.
— А Матильда?
— Она уехала продолжать пиршество к Эйзенштейну.
— Кто это? — Анна почти задыхалась от страстных поцелуев Эдуарда.
— Дирижер, который аккомпанировал тебе на рояле.
Он подхватил Анну на руки.
— Я теряю голову от твоей красоты!
— Эдуард, перестань меня кружить!