Все точки над ё...?
Шрифт:
— Я не…, - шершавый язык змея коснулся его руки. Стало немного больно и… щекотно. Но Таврин не обра-щал на это внимания. Он во все глаза разглядывал антрацитовую морду дракона. — А Вы — красивый, — отвесил он ком-плимент Хмаре.
— Спасибо, — опешил тот, — Ты это…, обращайся, если что, — Олег кивнул и с удивлением стал рассматривать свеженький розовый шрам. — Всех вылечил? — Змей Горыныч окинул поляну битвы внимательным взглядом. — Я по-летел, а то там Баська беспокоится.
Снова поднялся ветер. Змей Горыныч взмыл в небо и улетел, оставив в сердце Таврина неизгладимый след, а в голове полный
— Ну, что, Олег, пойдём, — Андрей похлопал его по плечу, выводя из ступора.
— Ага. А с этим, что делать будем? — он кивнул в сторону кокона.
— Пусть старейшины решают, или боги.
— Боги?
— Андрей! Не добивай его сведениями. Нельзя столько информации вываливать на человека сразу.
— Ты сама предпочитаешь, как раз, что бы сказали сразу всё, — возразил муж. — А Всевед давно ушёл?
— Не знаю, — пожал плечами Олег. — Я когда на монстра пошёл, на него уже и не смотрел.
— Здесь был Кощей!? — возмутилась Варвара. — Был, и не помог вам!?
— А чего ты от него хочешь? Сволочь, она сволочь и есть! — Май плюнул и направился к Рыське.
— Это был Кощей…, - простонал Таврин. — а я ему чуть не врезал…
— Надо было врезать, — отозвался Андрей.
— Теперь что делать будем? — поинтересовалась Джинни. — Кокон этот надо куда-то пристроить.
— Мы в Волчановку его заберём. Есть там у нас одна подходящая пещера, — Белый Волк внимательно изучал магическую тюрьму волкодлака. — Сколько времени он будет в этом коконе?
— Я точно не могу сказать, но на него ушли почти все силы. Возможно, на пару месяцев хватит, — неуверенно предположила Джинни.
— Хороший срок, — одобрительно кивнул Волк, — за это время что-нибудь придумаем. Проводишь нас?
— Да, конечно.
Джинни ещё раз заботливо осмотрела спящего Рыську и стала помогать оборотням транспортировать кокон с волкодлаком. Когда волки скрылись в облаке перехода, переставший уже чему-либо удивляться Таврин, вдруг вспом-нил, что он следователь.
— Андрей, нам надо срочно вернуться домой. Твоя машина стоит рядом с «Мерсом» этого… выродка. Надо её оттуда убирать.
— Понял! — тут же согласился Лоцман. — Варя, ты тут без нас справишься? Тогда встретимся на Заставе, хоро-шо? Идём, Олег.
Два мужских силуэта растворились в рассветной дымке, и зоркий глаз следователя уже не заметил, как из ча-щи на поляну выбежали два кентавра…
Оставшись в чисто женской компании, после отъезда мужчин, мы не стали терпеливо ждать известий, а тут же принялись осуществлять план, придуманный Джинни и Лукавой, пока они гуляли в саду.
— Джинни, ты скажи, какая тарелка тебе больше подходит? Глубокая или плоская? — приставала к волшебнице с расспросами Лукава.
— Плоская, разумеется.
— Такая подойдёт? — русалка протянула ей здоровенный металлический овальный поднос с почти стёршейся жёстовской росписью.
— А круглой нет?
— Круглые — маленькие, а этот вон какой!
— Ладно, давай этот. Теперь нужно яблоко.
— И где мы его возьмём? — с сомнением посмотрела на меня Лукава.
— Что, в деревне напряжёнка с яблоками? — съехидничала я.
— С наливными, да! — парировала русалка. — Не сезон, знаешь. А этих, ваших, Супермарметов…
—
— Вот их самых, у нас нет! — так же ехидно закончила свою мысль русалка.
— Джинни, тебе что важно, размер, цвет, спелость? — не стала я обижаться на водяницу.
— Размер, — отвлеклась та от своих волшебных нашёптываний.
— Мяч для тенниса подойдёт? — я протянула ей грязноватый жёлтый мяч, служивший, скорее всего, игрушкой для собаки, невесть как завалявшийся в сенях.
Волшебница с сомнением покрутила яблокозаменитель, тяжело вздохнула и положила его на поднос.
— Попробую… Но, за результат не ручаюсь. Теннисный мячик по овальному блюдцу…
— Шняга может получиться, — закончила за неё Лукава.
Кое-что у Джинни конечно получилось. Мутное беззвучное изображение, словно со скрытой камеры, да ещё где-то из района талии. Талия явно принадлежала Рыське. Очевидно, именно на него и настроила поиск влюблённая волшебница. Но, на безрыбье, как говориться, и ворона — дичь. Так что жаловаться не приходилось. Мы терпеливо наблюдали сначала за поездкой всей компании, потом за переговорами с Тавриным, потом опять за поездкой… Вяло тянущиеся события вызывали у нас скуку, так что вскоре мы стали вести наблюдение по очереди. Одна не отрываясь смотрела на поднос, две другие бесцельно слонялись по комнате, ежеминутно заглядывая через плечо дежурной. Не-много развлёк нас вернувшийся и обиженный на мужчин Игорь Витальевич. Его рассказ пояснил нам некоторые мо-менты увиденных событий. Сам же Грозный немного оживился, увидев нашу передовую видеотехнику. Он даже вы-сказал желание заступить на пост наблюдающим, но наступила моя очередь и я заупрямилась. Связываться с упёртой Берегиней никто не рискнул, и я села к подносу.
Когда я увидела парня, выходившего из подъезда элитного дома, то сразу узнала его. Не по лицу, а по силу-эту, по манере двигаться, и по причёске. Правильно Марла сказала тогда, заковыристая стрижка была у этого молод-чика. И ещё мне очень не понравилось выражение его глаз. Высокомерное, циничное, злое. Опасный, ох, опасный субъект!
— Варя, ты узнала его? — Джинни с тревогой смотрела мне в глаза. — Это он?
— Он, — кивнула я, — и он мне не нравится.
— Можно подумать, одной тебе, — поддержала мои выводы Русалка. — Вон, буркалы какие злющие, кофель — на-гель! Выбленок ещё тот!
— Мне кажется, надо в город ехать, — сообщила я подругам. — Предчувствие… что б ему!
— Пошли, — согласилась Джинни.
— Я с вами, — встрепенулась русалка.
— А ты то зачем? — спросили мы с Джинни хором.
— Я что, такая бесполезная? — обиделась Лукава.
— Ты не бесполезная, но мы не знаем… что там. Просто, мне хочется домой.
Ну, в самом деле, чем нам может помочь в данной ситуации Лукава и её приятель. Тоже вон недовольно гла-зами зыркает. Как же, сначала его мужчины с собой не взяли, теперь женщины помощь отвергают! Не понять бравому рыбинспектору, что другие силы в этой истории задействованы… Простому человеку соваться в разборки сопредель-ного мира, всё равно, что добровольно в клетку с голодным львом лезть. Нам то с Андреем силы Род дал, а Таврину вроде как по роду деятельности положено. И ведь сам всё это прекрасно понимает…