Всё для тебя

Васильева Виктория

Он поцеловал ее в губы:

— После того, что сейчас было, я люблю тебя еще больше.

Анна вздохнула.

— Еще увидимся, да? — спросила она.

— Конечно.

Он пошел к машине.

— Пока! — крикнул Генрих, помахав рукой.

Анна закурила.

«Славный мальчик. Только еще слишком молод».

Она вернулась в Милан.

— Как отдохнула? — поинтересовалась Джулия.

— Хорошо.

— А Генрих? Как он? — в глазах

Джулии промелькнул огонек любопытства.

Анна улыбнулась.

— Я все поняла, — обрадовалась Джулия. — Наконец-то ты решилась. Все, кто был с ним, в восторге!

— И я тоже, — ответила Анна. — Но…

— Опять какие-то «но»? Запомни, если тебе суждено быть с Эдуардом, ты будешь с ним. И никакие интриги Катерины этому не помешают.

Анна задумалась.

— Может быть, — согласилась она.

Теперь женщина знала, что она не одинока.

Джулия все время поддерживала ее, и Генрих тоже был рядом. Интимных отношений между Анной и Генрихом больше не возникало. Она видела, как он сдерживает себя, и поражалась.

«Он настоящий друг, и я ему благодарна за то, что он рядом. Больше мне от него ничего не надо».

Зато Генрих страдал. Он мучился своей неразделенной любовью к этой восхищающей всех женщине.

— Джулия, — говорил он. — Я люблю ее! Люблю настолько, что буду рад; если они помирятся с Эдуардом!

— Я знаю. Твое искреннее и благородное сердце поражает всех вокруг. И Анну тоже.

— Только и всего, — грустно улыбался он.

Анна немного успокоилась.

Катерина и Борис все время ходили под руку, о чем-то оживленно болтая.

Борис не спускал с Анны глаз, и она чувствовала, что должно опять что-то произойти.

«Или он опять накинется на меня, или еще что-нибудь».

И она не ошиблась.

Задержавшись однажды в театре, она поднялась в гримерную, чтобы переодеться и смыть грим.

Открыв дверь, она увидела Бориса, сидящего в кресле.

Он быстро встал и, подойдя к двери, закрыл ее на ключ.

Анна бросилась к выходу, но он не пустил.

— Я терпеливый.

— Знаю.

— Между вами давно все кончено. Катерина заняла твое место. Выбрось все фантазии на его счет из головы. Вернемся в Питер, твой гонорар…

— Что? Мой гонорар? А это при чем?

— Катерина с Эдуардом…

— Замолчи, не говори при мне об этом!

Борис взял ее руку.

— Не трогай! Уходи! Оставь меня в покое и никогда не попадайся на глаза!

Анна подбежала к двери и повернула ключ.

— Уходи! Это последнее, что я тебе скажу! — она распахнула дверь.

Он вышел, не сказав ни слова.

Анна еле-еле добралась до Джулии. Болела голова, ноги подкашивались от усталости. Позвонил Генрих и попросил о встрече.

Анна отказалась.

«Эдуард, ты магической силой притягиваешь меня к себе. Что бы о тебе ни говорили, как бы я ни ревновала, я люблю тебя!»

Джулия старалась успокоить Анну, но все было бесполезно.

— Подумай о том, что тебя окружают хорошие люди: артисты, Генрих, театр наконец. Ты поешь в лучшем театре мира! — она дала Анне успокоительные капли. — Тебя любят!

— Кто? Генрих? Не хочу его. Я уеду!

— Куда? У тебя премьера!

Анна замолчала.

— Да. Скрыться от всего мира и петь. Только петь.

Эдуард вернулся из Парижа.

«Я должен сделать все для того, чтобы убедить Анну в своей верности».

Он поставил машину и поднялся в квартиру.

Раздался телефонный звонок.

— Да.

— Эдуард? — в трубке послышался женский голос.

— Кто со мной разговаривает? — спросил Эдуард.

— Догадайся!

По кокетливому тону он понял, что это Катерина.

Эдуард положил трубку.

Приняв душ, он решил сварить кофе.

Телефон зазвонил снова.

— Я слушаю!

— Эдуард, — он услышал тот же голос, — только не бросай трубку, мне надо с тобой поговорить. Анна вернулась к Борису. Я приеду к тебе, мы неплохо проведем вр…

Он отключил телефон.

«Вот гадость. Но я тебя проучу, как совать нос не в свои дела!

Никогда еще у меня не было такого успеха, как сейчас. Анна была бы очень рада. Я должен наладить с ней отношения. Но как это сделать? Она прячется от меня, не хочет разговаривать. Но я должен ей доказать, что люблю ее.

Анна, моя светлоокая Анна. Как давно я тебя не видел! Сколько интересного мог бы я рассказать о своих путешествиях. У меня много денег. А зачем они мне одному? Ты самая дорогая и самая желанная. Я готов отдать все свое состояние, только бы помириться с тобой, — он курил и рассматривал свои новые эскизы. — Я рисовал тебя по памяти. Это лицо невозможно забыть и эту фигуру».

Эдуард отложил работы и затушил сигарету.

— Вот что я сделаю, — сказал он вслух.

Эдуарду надоела эта игра в «кошки-мышки».

«До каких пор она будет меня подозревать?»

Он купил два билета на рейс Рим — Петербург, затем встретился с Луиджи.

Они подъехали к театру.

Дождавшись, когда Катерина выйдет из театра, Луиджи подошел к ней.

— Синьора, вас ждут в машине.

Катерина фыркнула:

— Обойдетесь!

— Вы зря себя так опрометчиво ведете, я советую вам подойти к Эдуарду.

Подумав, Катерина села в машину. Луиджи последовал за ней.

Машина тронулась.