Всего дороже

Пембертон Маргарет

У нее под глазами залегли темные круги, румянец со щек давно исчез, лицо стало мертвеннобледным. Дарт проклинал себя за то, что не пришел к ней на помощь раньше, и проклинал ее за то, что она поставила его в такое положение. Если бы только они повернули обратно! Два, самое большее, три дня пути – и они бы вернулись к цивилизации. Каждая миля, которую они проходят, это миля, которую им придется потом проходить в обратном направлении.

Дарт спрыгнул с коня и вместе с Нефи стал толкать просевший угол фургона, а Полли тем временем погоняла лошадей голосом и хлестала вожжами. Фургон чуть заметно продвинулся вперед, потом

еще немного, а потом вдруг выкатился из ямы так резко, что и Дарт, и Нефи упали.

Нефи усмехнулся. Близились сумерки, а за весь день Дарт не позволил им сделать ни одной остановки. Он полагал, что сейчас брат Спенсер должен бы быть на грани капитуляции, однако тот ничем не показал, что выбивается из сил.

– Неплохой переход для одного дня, – бодро сказал Нефи и пошел по глубокому снегу обратно к своей упряжке.

Дарт отряхнул снег с колен и перчаток и выругался. Когда он снова сел на коня, то поехал рядом с фургоном Марриотов. Полли решительно смотрела вперед. Дарт взглянул на ее тонкий, чуть вздернутый носики упрямый подбородок: было ясно, что она также не собирается сдаваться, как и непокорный Нефи.

– Пора разбивать лагерь, а то нас застанет темнота, – с недовольным видом сказал Дарт.

– Она нас и так застанет, – возразила Полли, не глядя на майора. – Я уже некоторое время назад это заметила и все думала, когда же до вас дойдет, что нам пора сделать остановку. Разводить костер в темноте – трудное занятие.

Губы майора скривились.

– О, я уверен, мисс Керкем, вы и с этой задачей справитесь!

– Майор Ричардс, я могу справиться почти со всем.

– Даже сможете убедить своих спутников, чтобы они вернулись назад, а весной продолжили путь?

Полли повернулась к майору, посмотрела на него с вызовом и сказала:

– Мы продолжим путь.

Хорошее настроение, которое она в нем пробудила, мгновенно улетучилось, и майор взорвался:

– А что бы случилось, если бы меня здесь не было? Кто бы помогал Нефи толкать ваш фургон из ямы?

– Я сама! – резко ответила Полли. – И Сюзанна Спенсер! И Лидия Лайман!

Они смотрели друг на друга в ярости. Полли не желала отводить взгляд первой. Ей пришлось собрать все оставшиеся силы, чтобы не отвернуться от него. Майор нахмурился так, что его брови сошлись на переносице. Сестра Кимбелл говорила когдато, что один из мальчишек Ансонов красив, как сатана. Муж отчитал ее за такое сравнение, а Полли тогда не понимала его смысла. Но теперь, глядя на майора Ричардса, она поняла это выражение.

– Вы просто невыносимы! – сказал Дарт сквозь зубы. – Если б не вы, я сейчас должен был бы в СентЛуисе наслаждаться теплом и уютом таверны, спал бы в мягкой постели, а не вел бы, как пастух, через снег и лед толпу женщин, детей, лошадей, быков, коз и кур.

– Так оставьте нас, майор! – с жаром воскликнула Полли. – Уверяю вас, мы в вас не нуждаемся.

– Еще как нуждаетесь! – В полумраке Полли увидела, что его лицо исказилось от гнева, глаза горели. – Если бы я не был в этом уверен, я бы не лишил себя удовольствий ради того, чтобы выступать в роли вашей няньки!

– Так выступайте в роли няньки в СентЛуисе, майор! Потому что вы здесь никому не нужны!

Полли часто заморгала, чтобы он не увидел, что она готова расплакаться от усталости.

– Отлично! – бросил майор и, пришпорив коня, поскакал к фургону Спенсеров.

Злость

Полли мгновенно прошла, и она почувствовала себя покинутой и одинокой. Какие удовольствия ждали его в СентЛуисе? Женщина? Женщины? Майор Ричардс не похож на мужчину, который станет обходиться без женского общества. Он любит земные блага, у него дурные манеры и дурной характер, но он может быть милым, если постарается. Он провел несколько часов рядом с фургоном Спенсеров, рассказывая их детям страшные истории про индейцев сиу и навахо. Немного найдется мужчин, которые станут тратить время, развлекая детей, чтобы те забыли о неудобствах путешествия. Маленький Джейми с обезьяньей ловкостью перескакивал из одного фургона в другой и пересказал Полли рассказы майора, она же отметила, что среди них не было ни одной истории про индейцев пауни. Довольно странное упущение для человека, заявившего, что он знает об этом племени краснокожих все. И если майор может быть добрым с детьми Спенсеров, то почему он недобр с ней? Почему не ведет себя как джентльмен? Почему обращался с ней как с женщиной легкого поведения и был невероятно дерзок?

От стыда и гнева у Полли защипало щеки. Она подумала, как было бы хорошо, если бы Джаред вернулся с Меррилами, а Том Марриот выздоровел. Перспектива провести еще один день, без отдыха управляя упряжкой, приводила Полли в ужас.

Нефи остановился. Коули и Лидия Лайман поставили свои фургоны, образуя кружок. Полли механически последовала их примеру. Теперь ей нужно было взять откудато силы, чтобы помочь разбить лагерь и приготовить еду.

– Тому не лучше? – спросила она Люси, когда лошади с радостью остановились.

Люси отрицательно помотала головой, в ее глазах читалась тревога.

– Ох, Полли, он так сильно дрожит. Сходи попроси брата Нефи дать ему благословение.

Полли, увязая по колено в глубоком снегу, пошла к фургону Спенсеров и передала просьбу. Майор все еще сидел в седле, он выглядел таким же свежим и бодрым, как когда они только отправлялись в путь. Полли бросила на него взгляд, полный ненависти, потом сходила за лопатой и стала помогать Лидии Лайман расчищать от снега пятачок земли на маленькой площадке между четырьмя фургонами, где можно было бы развести костер. Сестра Шалстер и сестра Филдинг тоже захотели сидеть со всеми у костра.

Дарт рассчитывал, что мормоны будут в отчаянии, однако не прошло и часа, как они уже щебетали и смеялись, словно были на пикнике воскресным днем. Полли и Лидия приготовили сытное блюдо из бобов с беконом. Когда жестяные тарелки были убраны, в огонь подбросили еще хвороста. Нефи взял скрипку, а Сюзанна запела ирландские баллады, которым научила ее мать. Дети в это время играли в снежки на краю лагеря. Сестра Филдинг, развеселившись как ребенок, достала изпод плаща мешочек каштанов, и они стали их жарить. Когда репертуар Сюзанны был исчерпан, Полли спела «Зеленые рукава», и Дарт нашел, что у нее невероятно приятный голос. Однако он очень был удивлен глубине собственного разочарования, когда Полли отказалась спеть еще. Сам Дарт жонглировал каштанами и смеялся вместе с Джосаей и даже не стал возражать, когда сестра Шалстер дрожащим голосом завела «Хвала Господу». Даже к сестре Коули вернулось хорошее расположение духа, и хотя она не могла петь, она подогревала ячменный отвар, подливала в кружки и следила за тем, чтобы дети не отходили далеко от лагеря.