Всех убрать!
Шрифт:
Ложная информация проверку выдержала. Снабдил его такой легендой Райли. Всю свою жизнь, проведенную в Сан-Франциско и в его окрестностях, как за решеткой, так и на воле, Эдди Марчелло оставался заурядным мелким бандитом. Он был объявлен в розыск за серию вооруженных ограблений, когда исчез из Калифорнии. Согласно информации, к которой Райли имел доступ, труп Эдди обнаружили на дороге, ведущей в Мексику; решили, что произошел несчастный случай. А поскольку он никогда и ни с кем не был особенно близок, смерть его стала событием слишком незначительным, чтобы удостоиться чести
Таким-то образом Джонни Морини и превратился в Эдди Марчелло, он же Джонни Марч. Стал человеком, решившим начать новую жизнь в новых краях.
И это прикрытие успешно выдержало испытание.
Сатро махнул братьям Стеллано:
— Возвращайтесь на пост, и на этот раз постарайтесь не заснуть.
Сэм мрачно смерил Джонни взглядом, прежде чем вышел вслед за братом через кухню. Сатро повернулся к Джонни:
— Возьми стакан и забери свою пушку.
Пит Стеллано оставил револьвер 38-го калибра, отобранный у Джонни, на стойке бара. Морини сунул его за пояс, нацедил себе полную кружку пива, обошел вокруг стойки и уселся на табурет. Пригубил, медленно отпил большой глоток и посмотрел Сатро в глаза:
— Ты что-то говорил насчет обеда. Я бы сейчас отнюдь не отказался...
— На кухне есть сэндвичи. Поедим, когда поговорим.
— Тогда говори.
Сатро махнул в сторону телефонной кабины.
— После того, как он оттуда выйдет.
Джонни маленькими глотками потягивал пиво и, запасшись терпением, наблюдал за человеком в кабине. У него начали появляться догадки насчет того, кем был этот субъект.
Его подозрения подтвердились, когда мужчина покинул телефонную кабину и через весь зал направился к ним с Сатро.
— Хочу тебя представляю моему патрону, — сказал Сатро. — Это — Лу Фава.
Фава не протянул руки. Он ухватил своей квадратной лапой, украшенной сверкающим бриллиантом, стул, придвинул его к себе, развернул и уселся верхом, лицом к Джонни и Сатро. Его мутные карие глаза оценивающе уставились на Джонни. В нездоровом костлявом лице тепла было не больше, чем в куске бетона, источенном непогодой. А в голосе звучал металл.
— Итак, ты и есть тот, кого зовут Эдди Марчелло?
— Джонни Марч, — решительно поправил Джонни.
Лу Фава раздраженно отмахнулся.
— Имя не важно совершенно.
— Не для меня; мне оно важно.
— Поосторожнее! Не забывай, с кем говоришь, — прорычал Сатро. — Это тебе не со шпаной глотку драть!
— А я к вам в гости не напрашивался, — заявил Джонни. — Сами пригласили.
Фава кивнул.
— Угу... И вполне может оказаться, что тебе подвернется самый блестящий шанс. На старом месте ты никогда не мог выбраться из дерьма. И кончил тем, что вынужден был оттуда слинять. Сам виноват — нужно было найти себе крышу. Так вот, здесь тебе предоставляется возможность взять реванш. Ты мог бы сделать гигантский шаг и влиться в ряды крепкой организации, способной позаботиться о своих. Если только я дам на это свое согласие.
— Ты хочешь сказать, если даст согласие Макс Виджиланте?
— Это
Джонни прикинул, что пора выказать свой энтузиазм.
— Послушай, ты желаешь знать, интересует ли меня такое предложение? Конечно же, интересует. Кого бы оно не заинтересовало? Только не нужно мне твердить, что я уже потерял слишком много времени и так ничего и не добился. Я и сам это знаю. Но слушай... я себя спрашиваю, а что я мог такого совершить, что удостоился подобных предложений?
— Бен Корнгольд говорит, что тебе можно доверять, и что ты — парень не промах, — заявил Фава. — Джо тоже подтверждает, что ты нам полностью подходишь. А я как раз нуждаюсь в таком человеке.
— Для какой цели?
— У нас тут есть проблема. Я расширил границы нашего района как раз до этих мест между Филадельфией и Ридингом. Начиналось все с прачечных. Это тебе ни о чем не говорит?
Джонни пожал плечами.
— Это бизнес.
Более того, это был тот род легального бизнеса, которой охотно занималась мафия. Они поставляли белье, салфетки, полотенца и прочее в мотели, в рестораны, в бары. Для начала — по демпинговым ценам. Однако как только клиенты начинали от них зависеть, цены сразу вздували до небес. И клиенты быстро понимали, что нужно платить и никому не жаловаться.
— Это занятие приносит отличные доходы, — заметил Фава. — Кроме того, я распространил наше влияние и на другие виды бизнеса. Вначале никто ничего против не имел, никто не дергался. И вот теперь, когда дела пошли, типы из Ридинга внезапно вообразили, что эти места снова должны отойти к ним.
Кое-что про это Джонни уже узнал во время предыдущего визита в «Карней таверн». В нем пробудился живейший интерес, и он без колебаний решился рискнуть и постараться разузнать побольше.
— Но банда в Ридинге намного меньше, чем семейство Виджиланте.
— Несомненно, — подтвердил Фава. — Но не следует её недооценивать. Так же как и старого лиса, который там за главного. Ты слышал про Аль Белла?
Джонни покачал головой. Ридингский Capo Mafioso по прозвищу Аль Белл (от его настоящего имени — Альдо Беллагамба) сколотил организацию, которая компенсировала свои скромные размеры теснейшей спаянностью членов. Два его сына — Фрэнк и Тони — стали его заместителями. Но даже эта парочка сорвиголов жила в постоянном страхе перед стариком.
Фава любовался игрой своего бриллианта с таким видом, точно это был обыкновенный хрустальный шарик:
— В его банде есть пара ребят, которые сочли себя крутыми. Последнее время они повсюду растрезвонили, что выгонят меня пинком под зад обратно в Филадельфию и не боятся никаких последствий.
Джонни покосился на Сатро, который собрался нацедить себе следующую кружку пива.
— Таким вот почему позади дома и наверху сидит охрана?
Сатро спокойно кивнул.
— Обычная предосторожность. Никогда нельзя знать наверняка.
— До нынешнего времени, — уточнил Фава, — сыновья дона Альдо довольствовались тем, что только разевали пасть. Однако я не очень-то люблю, когда мне угрожают.