ГОД НАЗАД ЖЕНА ПРАВИТЕЛЯ ДУБАЯ ПРИНЦЕССА ХАЙЯ СБЕЖАЛА ИЗ ДВОРЦА В ЛОНДОН. ТЕПЕРЬ ТАМ ИДЕТ САМЫЙ ГРОМКИЙ БРАКОРАЗВОДНЫЙ ПРОЦЕСС ВЕЛИКОБРИТАНИИ СО ВРЕМЕН ЧАРЛЬЗА И ДИАНЫ.
Возвышаясь над сотнями отборных лошадей, соревнующихся на королевских скачках в Аскоте, над форейторами в красных камзолах, сопровождающими карету английской королевы, над толпой, переполняющей трибуны, в самой виповской из вип-зон стоит мужчина в черном шелковом цилиндре. Это шейх Мохаммед ибн Рашид аль-Мактум, эмир Дубая, премьер-министр и вице-президент Объединенных Арабских Эмиратов. Чаще всего он носит кандуру (белое
платье до пят, традиционный наряд арабских мужчин) и гурту (белый платок). Но для главной светской скачки мира делает исключение. Прогрессивный шейх одинаково истово поклоняется законам Аллаха и рынка. «Мохаммед —четко мыслящий, эрудированный, вежливый. Типичный завсегдатай Давоса», – рассказывает бизнесмен, ужинавший с эмиром в Дубае. Шейх, один из крупнейших владельцев скаковых лошадей в мире, на дружеской ноге и с британской королевой, которая не пропускает ни одного состязания в Аскоте (играя на скачках, за последние тридцать лет она заработала восемь миллионов долларов). Сегодня Мохаммеду снова удалось побыть с ее величеством, но его собственной королевы на скачках не было. Несколько месяцев назад принцесса Хайя бинталь-Хусейн сбежала из Дубая. Принцесса, которой 4 мая исполнится сорок шесть и которая на двадцать пять лет моложе своего мужа, всегда казалась идеальной супругой для шейха Мохаммеда: независимая, но в то же время преданная. «Она была для него глотком свежего воздуха, —говорит одна из подруг принцессы. – Она совершенно не похожа на арабских девушек». Хайя – дочь короля Хусейна, который несколько десятилетий правил Иорданией (вот уж кто был действительно прогрессивным монархом). Она —первая арабская женщина-наездница, которая участвовала в Олимпийских играх (в 2000-м она представляла Иорданию в Сиднее). Выпускница Оксфорда Хайя также первая женщина в Иордании, получившая права на вождение грузового транспорта (они понадобились, чтобы возить лошадей на состязания). «Хайя очень умная», – говорит Свен Холмберг, который работал с принцессой в Международной федерации конного спорта. По его рассказам, она прилетала на совещания в Лозанне, где находится штаб-квартира федерации, на личном джете шейха и жертвовала миллионы. Впрочем, в какой-то момент между Хайей и Холмбергом возникли разногласия по вопросу использования в спорте некоторых сомнительных препаратов, которые принцесса, похоже, одобряла больше, чем швед. В апреле 2019 года мир облетела новость о бегстве Хайи из Дубая. Вскоре Мохаммед обратился с иском в Высокий суд Лондона. Он требовал, чтобы жена вернула ему детей – восьмилетнего сына и двенадцатилетнюю дочь. Британские газеты называют это дело одним из самых громких королевских разводов со времен расставания принца Чарльза и принцессы Дианы. А учитывая, что состояние шейха недавно было оценено в четыре миллиарда долларов, это самый крупный раздел имущества в истории Дубая. Дубай —это лучезарный маяк если не демократии, то как минимум капитализма. Однако в публичном пространстве некоторые темы могут быть под запретом – например, обсуждение жен и дочерей шейха Мохаммеда. Сам правитель высказал свое мнение по поводу таких фривольных разговоров: «Сказано ведь, что скорпионы ползают по земле в обличье сплетников и заговорщиков, смущают души, разрушают взаимоотношения, подрывают дух народа».
Однако в частных беседах местные специалисты по вопросам монархии и западные журналисты давно обсудили каждую подробность бегства Хайи. Многие задаются вопросом, почему шейх вообще позволил ей уехать. Сильнее, чем в Дубае, система наружного наблюдения развита только в Москве: на улицах эмирата установлено тридцать пять тысяч камер (мэр российской столицы Сергей Собянин в январе нынешнего года сообщал, что в Москве установлено сто шестьдесят семь тысяч камер). Если бы у Мохаммеда было хоть малейшее подозрение, что с женой что-то пошло не так, разве он не велел бы кому-то из своих визирей отслеживать видеозаписи? Разве не лишил бы любимую права пользоваться их многочисленными частными самолетами? По одной из версий, у Хайи случилась интрижка с охранником. Примерно в то же время, когда жена исчезла, шейх выложил в интернет стихотворение (Мохаммед пишет стихи): «Ты обманула самое драгоценное доверие, но моя печаль раскрыла твою игру». И далее: «Ты отпустила поводья своего коня». Искра между принцессой и шейхом проскочила на конноспортивном мероприятии в Испании, в 2004 году они поженились. «Я была удивлена, что Хайя выходит за такого стопроцентного араба, я всегда думала, что она в итоге выберет какого-нибудь английского землевладельца, – говорит одна из ее подруг. —Но она обожала шейха Мо – влюбилась в него до безумия». Мохаммед любит блеск и пышность, Хайя же озорная, непредсказуемая и демократичная, рассказывает подруга. Принцесса умеет посмеяться и над собой. Вспоминала однажды, как ей удалось уговорить отца-короля подарить ей лошадь по кличке Скандал: «Каждую принцессу сопровождает скандал, и если ты хочешь, чтобы мой был четвероногий, а не двуногий, то тебе лучше купить его». Союз Хайи и Мохаммеда не был браком по расчету. И тем не менее до их свадьбы не богатая нефтью Иордания находилась в финансовом кризисе, теперь же ОАЭ —одни из главнейших инвесторов в иорданскую экономику. В Иордании Хайя росла обожаемой дочерью короля, а в семье дубайских шейхов столкнулась с порядками совсем другого рода. Королевская семья Иордании больше напоминает британскую: принцы и принцессы патронируют различные организации, они всегда на виду. Монархия Дубая более закрытая. Когда шейх Мохаммед в 1979-м женился в первый раз, на шейхе Хинд бинт Мактум бин Джуме аль-Мактум, свадебная церемония продолжалась пять дней, в течение которых провели, к примеру, сто скачек на верблюдах. Однако за прошедшие десятилетия старшая жена, которая родила шейху двенадцать детей, едва ли хоть раз появилась на фотографиях в публичном доступе. Хотя женщины в Дубае все чаще занимают руководящие должности в бизнесе и политике, в Эмиратах соблюдается закон о мужской опеке: мужья и отцы решают судьбу своих жен и дочерей. Женщина может работать только с разрешения мужа, а чтобы отказать ему в сексе, ей необходимо законное основание. Любая незамужняя беременная женщина, будь то подданная Эмиратов или эмигрантка, обратившись за медицинской помощью, может быть арестована, даже если у нее случился выкидыш. Женщина, которая разводится со своим супругом —подданным Эмиратов и снова собирается выйти замуж, обязана предоставить первому мужу полную опеку над детьми.
