Шрифт:
Ричард ОЛДИНГТОН
ВСЕ ЛЮДИ - ВРАГИ
Перевод с английского О. А. Ефимовской
В романе английского писателя Ричарда Олдингтона (1892 - 1962) повествуется о судьбе буржуазного интеллигента, представителя "потерянного поколения".
Указывая на контрасты и противоречия буржуазного мира, обличая порождаемое им зло - войну, тунеядство, духовную деградацию, автор показывает, как в сознании людей, подобных Энтони Кларендону, укореняется признание исторической истины: капитализм изжил себя, его гибель неизбежна.
СОДЕРЖАНИЕ
М. Урнов. Об авторе и его герое
ВСЕ ЛЮДИ - ВРАГИ
Часть первая
Часть вторая
Часть
Часть четвертая
ОБ АВТОРЕ И ЕГО ГЕРОЕ
Как бы ни были необычны и причудливы или, напротив, просты и банальны человеческие судьбы - они всегда поучительны.
Судьба Ричарда Олдингтона не проста и не банальна. В ней нет, пожалуй, ничего необыкновенного, и причуды ее не столь загадочны, чтобы не найти им объяснений. Но что судьба эта поучительна, в особенности для определенных групп интеллигенции, - в том нет сомнений.
Исконный англичанин, Олдингтон вынужден был покинуть родную страну и скончался на чужбине. Художник слова, он задолго до смерти перестал писать художественные произведения.
Писатель тонкой профессиональной культуры, он немало сил потратил на литературные поделки. В жизни каждого человека, заметил однажды Олдингтон, бывают моменты, когда приходится делать выбор; кризисы второстепенного порядка не меняют существенно ее течения, но наступает время, когда от принятого человеком решения зависит все его будущее...
Самое сильное потрясение Ричард Олдингтон испытал в годы первой мировой войны. У него бывали свои печали и тревоги, но в другие периоды не бывало такого, чтобы всё и как-то разом сотряслось до основания и остались на сердце незаживающие рубцы. После тягот и кошмаров фронта все стало преломляться под одним, особым углом. С тех пор, о чем бы ни писал он в своих романах, стихах, рассказах, все так или иначе соотносилось с пережитым в казарме и окопах. То это был прямой отклик - стихи "Образы войны", роман "Смерть героя", сборник "Дороги к славе", то более отдаленный и косвенный т- рассказы "Кроткие ответы", романы "Дочь полковника" или "Все люди - враги".
Характер душевного перелома, происшедшего в писателе, и последующие его искания в значительной мере были определены его прошлым.
Родился Ричард Олдингтон в 1892 году в Портси, в одном из четырех городов, составляющих Портсмут, но ни Портси, ни Портсмут не оставили следа в его детской памяти: вскоре его родители переехали в Рей, графство Сэссекс, а спустя два-три года в Дувр, графство Кент. С Дувром у писателя связано немало воспоминаний. Сквозь них проглядывают некоторые исходные моменты его внутреннего развития. Тот Дувр, который был открыт взору Олдингтона в годы детства и юности, мог формировать его в духе стандартных понятий британского буржуа. По словам писателя, из него "вырабатывали некое подобие человека, отвечавшего представлениям недалекого провинциального общества". Олдингтон окончил Дуврский колледж - военное учебное заведение. Он вышел из него с чувством неприязни к военщине и милитаризму.
Совершенно невероятно, отмечает Олдингтон, чтобы буржуа стал поощрять в пятнадцатилетнем школьнике страсть к писанию стихов. Эта страсть укоренилась в нем вопреки повседневным наставлениям как вызов буржуазному практицизму и стандарту.
Книги и общение с природой помогали сопротивляться рутине, развивать самостоятельность суждений и вкусов. Отец Олдингтона, скромный провинц-иальный адвокат, большой любитель литературы, собрал обширную библиотеку, и будущий писатель зачитывался английскими поэтами. С семи до семнадцати лет Олдингтон подолгу жил вне города. Как говорит он сам, в детстве
Поэтическое озарение явилось вдруг: юный натуралист вышел на ловлю бабочек, собираясь методически описывать образцы местной фауны, решительным движением перевернул блокнот и вписал в него робкие стихотворные строчки; спустя год одно из его стихотворений появилось в столичной печати.
Получить высшее образование Олдингтону не удалось: необходимость зарабатывать на жизнь заставила его уйти из Лондонского университета. Он покинул его без сожаления: колледж, в котором он учился, "несмотря на все свои достоинства, был оплотом филистерства". Испытывая отвращение к чиновничьей лямке и "паразитам коммерции", он избрал литературную деятельность.
Искания поэта, жизнелюбивые порывы сопровождались элегическими настроениями. Они были исполнены сетований неудовлетворенного эстетического чувства, приправлены горечью несбывающихся надежд. Олдингтон с упоением созерцал образы античной красоты, восхищался многосторонностью человека Возрождения. Увлечение эллинизмом и Ренессансом было у него устойчивым, искренним, органичным для его устремлений, посвоему возвышенных и гуманных. Ему претил торгашеский практицизм, безнадежно измельчавший буржуазный дух, но его порывы были далеки от запросов времени. При столкновении замкнутого личного мирка с реальностью легко ранимая чувствительность судорожно навлекала на себя защитные покровы. И то, что могло и должно было быть источником радости, отзывалось болью в душе. "Красота, ты истерзала меня. Свет ранит меня. Мягкие звуки бередят мою рану", - с тоской говорил поэт.
Мещанские прописи и риторика буржуазной поэзии вызывали в нем отвращение. В надежде обновить стих словом-метафорой он примкнул к имажизму. Мелководное русло этого модернистского течения стесняло поэта его влекло к сильным и цельным чувствам, в нем не ослабевал смутный, но страстный порыв к иной жизни. Среди образов ранней лирики Олдингтона трудно не заметить трепетный силуэт одинокого тополя. Он хорош собою, его ласкают ветер и дождь, и "белый туман, как застенчивый влюбленный, робко вьется у его колен". Но бесстрастны их ласки. И слышен призывный голос поэта: "Сдвинься скорей и шагай... если у тебя есть хоть чуточку силы... по дороге за ломовым извозчиком..."
В армию Олдингтон вступил в 1916 году добровольцем, на фронт пошел рядовым; в конце войны командовал ротой. Домой вернулся контуженным.
Сборник стихов "Образы войны", вышедший в 1919 году, отразил пережитое поэтом на фронте: кошмар разрушений, горечь утрат и разочарований, злобу на тех, кто затеял бойню, кто лгал и обманывал, чувство протеста, сжимающее кулак. "Грубые истины" потрясли Олдингтона, ворвались в его стих, обостряя потребность правды, простоты... но не могли перебороть влечения поэта к "чистому образу", к изощренным созерцаниям, - столь прочен был внутренний заслон, сильна субъективность, устойчивы предрассудки. Много лет спустя он заметил не без иронии; "Кто, к примеру, мог бы подумать, что в стихотворении "Изгнание" в 1919 году я хотел выразить контраст между звериным национализмом и идеалом цивилизации и культуры" - так туманны были его слова-метафоры.