Всплеск
Шрифт:
Он отправился наверх. Достал телефон.
Охранник, сидевший на стуле, выдохнул.
– Аппарат абонента выключен и шлёт вас на три определенных буквы. В случае недовольства данным обстоятельством вы вправе написать петицию, приберегя её на случай желудочного недомогания диарейного типа. – Джим редко был серьезным.
– Где Француз? – сухо спросил Соер.
– Во Франции. – Тут же Джим вступил в игру.
– Я тебя под замок на год посажу! – голос Соера стал еще жёстче.
– Хорош, так вышло, проиграл его в покер. – Джим
Соер смекнул, что тело им уже не вернуть, сбавил обороты:
– Ты дурак? Хуже тебя игрока представить сложно.
– Знаешь ли, в отличие от некоторых в моменты своего вразумительного подпития люблю заниматься вещами, воистину интригующими.
– Кому? – Соер остановился на лестничном пролёте.
– Поздно, ему там точно… абздец. В игре оказался бывший партнер Француза, как это частенько бывает, это я про кидалово, а не великодушное стечение обстоятельств, способствующих справедливой мести. В общем, его тело разорвано аллигаторами, игра была тридцать часов назад.
– Так… Знаешь, что мне в тебе нравится, Джим?
– Моя позиция, – бодро отозвался Джимми.
– Нет. На твоем фоне я смотрюсь не такой уж и мразью. – Соер положил трубку в карман.
Выбор есть. Выбора нет. Иногда глупость и есть истина.
– Да, – спешно ответила Рита.
– Нужно, чтоб наш гример приехал в офис. – Соер поймал волну новых событий, кои, несомненно, скрашивали его время здесь.
– Хорошо, – прозвучало неубедительно и бесстрастно, как Рита и задумывала.
Соер вышел из здания, водитель курил у машины.
Кабинет пятьсот три. Главврач. Геннадий Петрович Штурман.
– Очередь соблюдайте! – раздался крик из толпы.
– Рты заткнули, работает похоронное бюро! – Соер прошел в кабинет.
Желающих дискутировать с похоронным представителем всегда немного, всё благодаря самой первой ассоциации – у большинства всплывают трупы перед глазами.
– Сейчас обед, дождитесь начала приема! – пережёвывая бургер, менее членораздельно сообщил главврач. Жевал он бургер, ибо больница эта заштатная, не имеющая отношения к медицине, показанной в новостных выпусках.
– Это и есть тот момент. – Кинул ему полненький конверт на стол. – Посчитай, пока жуешь .
– Чего вы хотите? – проглотив, откликнулся доктор.
– Мне нужен труп лет шестидесяти восьми. – Соер не стал садиться на стул, скептично осмотрев кабинет.
– Что-о-о? – почти убедительно возмутился святило.
– Слушай, в твоем морге лежат пока мертвяки неопределенные, которые позже подвергнутся кремации. Я даю тебе вознаграждение за молчание. Ты разделишь один пепел на два. Рассказав чуть больше, гарантирую вероятность тебе стать пеплом. – Соер частенько прибегал к данной системе убеждений. Видите ли, если в вашем предложении окажется вразумительная угроза вкупе с полненьким денежным конвертом, человек соглашается куда быстрее и охотнее, освобождая
Глаза врача сверкнули и прищурились.
Он укусил еще раз бургер, тут же проглотил кусок. Схватил конверт, засунул его под стол и принялся считать.
– Пойдемте посмотрим! – скрывая эмоции, воскликнул главврач.
Спустившись в морг, выглядевший чуть ли не лучше верхних помещений, штурман приказал выйти двум сотрудникам на перекур.
Подошёл к первой каталке от входа:
– Смотрите, сто двадцать восьмой, красавец, поступил четыре часа назад. – Геннадий Петрович скинул простыню с трупа.
– Стоп, внимательнее слушайте: шестьдесят восемь лет, – Соер не нашел сходства.
– Ах… Ну-ну-ну. Вот есть один, сто семьдесят первый. Посмотрите? – Штурман направился к дальнему углу морга. – Вот! – Скинул простыню с лица. – Сорок восемь, выглядит на пятьдесят семь, ну почти же. Бомж в третьем поколении, можно сказать, – продолжил свои убеждения врач. Достоверно не известно, какая это по счёту торговля трупами, ведь знание ассортимента указывает… Оставим предположения, кому и зачем требуются усопшие.
Общие черты были.
– Минуту. – Соер набрал Риту. – Гример подъехал?
– Нет, он снова пьян, говорит, он ничтожество, недостойное воздуха. Пьян он, в общем, опять в дугаря, – Рита ответила совершенно без эмоций.
– Говори адрес его. – Не удивившись, Соер принялся обдумывать новую траекторию действий.
– Сброшу в СМС. – Рита достала второй телефон, зашла в контакты.
– Отлично, не паникуй. – Он сам удивился нелепости сказанного, списав это обстоятельство на тошнотворный запах формальдегида.
– Ебнулся? Через пятнадцать минут должна начаться церемония, что я им скажу? Простите, церемония задерживается по техническим причинам: покойник вышел на перекур, вызвал такси и уехал!
– Стоп, скажешь: ритуал захоронения будет происходить после поминальной речи. Тащи всех в зал.
– Без трупа?! – возмутилась Рита.
– Подключай Эдика. Джимми готовил их к подобным обстоятельствам.
– Фееричный ублю… – она положила трубку.
– Есть свободная скорая? Грузим, едем. Доплачу еще двадцать процентов сверху, – Соер обратился к врачу, не обратив внимания на эдакое прощание сотрудницы, допуская внутреннее напряжение Риты.
– Паша! Паша, машину! – во всю глотку заорал Геннадий Петрович.
Без пробок добравшись до нужного места, он поблагодарил сопровождавшего медика за беруши, спасшие нервную систему от напряжения, связанного с непрерывным ором сирены.
Гример был одаренным двадцатидвухлетним парнем с низкой самооценкой. Поэтому пил так безбожно, что Соер с Джимом выглядели трезвенниками.
Ту-ру-ту-ру-ту-ру-ту – дверь домофона затрещала.
– Чё надо? – дребезжа, спросила дверь.
– Дверь открой. Это Соер.