Всходы

Торнтон Джэйми

сделал больно другому. Никому, кроме него. Я покружилась. Мистер Молот-убийца протянул руки, как монстр из ужастика.

– Тебе бы стоило придумать что-то поновее.

Он оступился, словно мой голос затронул какой-то переключатель на человечность внутри его головы. Из его горла вырвались слова вперемежку с рыком, которые невозможно было разобрать. Да и были ли это слова. Парень явно употреблял мет. Какую-то новую формулу, над которой явно постарались. Я проигнорировала тихий голосок в голове, вопрошающий о том, кем же тогда

были эти люди в скафандрах?

– Ты не должен этого делать.

Он заскрипел и защелкал зубами. Я осмотрела мусорные контейнеры, ворота, замок, разбитое стекло, крысиный помет, пару веточек, разбросанные вокруг. Был лишь один путь. Я прыгнула на забор. Он накренился к земле под моим весом. Я прижалась к решетке, которая резала мою плоть, и начала забираться наверх. Руки обхватили меня за лодыжки и потянули с забора. Я зависла в воздухе, цепляясь пальцами за сетку, чтобы не упасть. Я отбивалась, вырывалась

и наконец, тварь меня отпустила. Я ударилась о забор, дыхание сбилось. Найдя опору, я полезла наверх. Сгруппировавшись наверху, отдышалась. Я хотела кувыркнуться и спуститься на землю, оставив тварь позади. Забор дрожал так, что я едва не свалилась. Монетка выпала у меня из кармана и зазвенела. Лицо твари приближалось, он тоже лез на забор. Дерьмо. Я подобралась, как обезьянка, словно мне было двенадцать, и я показывала свое белье мальчикам из старшей школы. Приземление было жестким, боль пронзила голень. Оставшиеся монетки разлетелись в воздухе, сверкая медью и серебром и исчезая в кустах. Тварь со стуком приземлилась на землю. Дрожь прошла по телу, несмотря на жару. С этим парнем серьезно что-то не так, и это вовсе не действие мета. Я бежала по битому стеклу и кустам, перепрыгивая через бордюры, отделяющие меня от парка. Дубы скрывали открытую лужайку. Грязь была перемешана

с камнями, пожелтевшая трава скошена из-за противопожарной безопасности. Я выскочила на грунтовую дорожку, по которой в течение дня проезжали велосипедисты, пешеходы и лошади Я быстро обернулась. Я усмотрела вспышку от сигареты. Из-за деревьев вышла фигура. Темные волосы, почти черные, подстриженные и казавшиеся почти дикими. Темная джинсовая рубашка почти сливалась с его волосами. Губы кинозвезды и пронзительные глаза, скрывавшие все внутри. Ано.

Габби успела вовремя. Они были готовы. Они ждали. Ано посмотрел за меня. Его глаза округлились. Он бросился в мою сторону. Что-то ухватило меня за ногу. Моя нога подвернулась, я потеряла равновесие и шлепнулась на землю, словно муха.

Мой подбородок обожгла боль. Боль пронзила и голень. Звезды замелькали перед

глазами, но не скрыли того, как ублюдок пытался укусить мою обнаженную плоть. Я ударила тварь по носу прежде, чем успела подумать. У меня была хорошая практика. Я могла проснуться под кем-нибудь, и нужно было быстро среагировать. Я двинула по носу с такой силой,

что он хрустнул. Нос был сломан. Я шлепнула руками по его ушам. Ткнула одним пальцем ему в глаз, а второй сунула в нос и потянула так, что кожа лопнула.

Тошнота подступила к горлу, но гнев помог с ней справиться. Затем Ано подошел, раскрутив "смайлик".

Секундой позже уродец лежал рядом со мной без сознания. Теперь от виска до уха у него красовалась рана. Кровь стекала по его лицу, словно клоунский макияж, но это не моя кровь - не думаю, что она моя. Мне бы не хотелось, чтобы кровь была моя. Сирены звучали громче. Полицейские машины и фургон остановились у границы парка. Что-то схватило меня за плечо. Я вскрикнула.

– Вперед, - сказал Ано, перекрикивая невероятно громкие сирены.
– Давай. Давай.

– Не могу, - произнесла я.
– Моя лодыжка повреждена.

– Это не большая проблема.

– Ты понятия не имеешь, большая это проблема или нет!

Ано просунул под меня руки и поднял.

– Пойдем.

Он занес меня в заросли кустарника. Мы присели в кустах за дубом. Здесь было темно и холодно. Запах крови перебил аромат сухой травы, сладковатый и пожухлый. Я прикоснулась к ноге. На ней были раны. Пальцы скользили по крови, а внутри она будто горела. В нескольких метрах от нас было открытое поле с извилистой тропой, по которой я бежала, и бессознательное тело

монстра. Сирены затихли. Трое спецназовцев выпрыгнули из фургона. Два офицера были с винтовками наготове, а третий вышел с собакой. Две лошади выскочили из-за деревьев. Всадницы смотрели на офицеров, не понимая, что рядом находился мистер Молот-убийца. Одна из лошадей испугалась, встав на дыбы. Всадница упала на землю. Лошадь припустилась прочь. Другая всадница остановила лошадь и вернулась к подруге.

– Стойте на месте!
– прокричал в мегафон мужчина.
– Не покидайте территорию!

Мистер Молот-убийца поднялся и посмотрел на женщину на земле. Он направился к ней. Раздался треск, словно рядом взорвалась машина. Его голова буквально рассыпалась, распыляя кровь на лицо, шею, руки и рубашку девушки. Кровавый туман рассеялся. Люди кричали. Вторая лошадь сбежала за дерево, а всадница держалась за ее гриву.

– Мы - офицеры из Калифорнийского центра контроля заболеваний. Оставайтесь на месте! Мы вам поможем.

Лошадь понеслась галопом. Раздался еще один выстрел, приглушенный. Лошадь перевернулась, взбрыкнув ногами в воздухе, и женщина исчезла под ее телом. В моих ушах стоял шум океанских волн. Они не должны были применять настоящие пули. Должно быть их обеспокоила

кровь. Спецназовцы вышли на поле. Рассветные лучи солнца окрашивали все оранжевым и розовым, отбросив на все теплое и тревожное свечение. Словно вместо крови и кишок, разбросанных вокруг, здесь собрались люди для пикника.- Мэри!
– прошептал Ано мне в ухо.
– Ты им не поможешь! Я словно вернулась из сна, и думала, что должно быть это все от шока. Я отпустила его запястье. Ногти впились в кожу Ано и царапали до крови. Я подогнула ноги. Ано обошел меня, поднялся на ноги и пошел впереди так, чтобы я могла держаться за него. Мы двигались по извилистой тропке еще около трехсот метров, дальше в темный лес, прячась за